Существуют кинохроники разных войн.
Но только Вторая Мировая попала в кадр от начала до конца
Все рода войск, все театры военных действий.
Впервые в истории гражданское население
смогло узнать что-то о жизни и смерти
своих сыновей, мужей и братьев во времена суровых испытаний.
Хроника этой войны обжигала наши души
и объединяла нас.
Я обожал это, потому что это было опасно.
Я никогда не был храбрецом,
но я делал свою работу, если требовалось.
Не важно, какими ужасными
были сцены, которые мы снимали,
мы смотрели на все через объектив,
объектив был нашим фильтром.
Однажды я отвлекся, отошел в сторону,
и вдруг я увидел перед собой пушку,
это было большой ошибкой, потому что она выстрелила,
ударная волна отбросила меня,
и я летел кубарем 12 метров.
Мы попали на перекресток, где по нам велась интенсивная стрельба.
Пули свистели над головой, залетали в кабину грузовика.
Когда выпрыгиваешь с парашютом,
и летишь вниз, просто орешь: "О нет, о нет".
Эти гильзы... Из-за них ничего не видно.
Хочется закричать: "Прекратите! Я здесь!"
Эти люди - лишь некоторые из тех, кто вел съемки,
по которым мы вспоминаем Вторую Мировую войну.
Некоторые кадры поистине бессмертны.
Многие хроники лежали в архивах десятилетиями.
Но независимо от того, насколько они популярны,
то, что вы сейчас увидите, уникально.
Рассказы о войне подтверждаются неопровержимыми доказательствами,
фильмами военных операторов.
В их руках
камера стала оружием, более грозным, чем винтовка
оружием, которое действует сильнее в наши дни,
потому что память превращается в историю.
[Том Хэнкс] В 1941 мы были так же неготовы снимать войну,
как и вообще вести ее.
Когда Джон Форд делал свой фильм про Пёрл-Харбор,
атака японской авиации была воссоздана без спецэффектов,
но с добавлением кадров из старой кинохроники...
лишь некотрые кадры были документальными.
Идите на боевые посты. Да благословит вас Бог.
[сигнальная труба]
[Хэнкс] Известный голливудский оператор Грег Толанд
снимал эти сцены через несколько месяцев после Перл Харбора.
Видно, что это актеры-любители,
зато они настоящие матросы.
Японские истребители были предоставлены
отделом спецэффектов компании 20-й век Фокс.
На этих кадрах
вы видите тросы, поддерживающие "A6M Zero".
Форд создал полевую съемочную бригаду
как часть Управления стратегических служб еще до войны.
Команда Толанда поджигала разбившиеся самолеты,
чтобы добавить побольше драматизма.
Но первая редакция этого фильма, полномасштабная притча
о неготовности США к войне,
была запрещена к показу.
Тогда Форд переснял фильм о 7 декабря 1941,
сократив его до 34 минут.
Он сохранил кадры с макетами, снятые на студии "20 Век Фокс"
Этот фильм, который еще никто не видел
был снят на цветную пленку,
хотя был выпущен на черно-белой.
Это - голливудская версия
линкоров американского флота,
и версия нападения на Пёрл-Харбор, снятая Фордом и Толандом.
В распоряжении Форда была документальная хроника линкора "Невада", пытавшегося спатись,
но режиссер предпочел эту реконструкцию.
Она лучше подходила к остальным вымышленным кадрам.
К тому же, он не стремился к абсолютной достоверности.
Его целью было вызвать отклик у нации.
В этом фильме оказалось достаточно достоверности,
чтобы получить "Оскар" в номинации "Лучший короткометражный фильм"
Пока Толанд и Форд работали над своим фильмом весной 1942 года,
Америка организовала первое наступление в ответ на Пёрл-Харбор,
- атаку флота под командованием адмирала Булла Хэлси.
Корабли перевозили летчиков Джеймса Дулитла.
На борту авианосца "Хорнет" было 16 бомбардировщиков B-25.
Хэл Кемпи был помощником оператора на только что укомплектованном корабле.
[Кемпи] Я слышал много баек.
Некоторые говорили, что мы вышли в море под покровом темноты.
