Чернорубашечники, итальянские чернорубашечники,
после последнего молчания
вы снова обязательно узнаете мой голос...
Сентябрь 1943 года.
Итальянские вооруженные силы, побежденные в Греции, в Албании,
на реке Дон, в Африке и на Сицилии,
были оставлены на произвол судьбы после перемирия 8 сентября.
Король и Бадольо бежали в Бриндизи.
Человек, который привел Италию к поражению и находился в заключении в Кампо Императоре,
был выпущен немецкими десантниками и перелетел в Германию.
"Фюрер, - как позже скажет Муссолини, - побеспокоился о моей судьбе".
Англо-американские войска оккупировали треть Италии.
После двадцати одного года существования фашистской монархии,
Муссолини под защитой нацистской армии создал республику...
Республика Сало.
Это продолжалось шестьсот дней.
Самый драматичный и кровавый период в нашей истории.
Для итальянца слово или жест были серьезным выбором.
Часто выбором между жизнью и смертью.
Тому, кому было двадцать лет, кто готов был жить беспечной, суматошной,
полной приключений жизнью,
тому не всегда было легко найти свой путь.
Тогда было сложно стать человеком.
ПЕРВЫЙ ПРИМЕР
СТРЕЛЬБА ПО ГОЛУБЯМ
"Суров к врагам - добр к населению"
Муссолини
Дежурный сержант, прибыть на пост охраны.
Привет, товарищ, как ты?
- "Гут, гут". - Увидимся позже.
Сержант, обучайте новобранцев!
Стройся там! Готово!
Ты, фашист, прибыли. Вылазь!
- А ты фашист? - Еще чего? Чего мне не хватает?
- Как тебя зовут? - Марко Лаудато.
- Ты убежал из дома, да? - Это мое дело.
- Откуда ты? - Из Кремоны.
Опусти эти ящики и отнеси их на склад!
Мне никогда не нравились кремонцы.
- А ты откуда? - "Ты", кто? Я?
- Да. - Ну... немного отовсюду.
- Бир Эль-Гоби, особенно. - Ах, ты там родился?
Второй раз. Первый - в Бергамо.
Я никогда не любил Бергамо.
У тебя длинный язык, а? Давай, помоги сносить!
Давай, ребята, вниз! Давай по двое, давай!
Давай, давай! Черт возьми, давай!
Понятно, понятно!
Сержант!
- Чей этот парень? - Ничей, мой лейтенант.
У которого длиннее язык, чем рост.
Смотри, здесь тебе нужны смелые люди.
Куры быстро разбегаются. Понял?
Занеси его в список.
Я позабочусь об этом, мой лейтенант.
Пошли, кремонец!
Давай, лентяй, поторопись! Вставай, вставай!
Вы пришли!
РЕСПУБЛИКАНСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ГВАРДИЯ КАЗАРМА им. Джованни Берта
Синьор, извините меня. Где это?
Выше. Ты не умеешь читать?
Сюда.
- Франческо Маджони. - Здесь!
- Антонио Ровера. - Здесь!
- Джузеппе Тамиллони. - Здесь!
- Джорджо Ринальди. - Здесь!
Здесь!
Почему ты завербовался?
Потому что я ненавижу негров.
И я не хочу, чтобы они топтали землю нашей родины.
Хорошо!
В сторону.
Сюда.
Посмотри на этого. Поприветствуй.
Имя и фамилия?
Марко Лаудато.
- Сколько лет? - Девятнадцать.
Сын...?
Давай, отвечай!
Как ты думаешь, где ты находишься? Я не прошу твое удостоверение личности.
- Сын...? - Терезы Боффанти.
- Жива? - Да, жива.
А твой отец?
Джованни Лаудато.
Погиб, на войне в Африке.
- Где ты родился? - В Орфаненго, провинция Кремона.
28 октября 1925 г.
Историческая дата.
Бери, подписывай!
