В октябре я и мой брат выехали из Огайо. Мы поехали в Калифорнию.
Мы прибыли в Даллас в четверг ночью.
А на следующее утро, пока я ем яичницу и пью кофе, мне предлагают хорошую работу.
Все эти люди, якобы безработные.
Я в городе меньше полусуток и уже получил работу.
Все сошлось. Как будто мне суждено было быть там.
Я сбегал из дома пару раз. Один или два. Я не знаю точно.
Все началось, когда Дэвид сбежал из дома.
И он берет... Я взял папин пистолет и дробовик.
И соседскую тачку.
Я влез в их дом и забрал ключи.
Не помню точно, что за машина.
И вот так вышло, что я еду в Даллас.
Я пришел на работу, но там никого не было.
Был выходной, и мы иногда работали по выходным, а иногда нет.
На обратном пути у меня закончился бензин.
И когда я пошел по улице с канистрой...
рядом со мной кто-то затормозил.
Наверное, из-за канистры в руках
он понял, что у меня кончился бензин. Я не прошел и сотни ярдов.
Был выходной на день благодарения и ни одна заправка не работала.
Он остановился и спросил, нужна ли мне помощь.
И вот я еду по какой-то улице в каком-то Далласе.
Мне только-только исполнилось 16.
А тут по дороге идет парень, у него, наверное, бензин кончился...
Ну, я его и взял довезти до заправки. Это был Рэндолл Адамс.
Вышло, что мы доехали до мотеля, где жили он и его брат.
И в итоге, тем вечером...
мы пошли выпить пива.
Покурить немножко марихуаны и все в таком духе.
В кино тогда же пошли.
Суббота, я встаю, иду на работу.
Почему мне попался этот пацан? Не знаю.
Почему именно тогда закончился бензин? Не знаю. Но так случилось.
Меня взяли 21 декабря.
Отвели наверх. Не знаю, на какой этаж.
Оставили в маленькой комнатке.
В нее зашел Гас Роуз.
Принес признание, хотел, чтоб я его подписал.
Он сказал, что я должен подписать.
Ему было наплевать, о чем я говорю. Я должен подписать эту бумажку.
Я сказал, что не могу.
"Не знаю, что вы там обо мне думаете"
"Но я ни за что в жизни это не подпишу."
Он вышел. Вернулся через 10 минут.
И положил пистолет на стол.
Сказал, чтоб я посмотрел на пистолет. Что я и сделал. Я посмотрел.
Сказал, чтоб я взял его.
Я сказал: "Нет, я не буду это делать".
Он пригрозил мне.
Я опять отказался.
Он наставил на меня свой служебный револьвер.
Мы смотрели друг на друга... казалось, что вечность.
Я не люблю, когда на меня смотрит дуло пистолета.
Не люблю, когда мне угрожают.
И наконец он понял, что ему придется либо убить меня...
либо забыть о моей подписи...
Судя по тому, что он убрал пистолет, он предпочел забыть о подписи.
Он забрал и пистолет со стола, убрал за пазуху и вылетел из комнаты.
Я начал обычный, дружеский разговор...
чтобы присмотреться...
узнать, что он любит, а что нет.
Я почти сразу понял, что его совсем не мучит совесть.
То, что он сделал, его вообще не волновало.
Он мне сказал, что делал и другие вещи...
которые, казалось, были ему абсолютно побоку.
Он никак не выражал своих чувств.
Как будто ему все равно, говорить ли о цвете стен...
или об убийстве офицера полиции.
Он никак не реагировал на подобные вопросы.
Он выглядел слишком невинно.
Он говорил, что ничего не делал.
Не мог понять, за что мы его взяли.
Он не вырывался и не сопротивлялся.
Он заявлял о своей невиновности.
Я рассказал им, что случилось этой субботой, что я встретил этого пацана.
Я повторял это им снова и снова.
Они не хотели поверить мне.
Мне не дали позвонить даже один раз.
И ни разу ко мне не зашел адвокат.
Я не знал, сколько это будет продолжаться.
Я знал только, что выкурил уже две пачки и не был дома довольно давно.
Вуд не взял с собой бланки для штрафов.
Он оставил их в машине на переднем сидении...
что значит, что он не собирался выписывать штраф.
По всей видимости, он хотел сказать, чтоб водитель включил фары.
Он не знал, что машина была в угоне.
Я думаю, что вероятнее всего...
он проверил бы водительские права...
и сказал бы включить фары, после чего дал бы парню ехать дальше.
Жена офицера Вуда купила ему...
бронежилет и положила под елку.
Или запрятала куда-то, чтобы подарить на Рождество.
Его партнером была одна из первых женщин-офицеров...
назначенных в патруль.
Они были из северо-западного отдела. Просто патрульные офицеры на своей смене.
Они работали ночную смену.
Они заехали в фаст-фуд. Она взяла соду.
И тут проехала машина, с двумя людьми в ней, фары выключены.
Не было никаких проблем...
он просто остановил его, включил мигалку, чтоб остановить.
Просто чтобы предупредить, что фары не горят.
Он вышел из машины и пошел туда.
Он еще не дошел до водительского окна...
но так и положено.
Мужчина обернулся и просто...
из небольшого мелкокалиберного пистолета.
Первый раз он попал в руку.
Он держал фонарь. Пуля попала в фонарь, а потом в руку.
Следующий раз он попал в грудь.
Офицер падает на дорогу, на первую разделительную полосу.
Он лежит там и истекает кровью до смерти.
И вот уже она выскакивает из машины.
Разряжает обойму в удирающего убийцу...
и бежит за подмогой.
По протоколу ты должен сразу схватить рацию и вызвать скорую.
По здравому смыслу - тоже. Но что ты будешь делать?
В этот момент она просто... металась в отчаянии.
И эта кровь. Огромная лужа крови.
Как можно ее обвинить в несоблюдении протокола?
Но самым главным было то, что она не запомнила номера машины.
Когда мы начали собирать всю доступную информацию...
все оставшиеся зацепки, то поняли, что у нас ничего нет.
Единственное что мы знали — надо искать синюю Вегу.
Наверное, каждая Вега, зарегистрированная в Техасе..
была задержана и проверена.
Нам часто звонили...
и говорили: "У меня Вега и она не синяя"
"Но, может, вы выедете и проверите ее?"
"Убедитесь, что та машина не моя, я не хочу, чтоб меня задерживали."
"Мне страшно."
Если вам дают расследование убийства...
то из свидетелей обычно мало что можно выжать.
Но когда у вас свидетелем проходит офицер полиции...
ожидаешь, что он знает чуть больше того, что знала она.
Порядок такой.
Если в патруле двое, то пока первый идет к машине...
второй занимает позицию справа у задней части машины...
откуда может видеть, что в ней происходит.
И если с первым, стоящим у водительского окна, что-то случится...
второй быстро придет на помощь.
В тот раз, по всей видимости...
его партнерша осталась в машине.
Больше всего разногласий было как раз по этому поводу.
Когда точно она вышла или не вышла из машины...
вышла совсем или только начала выходить...
или сидела там с закрытой дверью.
Мы кое-что устроили и оно действительно помогло...
Точнее совсем не помогло. Давайте разъясню.
Но это было интересно и стоило немало денег...
это стоило того. Нужно было попробовать все, что только можно.
Парень из Калифорнии...
не помню его имени, он был экспертом по гипнозу.
Он явился в участок, загипнотизировал ее и стал спрашивать.
Интересным было то...
что она не помнила ничего о той машине.
Она помнила, как купила соду.
Они заехали в фаст-фуд. Это был Уотэбергер.
Она помнила это и как они остановили машину.
Поехали дальше. Больше она ничего не помнила.
Но она помнила номер машины, оставленной на месте ДТП...
которую они отработали чуть раньше этой ночью.
Рождество было все ближе.
Мы в Далласе никогда так долго не расследовали убийство офицера.
У нас были такие случаи, но они решались довольно быстро.
А это дело растянулось на месяц или около того...
и мы все еще не раскрыли его.
Но все-таки появился ключ к загадке. Ключ из Вайдора, штат Техас.
Мистер Кэлвин Каннинхэм, проживающий в Вайдоре, сообщил о взломе его дома...