На самом деле, мы прошли под мостом "Золотые Ворота" в полдень.
самолеты были расположены
вдоль всей палубы.
Это напоминало прогулку на пароме.
После двух-трех дней в море
Взлётная палуба была переоборудована.
Каждый бомбардировщик... у них, кстати, треугольное шасси,
был развернут хвостом к океану,
то есть, хвостовая часть выступала через край взлетной палубы.
Их поставили друг за другом,
пока не освободилось место для взлета ведущего бомбардировщика.
[Хэнкс] Длина полосы была на две трети меньше нормальной.
Флот был замечен японскими патрульными катерами.
Их потопили, но они могли успеть передать сигнал тревоги.
Выбора не осталось - нужно было начинать атаку немедленно.
[Кемпи] Я услышал команду: "Летчики - по местам! Мы начинаем."
Но мы начали на 8 часов раньше запланированного.
Дулиттл взлетел первым.
И вот, он взлетает, а остальные думают:
"Возможно ли это?"
[Хэнкс] Пилоты, все добровольцы,
тренировали взлет с короткой полосы на суше.
Некоторые даже тренировались на авианосце, но всегда при хороших погодных условиях.
Однако, все успешно взлетели,
чтобы совершить 30-секундный налет на Токио.
О чем думал Хэлси?
Преждевременный взлет не позволял бомбардировщикам
безопасно сесть в Китае,
однако погибло всего 3 пилота.
Это был удар скорее по боевому духу противника.
[Кемпи] На каждом самолете было четыре 225-килограммовых бомбы,
это не так уж много для бомбардировщика,
но достаточно,
чтобы нагнать на них страху.
[Хэнкс] Рейд Дулиттла спровоцировал массированную контратаку
японцев, планировавших уничтожить тихоокеанский флот США,
но мы взломали их шифр
и узнали, что они нападут на острова Мидуэй.
Это уравняло шансы между японцами
и американским авианосцами, которые готовились
к первому крупному морскому сражению Второй мировой.
Острова Мидуэй - пара небольших коралловых аттолов -
играли важную роль в защите Гавайев.
На этот раз Джон Форд выехал вместе со своей командой.
Он сам вел съемки одной из камер
и получил ранение.
За этот фильм
он получил еще один "Оскар".
Значительная часть сражения проходила в океане
между кораблями, которые так друг друга и не увидели.
[Кемпи] Мы точно не знали, где расположен японский флот,
но капитан эскадрильи торпедоносцев предположил,
что он движется в определенном направлении,
и отправился туда.
Самолеты наткнулись прямо на японцев.
почти все погибли...
15-16 торпедоносцев были сбиты.
[Хэнкс] Это пилоты 8-й эскадрильи,
которые обнаружили японский флот.
Они не поразили никаких целей, но вместе с другими самолетами
отвлекли вражескую артиллерию,
позволив бомбардировщикам потопить 4 авианосца.
Только один пилот, Джордж Хей, (справа) выжил.
Оператор из команды Форда снял эти кадры.
Режиссер сделал из них короткую хронику
и отправил ее родственникам погибших пилотов.
Битва за Мидуэй уравновесила силы США и Японии в Тихом океане.
Японии она стоила половины всех авианосцев.
Но потерпевший поражение флот
все еще представлял смертельную угрозу.
Октябрь 1942.
Авианосец "Хорнет" готовится к бою у островов Санта-Крус
рядом с о. Гуадалканал.
Также как и авианосцу "Энтерпрайс",
ему вскоре пришлось противостоять массированым атакам с воздуха.
Чтобы понять, насколько интенсивным был огонь противника,
достаточно посмотреть на эти кадры,
сделанные с "Энтерпрайза".
Попадание рядом с кораблем вызывает тряску на "Энтерпрайсе".
Тень от вражеского самолета
видна на взлетной палубе во время атаки.
Видно, как огромный корабль качается из стороны в сторону
и пытается маневрировать.
Но бомбы продолжают обрушиваться на него.
Камера пережила это попадание, а оператор - нет.
Для "Хорнета" эта атака также была последней.
[Кемпи] Мы накренились на правый борт.