ИТАЛЬЯНСКАЯ СОЦИАЛЬНАЯ РЕСПУБЛИКА
Дуче первым сказал это: "Я передаю его молодежи!"
Вот почему вы, молодые люди, должны поднять флаг страны
и смыть с него тот позор, которым его обесчестило предательство преступного короля.
Только вы, молодые люди,
можете добиться того, чтобы снова воссияло солнце победы.
Вместе с нашими верными немецкими союзниками
в этой войне против англо-американского захватчиков и их большевистских сообщников,
вы решите вопрос выживания нашего народа.
Никогда не было войны более национальной или пролетарской, чем эта.
Настало время молодых людей!
В этот торжественный момент помните, что есть только один лозунг:
Побеждать!
Вы клянетесь служить и защищать Итальянскую Социальную Республику,
ее институты и ее законы, ее честь и ее территорию
в дни мира, и в дни войны, жертвуя собой.
Вы клянетесь перед Богом и перед павшими за независимость,
хранить единство и сражаться за будущее страны.
- Вы клянетесь? - Клянусь!
Целуй, целуй ручку и уважай "дедушку", который тобой командует!
Товарищи, через это мы все прошли!
Встаньте, ребята! Первый ряд для почетных гостей.
- Не унывай! - Доброе утро?
Что случилось? Ну?
- Что нового? - Ничего.
- Выйди. - Но я... - Молчать!
Повернись!
- Неплохо. - Да, жирная задница!
- Решено. Жирный осел станет домашним животным. - Тебе бить!
- Подождите! Минутку! - Молчать, дерьмо!
Внимание!
Программа для новобранцев.
Ты.
- Ты. - Что случилось?
- И ты. - Ты, иди сюда.
- Мы отправим их в уборные. - Хорошо!
Наша Жирная Задница и Синьорино, к кастрюлям.
- Марш! - Выходи!
Эти ребята не работают, а?
Чистить все хорошо! Пусть это блестит!
Мы должны из них есть, чистить! Вы должны мыть это хорошо!
Пусть сверкает!
Давай, скреби, скреби!
Даже в уборных не так грязно!
Успокойся!
Ты хочешь, чтобы я спустил тебе трусы и показал, что такое уважение?
Успокойся.
Я пришел сражаться, и не надо надо мной издеваться.
Ладно, ладно. Мы все фашисты.
Служить стране надо не только проливая кровь, но и моя кастрюли, дорогой Лаудато.
Не унывай, бездельники! Пошли, Паскуино.
Поищем проблемы там?
ПЕРВАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ АССАМБЛЕЯ ФАШИСТСКОЙ РЕСПУБЛИКАНСКОЙ ПАРТИИ
И так прошел месяц.
Два.
Республика Муссолини, называвшаяся "социальной",
пыталась оправдать свое существование скандалом и ложью,
предоставляя оружие и солдат Гитлеру.
"Победа несомненна", - телеграфировал фюрер Муссолини.
Счастливого Рождества!
Передайте мне список, пожалуйста. И посмотрите здесь.
- Счастливого Рождества. - Спасибо.
- Я это тоже возьму. - Возьми это. Твое имя?
Вино закончилось. Запиши мне эту бутылку.
- Поздравляю! - Вы записали эту бутылку?
- Это козье дерьмо. - Да, дай это мне.
- Все взял? - Да.
- Поверь ему. - Дай мне за хорошую цену.
Смотри, чтобы не надули, как в прошлый раз, хорошо?
Ты сегодня тоже делаешь, да?
Привет, Лаудато!
- Тебе мало давали дома, а? - Во всяком случае!
Заткнись, идиот, ты не видел столько макарон в своей жизни!
Спеши забрать посылку. Мы выходим.
- Вот смешно. - Хотя бы один столик.
- Ты идешь к тете? - Хорошо, увидимся позже.
- Сколько у тебя есть? - Двадцать.
- Эй, ты бы мне его продал? - Нет, нет.
Я хорошо плачу.
Товарищ!
Что надо?
- Можешь продать мне сахар? - Не здесь.