и угоне его Меркьюри Камет.
Это было, как будто Дэвид уже признался в преступлении.
Хотя он исчез на несколько дней. Мы не могли его найти.
Пока однажды один из офицеров не обнаружил машину Каннинхэма...
на Норт Мэйн Стрит, здесь, в Вайдоре.
Дэвид бросил машину и пошел пешком.
Впрочем, поступала и другая информация...
что Дэвид замешан в убийстве офицера полиции в Далласе.
Нам всегда доставались устаревшие обрывки и слухи.
И мы отправились к его подельникам, узнать что-нибудь.
Они сказали: "Мы думали, он просто выделывается"
"Мы ему не поверили"
Сижу, смотрю вечерние, ну, ночные новости.
Батя спит на диване.
Слышу, кто-то стучит в дверь. Это был Дэвид Харрис.
Я его впустил. Он вошел.
Он стоял рядом с моим креслом...
когда по новостям передали об убийстве офицера в Далласе.
Он тут же, на месте, начал клясться всем подряд.
Говорил: "Богом клянусь, это я застрелил того хмыря"
Говорил: "Я, я замочил."
Где-то около Далласа, их остановили.
По-моему он сказал, что они проверяли, не угнана ли машина.
Сказал, что коп остановил его...
и подошел к окну.
Когда коп подошел, он опустил стекло...
и просто поднял пистолет и выстрелил в него.
Клялся всем, чем можно и нельзя.
Устроил целое представление. Носился туда-сюда...
хотел, чтобы все смотрели...
и слушали его. "Да, я застрелил этого легавого."
И все ему: "Конечно, Дэвид. Конечно."
"Богом клянусь, я убил копа."
Я спросил, был ли он в Далласе. Он сказал, что не был в Далласе.
Я спросил, стрелял ли он в кого-нибудь или видел, как стреляли...
или слышал что-нибудь такое, он на все ответил "Нет".
Что вообще в его духе. Даже если он в чем-то и замешан...
первое, что он будет делать на допросе - это все отрицать.
Только тогда, когда он почувствует, что ты все знаешь...
только тогда он будет честен с тобой.
Она дал мне пистолет, 22 калибра.
Показал мне его и сказал: "Вот этим я его и завалил."
Он дал мне пистолет.
Я не придал этому большого значения.
Не думаю, что я действительно осознал, что он застрелил копа.
Он привел меня к болоту...
в нескольких сотнях ярдов от его дома в Роуз Сити.
В воде лежал носок. Он сказал: "Вот он."
И он опрыскал носок дезодорантом для обуви.
Когда мы достали оружие...
я сказал: "Его надо почистить. А то заржавеет."
И даже когда я увидел его на суде в Далласе...
он выглядел вполне прилично, таким же, каким я достал его из болота.
Значит он хорошо заботился об оружии, хотя и пришлось держать его в воде.
Он начал думать...
"Я не делал этого, но говорил, что сделал"
"Я совсем запутался, лучше сказать им, как все было"
"Потому что мне дадут пожизненное"
"если я не скажу, что действительно произошло."
И он сказал: "Я просто выпендривался"
"Я не делал этого, но я был там, я знаю, кто это сделал."
И, конечно, обвинения с него были сняты.
Он не пытался скрыть факты.
Он казался просто хорошим мальчуганом.
Я говорил с ним где-то 15 или 20 минут по-дружески...
просто чтобы успокоить его.
Мы не хотели его провоцировать.
Мы не хотели, чтобы он рассказал то, о чем он думает.
Мы хотели, чтобы он рассказал то, о чем мы уже знаем.
Довольно скоро я понял, что то, что он знал...
и это были одни факты, и они совпадали с тем, что мы знали...
Значит, это должно было быть так.
Вот что я им рассказал...
Было 12 с чем-то. То есть уже новый день...
раннее утро. Нас остановили.
Когда нас остановили, офицер подошел к машине...
и попросил водительские права, и он просто начал стрелять.
Не знаю почему, но мне показалось, что время остановилось.
Как будто все замерло.
Как будто вот так, бум!
И время остановилось, типа того. Не знаю, что это было.
Как вспышка.
Мы вернулись в мотель.
Договаривались, что он спросит брата, могу ли я переночевать у них.
Но он сказал, что его брата это не устроит.
Короче, он зашел в номер и больше не вышел. Ну я и уехал.
Заехал на какую-то парковку.
Поспал там некоторое время.
И, в конце концов, тем утром, чуть раньше, чуть позже...
я выехал на 45 шоссе.
И поехал домой.
Едем мы с ним и я вижу, что у него целый арсенал.
Пистолеты. Ружья.
И тот самый пистолет. Он размахивает им. Хвастается.
Я и говорю: "Эй, почему бы не убрать его в багажник?"
Мы остановились у ресторана...
и заказали и съели сэндвичи в машине.
я купил упаковку пива.
Он опять вытащил пистолет.
Я спросил, зачем он его достал.
Он засмеялся...
опустил стекло и выстрелил прямо из машины.
Я вежливо попросил его убрать пистолет.
И, кажется, он дал мне пистолет и я засунул его под водительское сиденье.
Он хотел поехать в кино и мы поехали в кино.
Добрались туда около 7.
Он выбрал фильм.
Фильм типа "кино для водил, кино, чтобы пива попить".
по полдоллара с каждого, собираешь побольше и делаешь неплохие деньги.
с кучки людей, напивающихся в автокинотеатре.
- Признаете вы это? - Пожалуйста, сядьте...
Что это, мистер Брукс?
- Очевидно, пепельница. - Нет!
Абсолютно очевидно, что это стенокрушитель!
Я пытаюсь говорить за вас!
Я пытаюсь говорить за всех! Я студентка!
Прошла половина первого фильма. Мы посмотрели половину первого фильма...
и начали смотреть второй фильм.
Мы хотим победы и мы ее получим!
Мне не было дела до второго фильма...
это был нецензурный фильм про чирлидерш.
Не знаю, что это было.
Может, нальешь вина?
Очень вкусно, Росс. Я не знала, что ты умеешь готовить.
Вкусно, правда?
Ты должна попробовать мой ремулад из сельдерея.
Нет.
Я сказал ему, что хочу уехать.
""Совсем не хочется сидеть и смотреть это. Поехали."
Он вел себя странно, хотел досмотреть до конца. Но, как бы там ни было, мы уехали.
Мы поехали обратно в Даллас и вернулись в мотель.
Там есть магазинчик. Я купил пачку сигарет...
и газету.
И когда вышел, пацан все еще сидел в машине.
Я наклонился к окну и мы поговорили несколько минут...
и я сказал, что раз он ищет работу...
и сегодня на работе никого не было...
то, если хочет, пускай заскочит сюда в понедельник...
и поедет за мной на работу.
Поговорит с боссом. И, вполне вероятно, получит работу.
Я заверил, что подожду его в понедельник, если он подъедет.
Сказал, в какое время ухожу на раобту. Ну и пошел домой.
Я обошел магазин и отправился к номеру.
Когда я зашел, работал телевизор, а мой брат уже спал.
Он был дома все время, пока меня не было.
Я сделал себе сэндвич...
сел и досмотрел шоу Кэрол Бернетт.
После шоу были новости, я посмотрел их 15 минут.
Вот и все. Потом я выключил телик и лег спать.
И вот, они пригласили стенографистку.
Она села за стол и я снова повторил всю историю.
Я рассказал, что случилось в то воскресенье.
Она ушла. Перепечатала.
Я
Я н
Я ни
Я нич
Я ниче
Я ничег
Я ничего
Я ничего н
Я ничего не
Я ничего не п
Я ничего не по
Я ничего не пом
Я ничего не помн
Я ничего не помню
Я ничего не помню.
п
по
пов
пове
поверн
поверну
повернул
повернул н
повернул на
повернул нал
повернул нале
повернул налев
повернул налево
повернул налево н
повернул налево на
повернул налево на Ф
повернул налево на Фо
повернул налево на Фор
повернул налево на Форт
повернул налево на Форт У
повернул налево на Форт Уо
повернул налево на Форт Уор
повернул налево на Форт Уорт
повернул налево на Форт Уорт.