Крен был очень сильным.
Я отправился на полуют, чтобы помочь раненым.
Там я оставался до конца дня, пока мы не покинули корабль.
Затем я поплыл на четверть румба, т.е. на 45 градусов в этом направлении.
Мы были достаточно далеко и вдруг увидели наши эсминцы.
Я подумал: "Пара пустяков,
подберите нас скорее."
Но они сорвались с места и начали отступать.
Эсминцы стали кружить вокруг авианосца,
затем открыли огонь, и я подумал: "по какой цели они стреляют?"
Мы стали смотреть вверх,
затем в сторону полуюта,
и вдруг увидели клин двухмоторных бомбардировщиков.
Рядом с ними были видны разрывы от снарядов зенитной артиллерии.
Они подлетели ближе ... бац!
один из них попал в полуют,
остальные также пытались попасть в корму.
Они закончили атаку и улетели.
Сразу после этого меня подобрал
эсминец Anderson (DD-411).
[Хэнкс] Этот последний налет оказался смертельным ударом для "Хорнета".
На следующий день его короткая храбрая жизнь закончилась -
американские эсминцы потопили его.
Наш корабль был в строю 1 год и 6 дней.
[Хэнкс] Но война авианосцев в Тихом океане продолжалась.
[Кемпи] На камерах Митчелл не было мотора,
приходилось крутить рукоятку.
Когда мы вели съемки на взлетной палубе,
мы не могли делать 3 оборота в секунду
маленькой рукояткой.
Мы пользовались большой рукояткой -
так мы могли делать вращение на большой скорости,
чтобы получить замедленные съемки аварий.
Самолет идет на посадку...
Можно увидеть оператора на взлетной полосе.
Нужно было смотреть в оба, иначе - крышка.
[Хэнкс] Хроника, снятая Кемпи и его коллегами на взлетной палубе
напоминает смертельный танец с разрушениями
и маловероятными шансами на спасение.
В конце 1942
правительство стало официально готовить военных операторов.
Их стандартными инструментами были: кинокамера 35-мм "Аймо"
и фотоаппарат "Спид-график".
Многие операторы занимались фотографией до войны.
Студия Хэла Роуча в Калвер-Сити (Калифорния)
была основным центром подготовки.
Конечно же, студенты снимали самих себя
за работой.
В результате 1500 человек (не так много для такой масштабной войны)
стали военными операторами.
Многие попали на службу в ВВС.
В бесконечных рейдах бомбардировщиков над Европой
они играли роль наблюдателей, снимая на пленку
нанесенный противнику ущерб для служб разведки.
Нефтяные месторождения в Плоешти (Румыния)
имели огромное значение для Германии,
а потому часто подвергались бомбардировке.
1 августа 1943 года
эти B-24, вылетевшие из базы в Ливии,
предприняли дерзкую атаку на Плоешти
на высоте 150 метров.
Однако результаты рейда были ничтожными.
Плоешти оказался неприступным.
Даг Моррелл позднее летал там на большей высоте.
[Моррелл] Миссия могла длиться 10 часов,
но сам бой продолжался всего минут десять.
Десять минут - это много. Попробуйте задержать дыхание.
У камеры "Аймо" была рукоятка.
Когда происходило что-нибудь важное,
приходилось крутить ее, чтобы завести механизм.
Как же я не любил перезарядку на высоте 6000 метров!
Пальцы сразу же коченели от холода.
Когда приближаешься к цели,
огонь зениток очень плотный,
чтобы самолеты противника не смогли подлететь.
Иначе их собъют.
Наблюдение велось так: сбрасывались бомбы,
Я следил за их полетом и снимал места попадания.
В последствии разведка использовала эти съемки.
Мы бомбили Плоешти, и вдруг нас зацепила зенитка.
Пришлось нарушить строй.
Затем на нас напали 6 Мессершмиттов.
Мы уже были далеко от основных сил.
Они обстреляли нас. Самолет загорелся.
Я открыл дверь бомбового отсека.
Я собирался выпрыгнуть из него,
вдруг начался обстрел. Я крикнул: "Ого!"
Я схватил огнетушитель вот таких размеров.