Пошли.
Поздравляю, синьора.
Идем.
Эй, Лаудато!
Эй!
Куда ты бежишь?
Я искал тебя.
Пойдем в таверну?
Нет, сначала в молочную.
Куда идет чернорубашечник, когда у него выходной?
Пошли. Давай.
МЕДЛЕННО ОПАСНО
- Идиот! - Пьянь!
Я был здесь полтора часа назад.
Хозяин, патруль!
- Здесь хуже, чем в Греции! - Ты был во время кампании в Греции?
Заруби себе на носу, Паскуини трахал испанок...
- абиссинок, гречанок... - А теперь болонок.
- Если они бесплатны. - Трахать по праздникам, если они будут!
Идем, иначе только в Новый Год!
- О, там у тебя есть девушка. - Я думаю, что этот еще не обмочил.
- Бедняга! - И думаешь, что я в его возрасте...
- Ну, что? - Я пойду, погуляю по городу.
Что посмотреть в Верчелли?
- Тогда я пойду в кино. - Иди в кино, иди.
Наш Генеральный штаб со своим семейством.
Веди себя хорошо. Не балуйся, папа сердится.
- А чего мы ждем? - Давай.
К оружию, фашисты!
Молчать!
Ты заткнись!
Подождите минутку!
- Извините, сколько это стоит? - Двадцать чентезимо.
Спасибо.
- Убирайся оттуда ... - Почему ты не стреляешь, легионер?
- Нет, спасибо. - Давай, выстрели, иди!
Антонелла!
Извините.
Это сахар, верно?
Может, продадите мне?
Его так сложно получить. Может, продадите его мне?
Возьмите его.
Я не хочу денег.
Простите, синьор.
Я ведь хотела купить его, понимаете?
Я ничего не хочу. Я отдаю его вам.
Вы очень добры!
Почему бы вам не зайти на кофе ко мне домой?
Я живу прямо здесь.
Выпьете хотя бы одну чашку кофе.
Хотя это не настоящий кофе, но...
Идемте.
Я пойду впереди.
Из-за соседей.
Я никогда не думала, что мы будем встречать Рождество таким образом.
Кроме того, я одинокая около года.
По-настоящему, одинока.
Если бы вы знали, что я имею в виду.
Мой муж пропал без вести в России, и у меня есть дочь, которую надо поддерживать.
Она кроха. Ей нужно много вещей.
Я рассказываю вам о своих бедах. Простите меня.
Вы так молоды!
Я бы не хотела, чтобы вы грустили.
Я не грущу.
Ты хороший парень.
В наше время трудно найти таких людей, как ты.
Идем.
Я покажу тебе дочку.
Идем!
Медленно, чтобы она не проснулась.
- Она спит. - Да.
Садись.
Сядь и сам. Ты устал.
Ложись тоже.
Будет удобнее.
Мама. Ма...
Мама!
Убирайся отсюда! Давайте выведем его со двора!
На не надо фашисты здесь!
Ты знаешь, свинья?
Сбрось эту униформу!
Возвращайся домой, фашист!
Очень смешно!
Давай, еще стакан, верно?
Кто не пьет в компании.
Младенец Иисус родился, радость какая!
- Давай, выпьем еще немного. - Хватит.
- Да здравствует, оливковое масло. - Да здравствует...
Я пнул его? Какой придурок! Этот, когда начинается...
Да здравствует!
- Салют. - Эй, брюнетка!
- Счет. - Сейчас.
Иди сюда, красавица. Мы тебе противны?
Смотри, кто здесь.
Сержант.
Эй, Лаудато,
Что с тобой случилось?
Что случилось?
Ну?
Что ты сделал?
Говори, что это было?
Говори.
Что это было?
Я не слышал. Они набросились на меня.
- Я выходил из дома женщины. - Какой дом? Где?
Я не знаю. Здесь близко.
За переездом.
- Пошли, ребята. - Сейчас мы займемся этой женщиной!