Она вернулась где-то спустя полчаса...
с копией показания.
Я его прочитал...
и когда он меня более-менее удовлетворил...
да, я подписал его.
Он согласен, что вел машину и повернул направо на Инвуд Роуд...
свернув с междуштатной дороги 35...
или шоссе 183.
С этим он согласен.
После того, как он свернул на Инвуд Роуд...
тут показание и заканчивается.
Он говорит, что ничего после этого не помнит.
Ничего не помнит о выстрелах.
Ничего не помнит об офицере, остановишем его.
Эта часть памяти благополучно выпала из сознания.
Он помнит, что вел машину...
помнит, как подъехал к месту преступления...
а потом, с этого момента, он все забыл...
и помнит только то, как зашел в номер в мотеле...
то есть, через 10 минут после того. Дальше он все помнит прекрасно.
Это просто сознательная потеря памяти, вот и все.
В газете Морнинг Ньюс округа Даллас...
утверждалось, что я подписал признание...
что я признался в убийстве Роберта Вуда...
и что убийца найден и его уже взяли в разработку.
То показание, которое я подписал в Далласе...
всегда было...
и могло быть чем угодно, но только не "признанием".
Но тем не менее, его обозначили именно так.
Конечно, я не возражал по этому поводу, потому что вообще не знал об этом.
Я не знал новостей. Я ничего не слышал две недели.
Меня держали подальше ото всех.
Мы продолжали говорить с ней, пытались помочь ей вспомнить.
"Ты помнишь номер машины? Ты помнишь хоть что-нибудь, что может помочь?"
И она довольно хорошо описала нам машину.
Как выяснилось, ее описание было недалеко от правды.
Как оказалось, нам требовалась не синяя Вега.
Нам требовалась Комета.
Не стоит говорить, сколько времени было потрачено...
на поиски синей Веги.
Конечно, есть разница между Вегой и Меркьюри Кометой.
Так что касаемо машин...
всю информацию, которую мы получали...
мы получали о Кометах, то есть, о Вегах.
Звонившие люди честно пытались помочь.
Они правда хотели помочь.
Просто с самого начала информация была неверной.
На машине, которую украл Дэвид Харрис, не было и следа от пуль.
Не было и следа.
Вам не кажется, что если машина стоит...
потом стартует и едет в гору...
а женщина стоит прямо позади нее...
в нее ведь очень трудно не попасть...
Ну хоть один раз она же должна была попасть? Не попала.
Я искренне желал ей попасть в голову водителю той машины...
потому что это был не я.
Я осматривал ее снова и снова...
с мистером Каннинхэмом, мы оба искали...
и не смогли найти никаких признаков того, что по машине стреляли.
Позже он наконец-то нашел одно место...
как он думал, что пуля поцарапала его.
Но прежде чем он смог мне сказать об этом, его дочь разбила машину.
Вдребезги.
Я занималась взломами и грабежами...
и делами по разделу имущества, такого сорта дела.
По-моему, он просто пришел ко мне и сказал:
Это вы Эдит Джеймс? Я бы хотел поговорить о моем деле."
Ну, так я это помню, в общем.
И я сказала: "Конечно." И спросила: "А что за дело?"
Он ответил: "Убийство с высшей мерой наказания." И я сказала...
Про себя я подумала:
"Я никогда таким не занималась, но поговорить об этом с ним вполне могу."
Меня бесит, когда меня принимают...
за какую-то простушку, верящую в невиновность своих клиентов.
Многие думают, "Женщина-адвокат..."
"поверит всему, что ей только не наговорят."
Согласна, бывает, что я поддаюсь.
Но, с другой стороны, я видела очень много людей...
которые признавали свою вину или их вина была доказана...
и все они, кроме Рэндолла, были виновными, как я думаю.
У Дагласа Малдера была превоходная история побед.
По-моему, он ушел в отставку, ни разу не проиграв.
Потому он и легенда.
Насколько я помню, Малдер говорил...
о том, какой он классный парень...
и как удивительно, что он засадил стольких людей.
Я хотела, чтобы в суде выступал кто-то другой и привлекла к делу Дэнниса.
потому что у Дэнниса куда больше подобного опыта...
и Дэннис выигрывает почти все заседания с присяжными.
И Дэннис отнесся к делу Рэндолла Адамса с большим энтузиазмом...
повторял все время, "Это мы запросто выиграем"
"У них нет веских доказательств. У них есть только Дэвид Харрис."
Я попросил отложить суд, чтобы поглубже разобраться в деле...
и ради этого отложил все собственные планы на несколько недель...
которые бы я и провел в Вайдоре, штат Техас.
Вайдор — главная техасская база Ку-Клукс Клана.
В этом городе черные не стали бы оставаться на ночь.
Они бы даже не остановились, чтобы заправить бензин в машину.
Более того, жители Вайдора были убеждены,
что полицейского убил черный.
На пути в город мне пришлось остановиться в мотеле.
Мы с женой в одном номере, женщина-адвокат — в другом.
Мы договорились встать пораньше, выехать в Вайдор и начать расследование.
Где-то около 6 утра...
Эдит Джеймс, адвокат, встала...
и стала меня искать.
И когда она спустилась на парковку и зашла в какой-то номер...
и кто-то на парковке ей сказал:
"Если вы ищете адвоката из Далласа...
то он в номере..." И он назвал мой номер.
Я тут же насторожился:
я даже не доехал до Вайдора, а за мной уже наблюдают.
Даг Малдер был здесь неделей ранее...
и сказал жителям Вайдора, что я...
свободно мыслящий, либеральный адвокатишко...
едущий сюда, чтобы очернить Дэвида Харриса.
А потом мне посоветовали встретиться с одним конкретным поличцейским...
который недавно раскрыл это дело.
И у меня было впечатление...
что он единственный полицейский в Вайдоре, которому я могу доверять.
И он мне рассказал, что после того, как полицейского убили...
Дэвид Харрис вернулся в Вайдор.
Но прежде чем его арестовали, он совершил здесь ограбление...
и уложил женщину на пол в магазинчике 7-11...
приставив дробовик к горлу.
Я вернулся в город...
ограбил "О'Бэннионс 7-11" с винтовкой 22 калибра.
Совершил еще несколько ограблений и так, по мелочи.
Все это время я был на условке. Условке по возрасту.
В итоге меня взяли за то, что я натворил в Вайдоре.
Кажется, я признался. Не помню точно.
Говорят, что признался.
Он говорил, что грабил какие-то магазины, а мы смеялись:
"Конечно, уж мы-то знаем."
Я отдал ему одну из моих шляп.
Старую, какую носили во времена Бонни и Клайда, сдвинув набок.
Ну и такие: "Давай нарисуем тебе усики, войдешь туда с этой пушкой."
"Никто тебя и не узнает."
Около 2 часов ночи, когда я спал, позвонил телефон.
Я сказал: "Алло?". Он: "Это Дэвид." "Это Дэвид Харрис?"
"Да", говорит. "Я сделал это. Ты меня заберешь отсюда?"
Я говорю: "Не поеду я за тобой. Я сплю."
У него не было совести.
Если я чего-то натворю, это меня типа достает.
Я такой "Едрить, не надо было так делать. Мне от этого хреново."
Но ему на все было наплевать. Вообще на все.
Мы спросили окружного прокурора Вайдора...
что они собираются делать с малышом Дэвидом. Нам ответили:
"Мы отправим его в техасскую комиссию по делам молодежи."
И мы попытались вразумить...
не кажется ли им странным, что он совершил ограбление...
с тем же самым пистолетом.
И вот им пистолет Дэвида Харриса...
машина Дэвида Харриса, в которой он подобрал Рэндолла Адамса.
Не кажется ли немного странным...
что все фигурирующие в деле о так называемом убийстве вещи
принадлежали Дэвиду Харрису, который ушел безнаказанным...
и стал свидетелем обвинения?
Прокурор лишь сказал: "У нас в Вайдоре на такое не пойдут."
"Наши люди не такие..."
"Они не столь жестоки, чтоб ломать жизнь молодому парню."
Я попытался внести в рассмотрение теорию последовательных преступлений.
По которой Дэвид Харрис был замешан в ряде преступлений...