Я начал тушить огонь, а потом подумал: пора уходить!
Я выпрыгнул через хвостовой отсек.
Как только я выпрыгнул, он взорвался.
Всего выпрыгнуло человек пять.
Я спрыгнул на парашюте последним,
а тех, кто остался в самолете, убили.
[Хэнкс] Другой оператор, чуть не погибший
в воздушной катастрофе, - Дэн МакГоверн.
Я был так занят, что не думал
о том, что идет бой.
Нужно было помогать другим и продолжать съемку.
В перерывах
нельзя было сидеть сложа руки.
Нужно было снимать.
В бомбардировщике
10 членов экипажа.
Я был одиннадцатым.
Поэтому нужно было доказать, что я был там не зря.
Однажды был такой случай,
это правда, клянусь Богом,
Я снимал аварийную посадку своего самолета.
Два правых двигателя вышли из строя.
Третий двигатель слева - тоже. Остался один двигатель.
Я наводил камеру то направо, то налево,
то наверх,
а самолет шел на аварийную посадку.
Тогда я не думал об опасности.
Я был так взволнован, что не боялся.
Бояться начинаешь позже, когда вспоминаешь об этом.
Даже руки трясутся.
[Хэнкс] Мы сбросили на Европу свыше 2 миллионов тонн бомб,
но так не получили результатов, которые обещали сторонники авианалетов.
В этой войне, как и в других, можно было победить только на земле.
Это понял и Норман Хатч,
в битве за Тараву в 1943.
[Хатч] Я был с подполковником Джимом Кроу.
Он не был от меня в восторге.
Он сказал, что ему не нужны были
морпехи из Голливуда.
Я поклялся, что я - настоящий морпех, и стрелять умею.
Если у меня будет винтовка, я знаю, что с ней делать.
Он сказал: "Ладно, только не путайся под ногами."
Я сидел вместе с ним и снимал все, что происходило.
Он увидел, что танки-амфибии,
которые шли тремя волнами,
сбились со своего курса.
Из-за того, что по ним постоянно
стреляли крупнокалиберные пулеметы,
им пришлось сместиться вправо.
Кроу наблюдал, как атакующие исчезают из поля зрения
из-за этого маневра.
Он приказал старшине заводить лодку.
Мы наткнулись на риф. Трап не сработал.
Всем нам нужно было перепрыгнуть через борт,
а это не так-то просто, когда на тебе 36 кг снаряжения.
Мы добрались до берега, но выдохлись,
потому что идти по воде тяжело
из-за сопротивления,
да еще это снаряжение,
в общем, мы вымотались.
На берегу мы сориентировались за пару минут.
[Хэнкс] Хатч и остальные морпехи подверглись пулеметному обстрелу.
Нужно было вести ответный огонь.
Фронтовые съемки яростного обстрела, неведомого прежде.
[Хатч] Японские укрепления были просто невероятными.
Бетонный бункер они покрывали песком.
Затем - бревнами.
И затем - снова песком.
Они были практически неприступны.
[Хэнкс] Операторам на тихоокеанском фронте повезло.
Пространство было ограничено,
все важные события попадали в фокус.
Жестокая правда войны была отражена в хронике,
как ни на одном другом фронте.
Хатчу удалось "поймать" сражающихся пехотинцев и их врагов
в одном кадре.
[Хатч] Это - редкая удача.
Я был наверху укрепления, кто-то крикнул: "Вот они!"
Я повернулся, и они попали в кадр.
[Хэнкс] Если бы японцы организовали контрнаступление в первый день,
они выбили бы пехотинцев обратно в океан.
Но, как показывает хроника Хатча, бой продолжался:
неорганизованный, но яростный.
Многие японцы сражались на смерть.
В плен было взято лишь 17 человек.
Десант все еще наталкивался на вражеские укрепления.
Среди морпехов был другой оператор, Джон Эркол.
[Эркол] Мы вообще не понимали, что происходит.
Казалось, мы плыли в никуда.
Мы не рассчитали направление течения.
Я тогда снимал все, что мог:
например, лица людей в своей лодке.
Через 19 часов
мы наконец-то высадились.