Ты боишься, а?
Вы все против нас!
Вы все напуганы до смерти!
- Все! - Кончай, Гаррани!
Пошли, Марко.
И теперь вы получаете счет отсюда.
Я взял ради страховки гранату!
Вниз по ногам!
Нужно преподать им урок! Урок! Понятно?
Клянусь.
- Бери! - Черт! Сегодня я возьму пару.
Слово Паскуино!
Тебе больно, да.
Ты без оружия?
Возьми это.
Не трусь, вы двое!
Смело!
Эй, посмотри на это!
ФАШИСТЫ, ГОТОВЬТЕ СЕБЕ ГРОБ
Гроб!
Свиньи, предатели!
Трусы, свиньи, предатели, берегись!
"Ахтунг, ахтунг"...
- Мы убили немцев? - Ты с ума сошел?
Никакой паники, ребята. В казарму, быстро!
Пошли тоже, Марко.
Давай, давай!
"Ахтунг, ахтунг, ахтунг"!
С этими не играют.
Женщины не любят нас,
Потому что мы носим черную рубашку.
Они говорят нам, что мы заключенные.
Они говорят нам, что мы тюремное мясо.
Любовь с фашистами не интересна.
Лучше с негодяем, который не боится.
Сержант.
Почему женщины не любят нас?
Скажи мне, почему?
Все они глупые. Я, что я знаю!
Забудь и перестань занудствовать.
- Мы будем здесь долго? - Нет.
А дуче?
Ну, дуче...
Заткнитесь оба! Молчать!
Сейчас спи.
У тебя будет время отомстить.
Спокойной ночи, Элия.
Спокойной ночи, Марко.
Тот, кто определил себя как единственный защитник страны,
уступил Германии Триест и Альто-Адидже, которые стали таким образом
одной немецкой провинцией, управляемой "гауляйтером".
В городах и в горах начали организовывать Сопротивление.
Те, кого фашисты называли бандитами, взялись за оружие.
На репрессии и насилие ответили огнем.
Выходим из грузовиков! Вниз всем! Быстро!
На землю! Ложись!
- В укрытие, быстро! - Будьте осторожны, здесь много мин!
Этим утром на рассвете, в одном километре отсюда,
было совершено еще одно нападение
на вооруженные силы Гитлера
и социальной республики.
Бандиты Бадольо
предательски убили немецкого солдата и чернорубашечника.
По приказу немецкого командования в Италии
немедленно будут проведены репрессии.
За каждого убитого солдата
будут казнены десять мирных жителей.
Приговор будет приведен в исполнение,
если в течение часа не сдадутся виновные в нападении.
Это послужит предупреждением предателям и их сообщникам.
Мужчины,
женщины,
итальянцы.
Если вы знаете ответственных за нападение, сообщите о них!
Помогите нам остановить их!
Вы спасете свои жизни!
А также ваших семей!
Так же, как мы непримиримы с врагом,
мы хотим быть добры к населению.
Но горе тому, кто против нас!
Сволочи! Почему они не сдаются?
- Ты бы сделал это? - Да.
Я, нет.
- Мне не нравится этот шантаж. - Как?
К врагам Оси никакой слабости.
Ни к одному!
Как видите, лейтенант, мы всегда готовы выполнить ваши приказы.
- С другой стороны ... - Сигарету? - Ах, да, спасибо.
Господин капитан, пожалуйста...
- Момент. - Конечно.
Готово.
Никто не сдался.
И мы снова будем стрелять в заложников.
Важно дать понять, что один из нас стоит десяти них.
Это уже большой шаг.
Капитан, нужно уничтожать мятежников и наказывать тех, кто им помогает.
Конечно, лейтенант. Хорошие слова!
Следуйте указаниям немцев.
Без них ни вы, ни я не выиграет войну.
- Паскуале! - Папа!
Все! Не двигайся! Стоять!
Держите мирных жителей! Двое со мной!
Пошли!
Пусть они останутся там!