как до, так и после убийства полицейского.
Что он больше похож на человека...
чье сердце наполнено злостью, достаточной для совершения убийства.
Но судья не позволил мне упомянуть о каких-либо других преступлениях.
У них в руках был 28-летний мужчина.
Если бы не он, пришлось бы выносить обвинения 16-летнему...
которого нельзя было приговорить к смертной казни по техасским законам...
тогда как нашего 28-летнего — можно.
Это и послужило предопределяющим мотивом, по моему мнению...
чтобы завести против Рэндолла Адамса дело, влекущее смертную казнь.
Против него не было никаких прямых доказательств.
Просто он подходил по возрасту.
Говорят, что судья сказал...
Что этот Дон Меткаф сказал...
Жанетт Вайт, жене Дэнниса Вайта...
"Какое вам дело? Он просто бродяга."
Я вырос в семье...
в ней меня научили уважать сотрудников правопорядка.
Мне дали точное представление об опасностях...
которым подвергаются офицеры полиции и другие представители правопорядка...
и к которым, я думаю, немногие относятся с должным чувством.
Мой отец работал в ФБР.
Возможно в самое неподоходящее для этой работы время.
С 1932 по 1935 в Чикаго.
Он был в театре Байограф в ночь, когда убили Диллинджера.
Стоял душный летний вечер. Воздух совсем не циркулировал...
и люди вышли на прогулку.
Мой отец рассказывал, что когда Диллинджера убили...
через каких-то пару минут...
люди макали свои платки в кровь...
чтобы оставить себе сувениры.
И он навсегда запомнил одну даму...
которая подняла над собой газету (все, что у нее было) и сказала:
"Клянусь, я единственная из Канзас-сити, у кого есть кровь Диллинджера."
И он сказал мне, что у "Женщины в красном"...
было оранжевое платье. Мелочь, так?
В свете фонарей оно выглядело красным. Он сказал, что на самом деле оно было оранжевым
Но так она стала известна как "Женщина в красном", указавшая на Диллинджера.
Отец говорил, что по правде она — "Женщина в Оранжевом".
В качестве благодарности, она получила новую шубу из меха...
и билет в один конец к себе на родину, в Румынию.
Вся его история с самого начала отличалась от моей на два часа.
Я встретил пацана в 10 часов утра.
Он сказал, что это был полдень.
Я сказал, что мы были в Бронко Боул где-то в 2 или 3 часа.
Он сказал, что было 5-6 часов.
Вся наша совместная поездка, согласно его словам, сдвинулась на два часа.
Два часа разницы. Два часа ближе к ночи.
Он дал показания, что...
когда мы свернули с шоссе на Инвуд авеню...
он уверял, что я сидел за рулем...
когда нас остановили.
Он испугался и спрятался под сиденье машины.
Что, когда подошел офицер...
и посветил фонариком, я опустил окно...
вытащил пистолет и застрелил его.
По его показаниям...
когда я наконец доехал до мотеля...
и вышел, то сказал "Не волнуйся об этом."
"Забудь о случившемся."
Это безумие.
Офицер полиции был убит в 12.30...
спустя два с половиной часа после того, как мы расстались.
Прежде чем вернуться в мотель...
он прошел через двор...
к магазинчику, чтобы купить сигарет.
И я должна была пойти и выяснить, помнит ли его продавец...
помнит ли он, как он зашел туда около 10 часов за сигаретами.
Я не заезжала туда, в Форт Уорт, очень долго.
У нас были семейные снимки, на которых он не в тюремной одежде.
Я взяла эти снимки, чтобы показать человеку за прилавком.
Он был готов сотрудничать и хотел нам помочь.
Но он действительно... Он сказал:
"Я совсем не помню этого парня в моем магазине..."
"Я не смогу отличить одну ночь от другой. Это могла быть какая-то другая ночь."
"Ведь они всегда заходят за сигаретами."
Его брат...
поначалу...
говорил, что во время убийства он был дома...
и смотрел... кажется, рестлинг по ТВ.
И он говорил: "Мы с братом любим смотреть рестлинг. Он был тогда со мной."
"Рэндолл, мой брат, был со мной всю ту ночь."
"Он не мог этого сделать."
Он пытался прикрыть своего брата.
Позже, как мне помнится, он поменял...
потому что он сказал:
"Если я скажу им неправду...
"ничего не изменится, ведь дело уже решенное."
Думаю, так он про себя думал.
"Они знают, что мой брат сделал это."
"Если я совру в суде, меня посадят за дачу ложных показаний."
"Загремлю вместе с ним, и ничем не помогу все равно..."
"так что я не буду давать показаний. Просто ничего не скажу."
Так он полностью отказался от своих слов...
и Адамс остался без каких-либо свидетелей.
Ее показания в суде и первоначальные показания...
которые должны быть лучшими из всех.
Ты даешь их через 15-20 минут после убийства.
Ее показания, наверное, лучшие из возможных за всю историю.
Не совпадали. Не совпадали во всем.
В суде она сказала...
что он вышел из машины и она вышла из машины.
Она встала позади автомобиля.
По ее начальным показаниям, спустя 15 минут после убийства...
"у убийцы был меховой воротник."
В суде: "Наверное, это были густые волосы."
Парень сказал, что я носил рубашку от Леви...
такая, как на мне, да точно такая же.
На предварительном слушании он сказал, что носил куртку с меховым воротником.
Она говорит вам, кто убийца.
Единственный человек в машине в куртке с меховым воротником.
Очень удобно, что водителю случилось иметь густые волосы.
Все, что надо было сделать, это посмотреть на мою фотографию.
Но это не ее первоначальные показания.
Чертовски большая разница между "меховым воротником" и "густыми волосами".
Это безумие.
Две недели она провела в отделе внутренних расследований...
и как только она выходит, ее показания меняются.
Зашла, утверждая одно, вышла, утверждая другое.
Что-то произошло. Что?
"Ну, мы помогли ей все вспомнить."
Днем пятницы, по-моему, это была Страстная пятница...
мы вернулись в тот день в зал суда...
и были в приподнятом настроении, потому что думали...
"Его отпустят."
Против него нет никаких доказательств и свидетелей.
Только малыш Дэвид Харрис и никто ему не верит.
Потому мы верили в благополучный исход дела...
пока не зашли в зал суда...
и там уже были все эти люди, стояли перед судьей.
Трое, если точно.
Они давали клятву свидетелей.
Миссис Миллер допрашивали в тот день.
И она сказала: "Вот он, его я видела!"
"Я видела Рэндолла Адамса сразу после..."
Кричала: "Я видела пистолет, направленный из машины..."
"когда он выстрелил в офицера полиции. Вот этот человек."
И она тыкнула пальцем прямо в Рэндолла Адамса.
Из-за нее его посадили.
В дестве я хотела быть детективом...
потому что смотрела все детективные сериалы по ТВ.
Тогда часто показывали эти фильмы про Бостона Блэки...
и у него всегда была напарница.
Я хотела быть женой детектива или самой быть детективом...
потому я всегда смотрела эти детективные истории.
Я всегда смотрю по сторонам, никогда не знаешь, что может случиться.
Или чем я смогу помочь.
Я люблю помогать в таких ситуациях.
Правда люблю.
Со мной всегда такое творится, куда бы я ни пошла...
много раз бывали убийства или что-то такое.
Даже рядом с моим домом. Где угодно.
Я всегда наблюдаю или принимаю участие в поисках преступника, хочу узнать, что произошло.
Я слушаю, что говорят.
Всегда пытаюсь угадать, кто врет или кто кого убил...
прежде чем полиция догадается. Смотрю, кто из нас лучше.
Да.
Я работала на заправке. Мой муж — тоже.
Мы с ним не ладили, абсолютно.
Только и делали, что спорили.
Мы не хотели ехать домой, лучше выговориться в машине...
чем ругаться дома при детях.
А то будет один галдеж.
Так что мы, продолжая спорить, решили заехать перекусить.
И как раз в это время, полицейская машина отъехала от ресторана...
который стоял справа от дороги...
и дала сигнал остановиться машине впереди.
Она обернулась. Раскрыла глаза. И смотрела.
Я не думал, что она разглядела парня, но она разглядела.