[Хэнкс] Эрколу довелось снимать
лишь убитых и раненых.
В начале их эвакуация была плохо организована.
Хатч доверил киноактеру организовать процесс.
[Хатч] Там был Эдди Элберт.
Он был младшим лейтенантом,
и режиссером на лодке.
Как только началась операция, он понял,
что вывоз раненых был плохо организован,
поэтому он сам высадился на берег,
и был там, пока бой был в самом разгаре,
и руководил отрядами, привозившими боеприпасы
и отвозившими раненых обратно на корабли.
[Хэнкс] Когда десант стал продвигаться вглубь острова,
стала очевидной бесплодность предварительной бомбардировки.
[Хатч] От их ударов особой пользы не было.
Они ведь сбрасывали бронебойные снаряды,
а брони там нигде и не было.
Снаряды попадали в песок, отскакивали от него
и скользили по поверхности острова.
Там кругом валялись 400-мм снаряды.
Они даже не взорвались.
[Эркол] Самое большое впечатление на меня
произвели тела, мертвые тела.
Одному Богу известно, сколько там было солдат,
лежащих лицом вниз, плавающих на мелководье.
Я тогда в первый раз увидел убитых солдат.
Когда я их увидел, понял,
что такое я никогда не забуду.
Мне казалось,что они все похожи на моего друга,
Нормана Хатча.
[Хатч] На небольшом участке земли,
размером с Цетральный Парк в Нью-Йорке,
в течение трех дней,
погибло 6 тысяч человек.
Из них 5000 японцев
и 1000 американских морпехов.
Кроме того, еще 2000 человек были ранены.
[Хэнкс] Около подбитого танка Хатч услышал мяуканье котенка.
В начале он подумал, что это стонет раненый враг,
но это была очередная жертва войны.
Хатч хотел забрать его с собой,
но, напившись, котенок убежал,
и больше его никто не видел.
За качественно снятый фильм о битве за Тараву
Хатч заслужил поездку домой, где фильм был смонтирован
в пропагандистскую короткометражку.
[Хатч] Мы ехали по Маркет Стрит,
и на афишах всех крупных кинотеатров было мое имя,
ведь я снял фильм о Тараве,
и они его показывали.
Это самые лучшие кадры сражений, которые я видел.
Точно.
Если пехотинец говорит такое морпеху, то это действительно так.
Мне повезло.
[Хэнкс] Фронтовой оператор,
фотограф и водитель -
так войска связи снаряжали отряды
военных операторов в Европе.
[Даг Вуд] Мы пользовались камерами "Аймо",
из называли "наблюдателями бомбардировки".
У них сбоку была рукоятка.
Нужно было ее крутить, и у камеры была только одна 5-см линза.
Представьте себе, как можно было снимать
общий, средний и крупный план
всего одной 5-см линзой.
Было преступлением посылать нас туда с такой аппаратурой.
[Хэнкс] И все же при помощи таких камер были сняты поразительные кадры.
Джон Хьюстон, один из голливудских режиссеров,
последовавший за Джоном Фордом на войну,
снял такой камерой то, что по мнению критика Джеймса Эйджи
считалось лучшим документальным фильмом о войне.
Хьюстон снял и прокомментировал фильм
в ироническом ключе.
[Хьюстон] Святой покровитель: Петр.
Место действия: Церковь Святого Петра, 1438.
Обратите внимание на интересную архитектуру алтаря.
[Хэнкс] Однако, настоящую войну оказалось снимать сложнее,
чем сцены в Голливуде.
[Хьюстон] С конца октября 1943
до середины декабря
Сан Пьетро стал местом ожесточенных боев
нашей Пятой армии.
Началась вторая стадия итальянской компании -
наступление после задержки,
вызванной сильными дождями.
[Ветеран] Хьюстон приехал с заданием.
[Хэнкс] Его заданием было сделать хронику
небольшой битвы, олицетворяющей всю войну.
[Ветеран] Он понял, что это не так просто.
Не всегда снимаешь то, что хочется.
Солдаты встают, делают 3 выстрела и опять ложатся.
Нельзя пробежать 3 метра и вести съемку.