- Кто стрелял? - Синьор лейтенант.
Он убежал от меня.
Тогда только я выстрелил... Та-та-та-та... Я ликвидировал его!
Дурак! Так не расстреливают.
Заложники расстреливаются публично, на глазах у всех!
Возвращаемся в город.
В январе 1944 года союзники высаживаются в Анцио.
"Одна проблема преобладает над всеми остальными", - сказал Муссолини.
"Категорический приказ вернуться в бой".
"Изменение состояния "мученической войны", которую ведет сегодня Италия,
в состояние "решительной войны",
подобно тому, как наши предки кричали "Рим или смерть",
потому что Рим символизирует жизнь, историю, сердце нашей расы".
Из Милана Муссолини снова потребовал марш в Рим.
Чернорубашечники, солдаты.
Наконец, наступил великий момент!
Вы также, следуя примеру батальона Барбариго,
будете сражаться с оружием в руках на передовой.
Дуче лично поручил мне принести вам это известие.
Помните, что вы чернорубашечники!
Легионеры.
- Да здравствует дуче! - Да здравствует!
Стой! Стой, легионеры! Назад, назад!
Легионеры, да здравствует дуче!
Ура! Ура! Ура!
Дуче, дуче, дуче, дуче!
Батальоны дуче, батальоны смерти,
созданные ради жизни.
Весной начинается игра.
Континенты наполнены языками пламени и цветами.
Для победы необходимы львы
Муссолини, вооруженные доблестью.
Побеждать, побеждать, побеждать!
Мы победим на небе, на земле и на море!
Это лозунг верховной воли!
Побеждать, побеждать, побеждать!
Это будет хорошим крещением для этих подростков.
Журналисты бросятся на нас.
Оптимальная пропаганда.
Мне не нравится эта гора.
Бесполезная как для захвата, так и для защиты.
- Бесполезная с любой точки зрения. - Не забывай о боевом духе отряда.
Они должны сражаться.
Вы забыли о многих вещах.
Пушки, авиационная поддержка, танки.
У нас неприкрытый тыл... как у дамы в вечернем платье.
Воля и мужество решат все и на этот раз.
Мы победим Чимброне.
Конечно.
Может быть.
Мне не кажется...
очень убежден.
Это верно.
Но не бойтесь.
Речь о том, как пойдут дела.
На командном пункте. «Удачи», Нарди.
«Смерть волку», капитан.
Сигнальная ракета! На землю! Ложись!
На землю!
Вперед!
Марко, куда ты? Марко!
Марко!
Освобождение Рима заставило Муссолини исправить старый лозунг: «Рим или смерть».
Обращаясь к римлянам, он сказал:
"Не поддавайтесь морально захватчику".
Мы посылаем высшее предупреждение итальянцам Социальной республики.
Падение Рима не истощает нашу энергию,
а тем более нашу твердую волю
для достижения условий для отвоевания.
После Рима Флоренция была освобождена.
Чудо спасло Гитлера.
В последний раз удача оказалась благоприятной.
Подожди, подожди минутку.
- Нет, оставь меня. - Ты попросила увольнительную?
- Нет. - Ты обещала мне, что пойдешь со мной.
Вот еще! Хватит дурить себя!
Анна, разве ты не влюблена?
- Не говори ерунды. - Так что с тобой случилось?
Я поменяла планы. Это всё.
Его температура снизилась, доктор!
Кто вы?
Анна, медсестра.
Но ты не должен говорить.
Почему?
Что со мной?
Спокойно, ничего серьезного.
Ты выздоровеешь.
Ты очень молод.
Нет...
Не бросай меня, Анна.
Прошлой ночью, когда поднялась температура, ты чуть не схватил меня за шею.
Извини. Я ничего не помню.
Почему ты медсестра?
Ну...
Потому что мне нравится быть с тобой.
- Ты недавно? - Да.
Могу я называть тебя Анной?
Уже назвал.
- Тебя это беспокоит? - Нет, это мое имя.