Потому что я спросил: "На что ты смотришь?" Я знал, что что-то пошло не так.
А она в ответ: "Заткнись и рули."
Я твердила мужу: "Сбавь скорость, хочу разглядеть."
А он: "Поедем лучше скорей отсюда."
"Все-то тебе надо знать. Ты даже не знаешь, в чем тут дело."
Я даже не представлял, что кого-то могут застрелить или убить.
И я просто поехал дальше.
Он из тех, кто не любит вмешиваться.
Он хотел проехать скорее. Сказал мне замолкнуть и повернуться. Не смотреть.
А я обернулась и продолжала смотреть.
И тут мы услышали что-то, вроде выхлопа или петарды.
Мы уже проехали через мост и я задумался.
Сказал: "Хм, в это время года петарды не взрывают."
И думал про себя:
"Ну не могут же стрелять в кого-то."
Было очень темно и холодно.
Было трудно разглядеть что-то в той машине.
Но его окно было опущено. Водительское окно было опущено.
Поэтому я так все хорошо разглядела.
Я вообще ничего не видел внутри машины.
Были только какие-то тени на окнах.
Но, когда он опустил стекло, его лицо было четко видно.
Машина была темно-синей.
У него была борода, усы...
такие... светло-русые волосы.
Но, как я говорил, в суде он выглядел совсем по-другому.
Только лишь по этому и этому я мог сказать, что это он.
Я знал, что там были выстрелы.
Но я не хотел ни во что влезать...
ведь западный Даллас очень криминальный район.
один из самых-самых.
Он испугался больше меня.
Но когда что-то такое случается рядом с черными...
они не любят в это вмешиваться.
Это общая их черта.
Как в этом деле, никто не хочет ничего слышать и видеть.
Они остаются в тени.
Поэтому полиции пришлось нелегко...
найти хоть какую-то зацепку.
Это потому что в том районе жили одни черные.
Она верит в то, что если видишь, что кто-то в чем-то замешан, надо сообщить.
Она наводила на меня...
пару раз...
будто бы я вывожу наркотики из Эль Пасо.
Позвонила шерифу, он приказал открыть багажник.
Мне пришлось открыть, но там ничего не было.
Та еще напасть.
Она стерва, но если выяснит, что ты что-то натворил, она тебя сдаст.
Миссис Миллер в суде утверждала...
что она пораньше уехала с заправки, где работала...
чтобы заехать к мужу и помочь ему с бухгалтерией.
Мы выяснили, что она не вела бухучета на той заправке...
потому что ее уволили двумя неделями ранее...
за кражу денег из кассы.
Причина, по которой их вызвали в полицию...
была в том, что три дня подряд они ругались и дрались в своей квартире.
И их взяли...
за беспорядки, учиненные в пьяном виде...
включая драку с применением холодного оружия и все такое прочее.
А в полицейском участке, они вдруг решили рассказать...
обо всем, что они видели...
когда произошло убийство офицера.
Мне домой позвонила женщина...
и сказала что знает ту даму...
которая увидела Рэндолла Адамса из проезжающей машины и свидетельствовала против него.
"Эта женщина за всю жизнь не сказала ни слова правды."
Еще она сказала, что пыталась дозвониться до прокурора во время суда...
и доказать ему, что этой женщине верить нельзя.
Если все дело решиться благодаря ее показаниям, то ей верить нельзя.
Они были подонками. Они были...
настоящими подонками.
Он черный, она белая.
Он пришел на работу на следующий день.
Рассказал, что этой ночью убили полицейского и он был там.
Я ничего об этом не слышала.
И я подумала, что это очередная его "история".
И он показывает мне газеты...
и говорит, что ничего не увидел. Не мог ничего увидеть, было слишком темно.
Но что-то щелкнуло в его голове насчет денег.
Вот когда у него появилась идея.
Давайте скажу его словами.
За достаточную сумму денег, он бы подтвердил...
то, что они хотят от него услышать.
Сказал бы все, что они хотели от него услышать.
Или бы смог увидеть все, что им требовалось.
Так он мне сказал.
Я была шокирована, когда он пошел туда...
встал и сказал, что видел своими глазами стрельбу...
и опознал парня. Подтвердил, что это он.
Тогда я позвонила Дэннису Вайту. И сказала ему: "Этот человек лжет."
Ни у кого не может быть такого зрения.
Где был застрелен полицейский и где находились они в тот момент...
Я сомневаюсь, что их можно было увидеть даже в бинокль.
Я торговец.
И невольно запоминаю все, чтобы потом можно было вспомнить.
Я не забываю места, вещи...
или улицы.
Потому что это привычка, данная от рождения.
Я просто гляжу на человека и пытаюсь понять, кто он такой.
Гляжу из чистого любопытства.
Я уезжал от паба "Плюш" в ту ночь...
на Кадиллаке 1977 года...
направляясь на запад в Хэмптон.
Я заметил, как офицер приказал съехать на обочину...
двум людям в синем...
автомобиле.
Это был синий...
Это был синий Форд. Синее что-то.
У водителя, кажется, были длинные светлые волосы и усы.
У другого не было растительности на лице.
Белый, едущий по этому району ночью...
он чужак, он здесь не просто так.
И если ты выглядишь подозрительно, тебя остановят.
Офицер подошел к автомобилю.
Его машина стояла сзади...
Я не знаю, сзади или спереди...
но я знаю, что он остановил их и прошел к машине вперед.
Кажется, он прошел вперед. Дайте подумать.
Да, он прошел к машине вперед.
Пока мы проезжали мимо, он шел мимо нас вперед к машине.
Я не видел пуль, я не видел стрельбы.
Потому что я поехал дальше.
Три человека опознали и подтвердили, что он...
именно он сидел за рулем, когда Вуд подходил...
к этой машине.
Мы знаем из показаний свидетелей, что он сидел за рулем...
и мы также знаем...
что именно он застрелил офицера Вуда...
из показаний его напарницы.
Нам бы удалось построить дело...
на одном добровольном показании, которое дал нам Адамс.
Нам следовало положиться на свидетелей.
Что мы и сделали.
Я всегда очень старался, как и каждый знакомый мне судья...
не выдавать своих эмоций во время суда.
Потому что, если ты выдашь, что ты чувствуешь...
присяжные могут это принять за благоволение к той или иной стороне.
Потому и надо оставаться пассивным, безучастным, объективным.
Но я должен признать, что в деле Адамса...
и я не говорил до этого никому...
но последний аргумент Дага Малдера... я таких раньше не слышал.
О "тонкой голубой линии" — полиции...
которая отделяет общество от анархии.
Должен признаться, что мои глаза раскрылись...
когда я это услышал.
Меня это затронуло, но я не думаю, что выдал себя.
Когда решается дело, влекущее смертный приговор...
возникает вопрос, то есть тогда он возник...
опасен или нет человек психически...
и может ли совершить преступления в дальнейшем.
Чтоб ответить на этот вопрос...
окружной прокурор Далласа направляет в камеру обвиняемого психиатров...
которые выясняют, мучает ли его совесть...
и если нет, то он психопат и опасен для общества.
Конечно, в случае, если человек...
не совершал преступления, то его совесть мучить не будет.
И такими делами часто занимались два психиатра.
Холлбрук и Григсон, "психиатры для убийц".
В их адрес поступала определенная критика...
потому что, чаще всего, когда бы они не появлялись, целью их визита...
было убийство обвиняемого.
Было 15 апреля, налоговый день.
Кажется, я даже заполнял декларацию в тот момент.
Боялся, что опоздаю.
К двери подошел охранник...
и сказал: "Кое-кто хочет поговорить с тобой."
Я спросил, кто. Он сказал, что не знает...
но суд постановил, что он должен поговорить со мной Я говорю: "Ладно."
И ко мне заходит очень высокий и худой мужик.
Представляется доктором Григсоном.
Вытаскивает из кармана пиджака блокнот...
в нем посередине листа прочерчена линия.
В верхней его половине...
нарисованы шесть фигур.
Скажем, прямоугольник, квадрат, круг с ромбом внутри.
Я не... Давно это было.
Он протягивает блокнот мне и дает карандаш.
Говорит: "Я схожу за чашкой кофе."