Но если хватало терпения, с "Аймо" можно было добиться многого.
Тогда он вернулся.
Ему дали 2 батальона
36-й дивизии из резерва,
и с их помощью он снял хронику.
Он взял кое-что из нашего фильма,
реальные боевые кадры, и смонтировал со своими.
Его кадры были получше наших.
[Хэнкс] Эд Монтейн отнесся к уловкам Хьюстона
с юмором и мудростью ветерана.
Он снимал самое лучшее оружие.
Чтобы имитировать взрывы, он даже тряс камеру.
Он показал американских солдат на фоне убитых немецких.
[Монтейн] Он напугал ребят из 36-й дивизии. Денек выдался горячий.
Он сказал им идти вверх по холму,
а потом сверху бросил гранату
и крикнул: "Граната!" Они все упали на землю.
Некоторые кадры были просто отличными.
Я восхищался его работой, но меня пугало,
что из Нью-Йорка последует критика, навроде:
"Ребята Хьюстона смогли это сделать. Почему не смог ты?"
Ведь у меня были те же люди.
Я мог ведь тоже мог постараться, правда?
[Хэнкс] Один из самых волнующих моментов в хронике Хьюстона -
это кадры жителей, собирающих по частям остатки жизни,
которую они хотели возродить
в маленьком городе Сан Пьетро.
[Хьюстон] И люди молятся святому Петру, чтобы он походатайствовал перед Богом
за тех, кто добровольно
пришел сражаться на север
в этой битве.
[Хор]
[Хэнкс] К 1944 фронтовые операторы были везде,
даже на границе Китая, Бирмы и Индии.
Для большинства американцев это был малоизвестный уголок земли.
Скрытое за высокими горами и зарослями джунглей,
это место было кошмаром для политиков и тыловиков.
Единственную воздушную трассу прозвали "Алюминиевым следом",
после того, как все самолеты, летевшие по ней, были сбиты.
Когда генералы Джозеф Стилуэлл и Фрэнк Меррилл встретились,
чтобы обсудить план нападения на японский аэродром Мьиткьина,
рядом был оператор Дейв Куэйд.
[Куэйд] Когда генерал Стилуэлл улетел на своем самолете,
я подошел к Мерриллу
и спросил: "Генерал,
разрешите мне полететь с вами."
Он ответил: "Конечно."
[Хэнкс] Формально Куэйд был в самоволке,
когда стал участником операции Галахад.
Он понятия не имел, во что вмешался.
[Куэйд] На той тропе, которая была непроходимой,
нам приходилось прорубать проход, потому что даже мулы,
которые способны идти в любой местности,
не могли пройти там.
Мы несли на себе кучу снаряжения:
пятидневный паек и боеприпасы,
винтовки и прочее...
Я сам нес 6-килограммовую камеру и 730 метров пленки.
Местность была настолько труднопроходимой,
что порой мулы просто останавливались,
и нам приходилось снимать с них
седла и весь груз.
Выбирали солдата,
ребята взваливали на него 44-кг седло
прямо на спину,
и он поднимался по ступенькам.
А когда мы поднимались на более ровную поверхность,
мы снова запрягали мулов.
[Хэнкс] Куэйд устал повторять съемки
с ракурсом только спереди и сзади.
Он решил рискнуть и сделать съемку с боку, прыгнув на ветку дерева.
[Куэйд] Высота обрыва была 92 метра.
Но тогда я был молод,
прыгнул туда и сделал пару кадров.
[Хэнкс] По пути в Мьиткьина солдаты Меррилла
дважды наталкивались на японские патрули.
Здесь видно, как вражеская пуля пролетела в кустах.
В этой перестрелке Куэйд вышел на открытое место,
чтобы снять убитого врага
и американца, убившего его.
Наверное, это был самый дурацкий кадр в моей жизни,
потому что японцы
были так потрясены, что перестали стрелять.
Они не поверили своим глазам.
[Хэнкс] Этот переход по джунглям занял 6 дней.
[Куэйд] Метод лечения малярии был очень простым.
Проще некуда.
Болезнь "вытравливали" ходьбой.
Все наши раненые после двух боев
в горах шли вместе с остальными.