Давай, теперь пей.
- Мне не нравится доктор. - Почему? Он хороший доктор.
Я не знаю... Мне он не нравится
Давай!
Не уходи, Анна. Останься со мной.
Не беспокойся Это далеко. Около железной дороги.
Ну, теперь это вопрос времени.
Это долго, доктор?
Время покажет.
Я не могу сидеть в кровати.
Это вопрос духа. Поднимитесь, Лаудато!
- Синьорина. - Доктор.
Посмотри это.
Послушай, что они пишут...
«Молодой человек Муссолини, почти подросток, Марко Лаудато,
пополнил легендарный список блестящих героев республики».
Почему ты не смотришь на меня?
Открой глаза!
Тебе все равно?
Могу поспорить, это гордость. Вся гордость!
И это должно вызывать удовлетворение.
Как? Ну?
Она выглядит как украшение к вечернему платью.
Золотая, но не золото.
Позолоченное серебро, как у броши.
Как будет смотреться на гражданской одежде.
Привет, Лаудато!
Лаудато.
Здесь большие дела, да?
Извините, я вас покидаю.
Зачем? Нет, останьтесь. Нам приятно ваше присутствие.
А для меня, без сомнения. Могу я представиться. Капитан Маттеи.
Присутствие красивой женщины для бойца всегда на пользу.
Разве это не правда, Лаудато?
Парень, есть хорошие новости для тебя. Капитан отдаст их тебе.
- Хотите сесть? - Нет, спасибо.
Я сбежал, чтобы сообщить эту новость нашему Лаудато.
Но я должен немедленно вернуться в штаб-квартиру.
Привет от друзей. На днях я дам всем разрешение и отправлю к тебе.
Ты рассказал ему о шевронах, Нарди? Шевронах сержанта.
Ну? Ты ничего не скажешь?
Вот чего хотят эти парни. Их дают редко.
Я бы тоже хотел, чтобы мне было больно. Это не серьезно, конечно.
Браво, Лаудато!
До свидания, сержант!
Не беспокойтесь только о нем, синьора. Сделайте и мне дырочку.
До скорой встречи, Лаудато.
Вы любите комплименты, да?
Поздравляю, сержант.
За сержанта Марко Лаудато!
- Я бы хотел выпить за Карлу. - Он уже пьян.
- Карла? - Скажи, кто эта Карла?
Сука. Подруга моего брата, которая ушла с партизанами.
Я не пью за здоровье таких. Мне на них наплевать.
Я пью за умерших!
Очень хорошо! Хороший тост! Действительно, хороший тост!
Нет! Давайте выпьем за здоровье живых, и хватит.
Мне плевать на мертвых.
- Разве они не будут в раю? - конечно.
Каждый, кто умирает на поле битвы, попадает в рай.
Мой дядя мне сказал.
Все в рай?
Английский, испанский, абиссинский...
Все в рай? И я?
- Черт возьми! - В раю мы тоже не похоронены отдельно.
А почему отдельно?
Ни за что. Вы беспокоитесь о выживании.
Да здравствует Карла!
Тише, новобранец! Ты слишком много болтаешь!
Скажи.
Ты видел ее голой?
Давай, не злись, ты шутишь.
Не сердись, новобранец.
- Эта Карла выиграет войну. - Почему Карла?
Карла и американцы.
А в горах партизаны.
Тебе смешно?
Возможно. Я так думаю.
- Мы, действительно, облажались! - Эй, ты пораженец!
Мы проиграли войну как минимум год назад.
- Что ты говоришь, Элия? Молчи! - Что с тобой?
- Убирайся! - Какая струна...!
- Ничего, сержант. - Ты пошутил, да?
Да.
Новобранец, решайся??
- Ты видел эту голую Карлу или нет? - Ты видел?
Отлично!
Отведи их в другое укрытие! Здесь их слишком много!
Медленно.
Помогите мне!
Вытащите меня отсюда.
Мама! Я не могу больше!
Мама. Я не могу больше!