"Пожалуйста, повтори, что нарисовано сверху."
Я смотрю на него.
Говорю: "Что? Хотите, чтоб я скопировал точно так же?"
"Или что-то поменять? Что вы хотите, чтоб я сделал?"
Он мне: "Делай, как тебе вздумается."
И ушел.
И вот, на нижней половине листочка...
я рисую квадраты и кресты...
и нули с ромбами внутри. Точно такие же, как у него.
Потом он спросил...
"Что значит 'Перекати-поле мхом не обрастает'?"
Я опять на него смотрю.
Говорю: "Это какая-то шутка? В чем дело?"
Он: "Нет, я действительно хочу знать, что ты ответишь."
Я говорю: "Ладно, 'Перекати-поле мхом не обрастает'."
"Для меня..."
"это означает, что человек, который нигде долго не задерживается..."
"к нему довольно трудно прицепиться, привыкнуть."
"Если он то тут, то там, с ним трудно сблизиться."
Он покачал головой.
Спросил: "А что насчет 'Синица в руках лучше, чем журавль в небе'?"
Я говорю: "Если у тебя есть что-то, зачем отдавать..."
"за возможность получить что-то ненамного лучше?"
"В этом нет смысла. У тебя уже есть что-то хорошее, зачем отпускать?"
"Если можешь получить что-то другое, дерзай..."
"но не отпускай то, что уже есть, в попытке получить что-то другое."
Он спросил меня о семье.
О моей жизни.
И ушел.
В сумме мы разговаривали, может, 15, 20 минут.
Доктор Григсон заявил, что он склонен к насилию и будет совершать преступления...
в будущем, если его выпустят.
Григсона зовут "доктор Смерть", потому что он всегда заявляет такое в суде.
В 99% процессов...
на которых он выступал свидетелем обвинения, он всегда заявляет...
что они будут совершать преступления в дальнейшем.
Невозможно сказать, что будет делать человек спустя годы.
Наверняка.
Только основываясь на его записях, что каждый сможет сделать.
У Рэндолла не было записей в полиции.
Насколько мы знаем, он никогда не был замешан в тяжких преступлениях.
Григсон говорил...
два с половиной часа кряду о всех его научных степенях.
Он был тут и он был там и он учился там-то.
Он называл меня Чарли Мэнсоном.
Называл меня Адольфом Гитлером.
Сказал, что люди моего типа...
могут работать днем и разбойничать ночью.
Он заявил, Григсон...
что будущая серьезность...
моего психического состояния...
такова, что если меня выпустят...
я слечу с катушек и, возможно, вырежу половину округа Даллас.
Хоть он и говорил со мной 15 минут...
и я не был судим и меня ни разу не арестовывали...
и я вел себя мирно 28 лет.
Из-за одного случая...
подразумевая, что я убил, чего я не совершал...
он утверждает, что этого достаточно... Всю оставшуюся жизнь, берегитесь меня.
Не поворачивайтесь ко мне спиной. И он поговорил со мной 15 минут.
Он псих.
Можно понять человека, который крадет деньги, ему необходимые...
чтобы купить еду.
Можно понять 17-летнего парня без машины...
крадущего чужую, чтобы погонять.
Можно понять, зачем наркоману нужен героин.
Но очень сложно понять, зачем кому-то надо убить офицера полиции.
Такого не должно быть.
Когда я лежу дома перед сном, я закрываю глаза и думаю...
"Зачем ему это надо было?"
"У него не было предпосылок для убийства..."
"никаких причин, чтобы убить."
И я смотрю на факты этого дела и говорю себе...
Дэвид Харрис знал, что машина угнана, знал, где лежит оружие...
знал, что оно краденое...
совершил несколько преступлений ранее...
привлекался к ответственности до того, как угнать эту машину и украсть это оружие.
Он был тем, кому нужно было совершить убийство...
и скрыться с места преступления.
Он был тем, кто, после совершения убийства...
пошел домой и хвастался этим перед друзьями.
Я смотрю на все доказательства...
и я полагаю, что Дэвид Харрис совершил убийство.
Присяжные смотрят на эти же доказательства...
и полагают, что Рэндолл Адамс совершил убийство.
И именно их решение было засчитано.
Перед тобой прокурор...
он говорит не о том...
сколько ты отсидишь или какое наказание ты понесешь...
он говорит о том, что тебя собираются убить.
Ему плевать, если ты невиновен.
Ему плевать, если ты виновен. Он говорит о твоем убийстве.
Ты застываешь. Ты будто...
Это похоже на кошмар. Ты хочешь проснуться, но не можешь этого сделать.
15 раз, 20 раз в день, я слышу одну и ту же историю...
о том, что происходит, когда человека садят на электрический стул.
Его глазные яблоки выскакивают.
Ногти на руках выскакивают.
Ногти на ногах выскакивают.
Кровь идет из каждого отверстия его тела.
Им плевать...
Им плевать.
Они хотят говорить только о том, что тебя надо убить.
Это все, что их заботит и о чем они говорят.
В данный момент они хотят лишь этого.
Я не имею понятия, что было с ним дальше.
Я дал показания и ушел.
Никогда не задавался таким вопросом.
Может, просто не хотел знать. Не знаю.
У меня не было интереса к этому...
иначе я бы постарался все узнать.
Дэннис подал прошение о новом рассмотрении дела...
потом мы подали еще одно, исправленное.
Через 20 дней мы собрались на слушание.
И Роберт Миллер и его жена выступали как свидетели.
Но мы не могли огласить факт того...
что они проговорились о деньгах, которые намеревались получить...
и что им было не важно, видели они что-то или нет...
хотя окна в машине были запотевшими.
Нам не разрешили говорить об этом...
потому что было решено, что под сомнение ставятся свидетельские показания...
для чего время уже прошло.
Мы стучались в непробиваемую стену.
Репортер из утренней газеты Далласа...
обнаружил, что через неделю после суда над Рэндоллом Адамсом...
в этом же зале решалось дело о воровстве, где обвиняемой проходила дочь этой женщины.
Она предложила выступить свидетелем...
в то время как ее дочь могла получить пожизненное...
и тем она вытащила дочь из тюрьмы.
Как ей можно верить...
когда через неделю тот же самый судья прекращает это дело?
Миллеры из тех людей, которые пойдут на все что угодно...
если за это можно что-то получить...
освободить ли дочь от пожизненного за вооруженное ограбление...
или получить деньги.
В тот день в суде окружной прокурор был непоколебим.
Не дал мне ответить ни на один вопрос.
Спрашивал, а потом быстро затыкал.
И еще сказал кое-что насчет моего длинного носа.
Если бы я держала свой длинный нос подальше от их дел...
Миллерам бы пришлось куда легче.
Когда я пошла к выходу из зала суда...
он стал насмехаться, что-то вроде:
"Могли бы и не выходить, все равно не помогли."
Что было правдой. Ничем не помогла парню.
Роясь в памяти...
о коротких разговорах между мной и мистером Адамсом...
а они были короткими...
я даже не припоминаю, спрашивал ли я или говорил ли он мне...
что он этого не совершал.
Потому что для меня, представлявшего его на апелляционном суде...
это не имело никакого значения.
Когда апелляционный суд Техаса...
проголосовалл 9-0 против нас, я был немного расстроен.
Мне казалось, что А: мы должны были выиграть...
Б: не стоило давать такой сильной пощечины...
голосуя открыто против нас.
Я сидел с семьей в кафе-мороженом...
и судье с его семьей случилось зайти туда же.
И он подошел ко мне и отпустил такое замечание:
"Я понимаю, почему апелляционный суд полностью потвердил мое решение..."
"по делу Адамса."
Самый главный апелляционный суд нашего округа...
апелляционный суд Остина, подтвердил решение голосованием 9-0.
Потом верховный суд Соединенных Штатов изменил решение голосованием 8-1...
Когда апелляционный суд меняет решение...
никогда не говорится, прав или неправ был судья.
Говорится, что с судьей несогласны.
Нельзя, к примеру, в деле Адамса...
сказать, что заседатели апелляционного суда заявили о моей правоте или неправоте.
В конце концов, в Остине...
в окружном апелляционном суде, мое решение было признано корректным голосованием 9-0...
а в Вашингтоне оно было признано некорректным голосованием 1-8.
Если суммировать эти голоса, то я выхожу вперед 10-8.
Но решение было изменено.
Восемь судей верховного суда были первыми, кто согласился со мной.
Единственные люди из всех инстанций, которые согласились с моим статутом...
это восемь судей верховного суда.
Утренняя газета Далласа поместила занятную историю на первую полосу...
в тот же день...
или на следующий день после того, как верховный суд изменил решение...
в которой говорилось, что Генри Вэйд, окружной прокурор...
запросил пересмотр дела Рэндолла Дэйла Адамса...
потому что в его книжечке нет места для убийцы полицейского...
не получившего смертную казнь, не менее.
Это я принял близко к сердцу. Подумал, что вот он, мой шанс.
По причинам, необъявленным публично...
мистер Уэйд попросил губернатора смягчить...
приговор мистера Адамса до пожизненного...
что устранило возможность пересмотра дела...
основываясь на измененном решении.
Меня это поразило до глубины души.
Я не могу не думать...
что причиной такого решения...
был страх того, что...
на пересмотре Адамса могут оправдать.
У меня чувство, что они осудили не того человека. Не знаю, почему.
Будто бы какой-то полицейский, из Вайдора он или из Далласа...
нашел подходящую жертву и привел в движение колеса правосудия...
но задал им неверное направление и они покатили так быстро, что никто их не мог остановить.
Я почувствовал, что мне суждено это сделать, но не смог.
Потом настала очередь верховного суда и они сделали, что могли, но...
все опять пошло наперекосяк.
После этого дела, я отказался от уголовной практики.
Ни разу не был на суде присяжных...
после того, как услышал их вердикт по этому делу...
и не стремлюсь к этому.
Просто мне кажется...
что лучше ненадолго оставить эти проблемы другим людям.
Ведь если правосудие может так ошибаться...
я лучше займусь чем-нибудь другим.
Прокуроры Далласа повторяют уже много лет...
"Любой прокурор может посадить виновного."
"Но надо быть великим, чтобы посадить невиновного."
И по сей день я думаю, что мистер Малдер...
считает дело Рэндолла Дэйла Адамса одной из своих великих побед...
возможно, из-за некоторых мыслей по поводу вины Адамса.
Однажды утром поступил звонок от женщины, здесь, в Вайдоре...
ее ударили по голове скалкой...
и нападающий подумал, что она потеряла сознание...
а на самом деле нет.
И она опознала в нападающем Дэвида Харриса.
Он сам пришел в полицейский участок.
Я сказал ему: "Дэвид, девушка тебя узнала."
"Я даже не стану говорить тебе, что знаю правду."
"В этот раз ты знаешь, что я знаю."
Он сказал: "Да, был неправ. Я курил марихуану, напился."
"Не знаю, что на меня нашло, наверное, бес попутал."
Но он забыл кое о чем упомянуть, он был в одних трусах.
По-моему, в том, что нападение было совершено с целью изнасилования...
он никогда бы не признался...
и, если как мне помнится, действительно, никогда не признался.
Он молчал до последнего, когда уже невозможно было что-то отрицать.
Он выплатил залог и уехал в Германию.
У нас висело преступление, совершенное с его повадками...
что сподвигло меня проверить, вернулся ли он в город.
Я послал запрос военным...
чтобы через их базу данных выяснить его местоположение.
И оказалось, что он в тот момент сидел в тюрьме.
Он вообще не помнил, что произошло.
Он сказал, что очнулся на гауптвахте...
где ему сказали, что он избил одного из офицеров.
Позже появилось еще одно преступление, очень напоминавшее его по почерку...
и я опять начал его искать, и на этот раз...
я обнаружил его в тюрьме в Калифорнии.
И я снова понял, что, к несчастью, он так и не исправился.
У него все еще была куча проблем.
Мне было 16 лет.
Я по-настоящему не сталкивался с судебной системой и всем прочим.
Не знал, как она работает.
Почти ничего не знал про законы.
Просто молодой, глупый парень.
В полиции тебе говорят, когда случилось то-то и то-то...
и ты отталкиваешься от этих событий.
Оцениваешь по ним, когда это могло быть.
Не знаешь точно.
Только предполагаешь.
Они говорят: "Преступление было совершено в полпервого."
"Когда ты ушел из кинотеатра?"
"Это точно было где-то около полуночи."
"Может, чуть пораньше. Не знаю."
"У меня не было с собой часов."
И он прошел со мной по показаниям как следует.
Как я должен отвечать на определенные вопросы...
такого рода вещи.
То что называют "натаскать свидетеля".
Представить твои показания в самом эффективном виде.
В то время я не особо задумывался...
что он обманывает присяжных. Он хотел обмануть правосудие.
Наверное, поэтому у той статуи с весами...
Правосудие? Она так и называется? Не знаю, как она называется.
У нее на глазах повязка.
Мы не видим, что происходит за закрытыми дверьми.
Со мной в машине еще была женщина.
Я им не сказал об этом. Жена бы меня убила.
Она бы мне голову снесла, если бы узнала, что я тогда был с другой женщиной.
Вы бы рассказали?
Так вот как было дело. Я вез ее домой.
И стекло было опущено, потому что...
даме было нехорошо. Ей нужен был воздух.
Потому что она прилично напилась.
Понимаете, Миллеры, черно-белая пара...
сказали, что я ехал с... Что я был там той ночью...
Потому что путался с чужой женой.
Чего бы я не сделал ни в жизнь. Она была слишком старой и некрасивой.
Как я сказал, прокурор их научил, что говорить.
Они могли сфабриковать целую историю.
Еще как могли.
Но то, что я видел, это все, что я видел. Ничего более.
И если им заплатили, то заплатили за их ложь.
За тебя уже решили, что с тобой будет в этом зале.
Вот почему он называется зал правосудия, весы не в равновесии.
Весы в этом зале, они ходят то вверх, то вниз.
Они могут поднять тебя, принять за любимчика, а могут так же легко опустить.
И если окружной прокурор захочет, чтобы ты сидел 15 или 20 лет, ты отсидишь.
На мне все еще висят те обвинения в округе Орандж.
Меня могли посчитать за взрослого...
может, даже дать пожизненное. Я не знаю.
Мне было 16. Я точно знаю, что такого не хотел.
Окружной прокурор сказал мне: "Не беспокойся из-за этих обвинений."
"Я тебя спрошу... Адвокат тебя спросит..."
"Пошел ли ты на какую-то сделку..."
"или что-либо в этом роде..."
"в обмен на эти показания"
"и связано ли это с твоими обвинениями."
"Не отвечай 'Да'. Отвечай 'Нет'."
Мой муж не мог так хорошо рассмотреть его.
Он не был уверен, ведь перед ним стояли очень похожие друг на друга люди.
У трех или четырех из них были густые волосы...
но он на этот раз был причесан, в отличии от той ночи.
Я не сразу указала на него...
а выбрала другого человека с такими волосами.
По-моему другой свидетель выбрал на опознании того, кого надо.
Не уверена, но по-моему выбрал.
Конечно, я сразу указал на Рэндолла Адамса.
Не знаю, как остальные.
Очевидно, что тоже.
Я просто дал деру.
Ну, знаете, когда дети сбегают...
они не думают, где остановятся...
как будут питаться, все такое.
У них всю жизнь была крыша над головой.
Они не задумываются о таких вещах...
пока не попадаешь туда и не обнаруживаешь, что желудок начинает урчать.
Или что наступят холода. Пойдет дождь.
Тогда дорога заледенела.
Помню, как машина, идущая довольно быстро по дороге позади меня...
водитель меня не увидел, наверное...
или ехал по одной полосе, потом перестроился на другую, по которой я ехал...
и попытался остановить меня. Он съехал с дороги.
Я помню, как машина съехала с дороги.
Я просто смотрел в зеркало на нее.
Помню такое.
Мне позвонили в 3:30 ночи.
Один из дежурных из моего отдела позвонил...
и сказал: "Мы только что арестовали парня, зовут Дэвид Хэррис..."
"и он даже не сказал нам своего имени. Сказал только, что хочет поговорить с тобой."