Мама. Мама.
Марко.
Марко, я вытащу тебя отсюда.
Я вытащу тебя отсюда.
Эта машина доставит нас к По.
Затем продолжим поездом.
Вы очень красивый в гражданке.
- Только эта ночь? - Да, только эта ночь.
Отдыхайте.
- Спасибо. - Отдыхайте.
Вот мы и здесь.
Разве мы не похожи на двух городских молодоженов в брачную ночь?
- Что не так? - Я не знаю.
Это не кажется мне реальным.
- Ты впервые со мной наедине? - Нет, не то.
Я подумал, что не знаю тебя.
Анна.
Я ничего о тебе не знаю.
Твоей жизни.
Ты однажды рассказала мне кое-что о девушке...
девушке, которая...
не могла влюбиться.
Она ходила со всеми, а затем оставляла их.
Почему именно сейчас ты вспоминаешь эту историю?
Потому что я боюсь...
Боюсь влюбиться.
А что еще я тебе рассказала о ней?
Что вышла замуж...
за мужчину...
очень, очень богатого.
Гораздо старше ее.
Но она не могла этого вынести.
А потом?
Анна.
Эта девушка была ты, верно?
Но что ты говоришь?
Какой же ты глупый!
Послушай, Марко, не зацикливайся на этой истории.
Анна.
Что еще ты хочешь?
Ничего.
Я хочу выпить.
- Я пью за здоровье твоих славных ран. - Не пей только много.
Проблема в том, что ты ничего не пьешь.
Марко, там кто-то есть?
Нет, никого нет.
Как глупо!
Это ветер.
Синьора.
Вот это да!
Заходи.
- Доброе утро, Анджело. - Всегда к вашим услугам.
Посмотри.
- Тебе нравится? - Это прекрасно!
- Я знала, что тебе понравится. - Конечно!
Это красивое место.
Разве не кажется, что война закончилась?
Ты не представлял себе такого, верно?
Вот. Иди сюда.
Это твое?
Может быть.
Это из одного из Милана. Старый друг.
Давай, давай.
Проходи!
Анна, я хочу сказать тебе...
одну вещь.
Очень важную вещь.
Ты выйдешь за меня замуж?
Анна!
Спасибо.
Скоро увидимся, Анна.
Давай.
Анна.
Марко!
Ты напугал меня.
Почему тебя не было все это время?
Если бы ты знал, какой сегодня день...
Давай, помоги мне.
Анна.
С кем ты была?
Послушай, Марко...
Почему ты не хочешь сказать мне, с кем ты была?
У меня много друзей. Ты уже знаешь это, не так ли?
Ты должен поблагодарить меня.
Видишь это письмо?
Пришло две недели назад. Ты должен был явиться немедленно.
Мне удалось отложить это до сегодняшнего дня.
На самом деле...
до завтрашнего дня.
Но если послезавтра ты не явишься в свой батальон, тебя объявят дезертиром.
Давай, сержант!
Война начинается снова.
Шестьсот дней Социальной республики подходили к концу.
Американцы и англичане остановились на "Готской линии".
Партизаны, несмотря на обращение генерала Александера,
призывающего их отказаться от борьбы,
продолжали, при поддержке населения, сражаться как настоящая армия.
Они контролировали целые регионы.
«Все и все ради победы и торжества свободы».
Ненависть и репрессии были развязаны против них.
Эй, Лаудато! Привет.
- Привет, Грациозо. - Рад видеть тебя снова.
Как здесь?
Горячо, сержант. Увидишь, как загорится твоя задница!
- Это штаб? - Да, сам увидишь, что за бордель!
- Как дела вечером? - После шести ходят только патрули.
А те, кто остаются, при оружии. Установлен комендантский час.
- Почему? - Операционная зона, Лаудато.
Существует комендантский час, потому что мы находимся в антипартизанской операционной зоне.
- Увидимся. - Увидимся, позже.
Давай, Гаспи! Чего ты ждешь?
Осторо