А потом мне сказали кое-что интересное. Его подстрелили.
Сначала Дэвид сказал мне, что был в баре в Хьюстоне...
и флиртовал с молодой девушкой и ее бойфренд разозлился...
и погнался за ним с пистолетом, стреляя на бегу.
Мы знали, что это неправда.
Я сказал ему: "Дэвид, я знаю, что ты лжешь мне."
"Я с тобой давно знаком, в курсе всех твоих дел."
"Я не знаю, что ты на этот раз натворил."
"Я знаю, что тебя подстрелили."
"Во время того, как ты делал что-то, что не должен был делать..."
"как раньше ты грабил магазин или водил в нетрезвом виде."
"Есть свидетели, которые опознают тебя и твой грузовик."
И говорю: "Ты попался. Скажи уже правду."
И Дэвид говорит: "Ладно, я убил его."
Он вошел в дом, когда там был тот мужчина со своей подружкой.
Мужчину он отвел в ванную, наставив на того пистолет, и приказал оставаться там.
Дэвид взял девушку и собрался уходить.
Мужчина вышел из квартиры с оружием.
Был сбит с ног и упал на землю...
держась за столб на парковке квартирного комплекса...
в результате двух, трех или более выстрелов...
которые были произведены в упор или почти в упор.
Дэвид думал, что единственный, кого стоит винить за случившееся...
был тот парень, которого он убил. Он сказал: "Этот парень псих."
"Он пошел за мной с пушкой."
А я ему сказал: "Дэвид, ты вломился в чужой дом..."
"похитил его девушку, что он должен был сделать?"
Он ответил: "Мужик не должен выскакивать на тебя с пушкой."
"Чувак просто псих. Его нужно было убить."
Когда мы поехали вылавливать пистолет...
мне пришлось зайти в воду, чтобы его достать.
Это было заросшее болото, по виду полное змей.
Меня не очень-то радовала возможность туда лезть...
но Дэвид наслаждался зрелищем того, как я пытаюсь найти пистолет.
Я искал его несколько минут, а он стоял на обочине...
где-то в 7,5 метрах от меня...
указывая туда, где, как он думал, лежит пистолет.
Он был в наручниках.
Когда проходила машина, он поворачивался...
и показывал наручники, крича "Помогите!"
"Легавые хотят меня утопить!"
Отшучивался, чтобы превратить все в представление.
Он просто веселился как мог.
Пацан меня пугает.
Подумать страшно, что он на свободе, ходит по улицам...
и окружной суд добровольно его отпускает.
У парня за плечами семь преступлений.
Он совершал налеты, он стрелял в офицера.
Взломы и проникновения, причинение тяжкого вреда.
Только Бог знает, что еще он натворил.
И окружной суд списывает ему все за эти показания.
И просто отпускает его.
Моя мама хорошо сказала однажды.
Она сказала, что в первую же ее ночь в Далласе шел дождь...
и сверкали молнии.
И когда они въехали в Даллас...
она сказала, что если существует ад на земле, то это округ Даллас.
Она права.
Ты общаешься с людьми, от которых так или иначе идет темная энергия.
Ты чувствуешь "Так, я этому парню не по нраву, потому что я полицейский."
Ты умеешь чувствовать такое. Может, мне не стоит говорить об этом...
потому что полицейские не говорят об этом открыто.
Когда так много общаешься с людьми, то многое чувствуешь.
И когда я говорил с Дэвидом, то совсем не ощущал каких-то враждебных чувств от него.
Я видел Дэвида только как...
искреннего и дружелюбного, насколько это возможно, парня:
"Да, сэр", "Нет, сэр". Всегда относился ко мне с уважением.
Я никогда не видел его темной стороны. Я видел последствия...
и говорил с ним об этом, и он знает об этом.
Он помнит о своей темной стороне.
Но я ни разу не слышал, чтобы он признался в преступлении...
и не видел его в ярости или гневе.
Когда он раскаивался в преступлениях...
казалось, что он чувствует себя лучше и ведет себя лучше.
Его родители говорили мне, что он становится покладистее...
он лучше ладит с людьми в городе...
с соседями и друзьями.
Но что-то случается с Дэвидом...
Я не знаю, что. Я не могу сказать, что кто-либо может знать, что это.
И никаких признаков сложностей в семье...
которые могли бы указать, откуда у него такие наклонности.
У Дэвида есть как минимум один брат и одна сестра, о которых я знаю.
И был еще один брат, он утонул много лет назад.
Мне было 3 года...
а моему брату — 4...
и он утонул в 1963...
по-моему, прямо после убийства президента Кеннеди.
Спустя некоторое время, летом.
Мы жили в Бомонте на Харрисон-стрит...
и мой папа чинил грузовик во дворе...
а мама была в доме, занималась уборкой или готовила ужин.
У нас с братом был такой надувной бассейн...
мы в нем плескались.
Папа должен был следить за нами, присматривать, типа.
Мой брат пошел по улице...
а у тех людей был настоящий бассейн во дворе...
и они были пожилыми. Никогда не плавали в нем.
наверное, с листьями и прочим мусором.
И он, видимо, упал в него и утонул.
Я часто сидел в своей комнате и говорил с ним, хотя его уже не было.
Так что, наверное, это было какой-то травмой для меня.
И, я думаю, что папа...
не знаю, может, он не смог избавиться от чувства отвественности...
или вины или чего еще. Я не знаю, что с ним было.
Но я жил дальше и может это напоминало ему о том горе...
все время, пока я рос.
От него трудно было добиться похвалы.
Когда родился мой младший брат...
он стал типа папиным любимчиком. Не знаю.
У каждой жизни свой определенный путь...
он не зависит от случайностей.
Наверное, многое, что я сделал, когда был моложе...
было попыткой вернуть его любовь или что-то в этом роде...
из-за того, как он ко мне относился.
Но я только ранил самого себя.
5 декабря 1986 года Дэвид Харрис дал свое последнее интервью.
Вы согласны, что Адамсу сильно не повезло?
Абсолютно.
Если бы повезло, все было бы иначе.
А в чем именно ему не повезло?
Да много в чем, наверное.
Зависит от того, как на это посмотреть.
Это как я вам уже рассказывал про парня, которому негде было остановиться...
если бы было где, он бы никуда и не поехал, так?
То есть, если бы вы остались в ту ночь в мотеле, ничего бы и не случилось?
Вполне возможно. Вполне возможно.
Слышали про знаменитого козла отпущения?
Наверное уже... тысячи... невиновных были осуждены и возможно, будут еще тысячи таких же.
Почему?
Кто знает.
Он невиновен?
Вы его спрашивали?
Ну, он всегда говорил, что невиновен.
Ну и вот.
Не поверили ему, да?
Преступник всегда лжет.
Ну а вы что думаете... виновен он или нет?
Я уверен, что нет.
Почему вы уверены?
Потому что я один знаю.
Вы удивились, что полиция обвинила его?
Не они обвинили его.
Я обвинил его.
Напуганный 16-летний пацан.
Конечно, он пойдет на все, чтобы отвертеться.
Вы думаете, они вам поверили?
Без вопросов.
Должны были.
У них не было другого выбора, понимаете, только то, что я им рассказал, так что...
Наверное, если у них есть версия то они ее держатся, типа того.
Вы удивились, что они вам поверили?
Наверное, удивился. Я не знаю.
Я надеялся, что мне поверят, понимаете.
После всего, что было сделано и сказано, было довольно трудно в это поверить, знаете.
Но так все и случилось.
Я всегда думал, что... если и была причина, почему Рэндолл Адамс сидит в тюрьме,
то это, возможно, из-за того факта, что у него не нашлось места для того, кто помог ему той ночью...
добраться до дома.
Возможно, в этом причина.
Воможно, это одна и единственная причина, почему он там, где он есть.
Рэндолл Адамс отбывает пожизненное заключение в тюрьме Истхэм, город Лавледи, штат Техас.
Дэвид Харрис сидит в камере смертников в тюрьме Эллис, город Хантсвилл, штат Техас, за убийство Марка Уолтера Мэйса в 1985 году.
Со времени убийства офицера полиции Далласа Роберта Вуда прошло одиннадцать лет.