[Хэнкс] Изнуренные диверсанты застали врага на аэродроме врасплох,
но японцы все еще удерживали близлежащий город.
[Куэйд] Я был в восторге от 88-й эскадрильи истребителей.
На Кёртиссах P-40F были нарисованы мертвые головы.
Они были всего в 2,5 километрах
от японских бункеров.
Они могли сделать один разворот с набором высоты
и спуститься прямо на бункер.
Они были отличной поддержкой
американско-китайской пехоты, окружившей Мьиткьина.
Мне всегда было интересно
посмотреть на вещи с разных сторон.
Я попросил их поставить мою кинокамеру
на истребитель P-40 перед вылетом.
Видно, как они поднимаются, делают разворот,
пикируют,
самолет летит прямо за капитаном.
Капитан выходит из пикирования, сбросив бомбу,
а наш парень все еще летит вслед за бомбой.
Потом раздается страшный взрыв,
и видно, как он пытается пролететь над местом взрыва.
Он не может набрать высоту
и совершает аварийную посадку.
[Хэнкс] Когда командир сел,
Куэйд подумал, что будет приказ об отступлении.
И что ему придется отвечать за испорченный самолет.
Он мне сказал:
"Куэйд, убирайся отсюда!"
Он сказал: "Испортишь еще 4 самолета и можешь получить японскую медаль!"
Наверное, это самое смешное, что я услышал за всю войну.
Еще он сказал: "Ладно, Дейв, не переживай.
Нам все равно переходить на новые P-51."
[Хэнкс] Июнь 1944.
Морская пехота высаживается на Марианские острова,
находящиеся близко (в зоне досягаемости) от Японии.
Покойный Ричард Брукс делал
окончательный монтаж отснятого материала.
[Брукс] Когда десантные корабли подплывали к берегу,
операторы высаживались первыми.
Их целью было запечатлеть
высадку и последующую атаку морпехов.
[Хэнкс] Как и Джон Хьюстон, Брукс сделал из этих кадров
отличный документальный фильм о войне.
Как и Хьюстон, после войны он получил "Оскар"
как лучший режиссер и автор сценария.
[Брукс] Япошки сбили еще один наш самолет.
Так выкуривают снайпера.
[Выстрел]
Японец пытается убежать.
[Выстрел]
Генерал-лейтенант Холланд Смит, морская пехота США,
командовал штурмовой группой.
[Хэнкс] Люди называли его "Неистовый Смит".
Брукс имел наглость задать ему вопрос.
[Брукс] Я договорился с генералом Смитом о том, что сниму его
на фоне горизонта и моря.
Когда он шел к джипу,
я спросил: "Разрешите обратиться, сэр?"
Он сказал: "Обращайтесь." Я тогда был капралом.
Я спросил:
"Генерал, возможно ли выдать пистолеты
фронтовым операторам?"
Он ответил: "А зачем?"
Я сказал: "У нас ведь нет оружия. У нас только камеры."
"Если по нам стреляют,
неплохо было бы выстрелить в ответ, даже если не попадешь."
Он сказал: "Мне все равно, снимаете ли вы и есть ли у вас пленка."
"Мне просто нужно, чтобы вы постоянно шли с камерой перед солдатами."
"Потому что перед камерой,
неважно, снимаете ли вы, или нет,
солдаты думают, что на них смотрит весь мир,
и перед камерой никогда не бывает трусов."
[Хэнкс] Джон Эркол снова был среди наступающих.
[Эркол] Где бы ни был снайпер,
я всегда был его целью.
Приходилось перебегать то вперед, то назад...
Он пытался попасть мне в ногу
и обстреливал землю рядом со мной...
Я вел съемки танка,
за которым наши морпехи несли тяжелораненых
на плечах. Танк их прикрывал.
[Хэнкс] Танки сыграли решающую роль в победе.
Эти кадры были сняты в цвете.
Но как и следующие кадры из танка,
окончательно вышли в черно-белом варианте.
Последними опорными пунктами японцев были холмы
с огромным количеством пещер,
из которых их приходилось с большим трудом выкорчевывать.
[Эркол] Главной задачей на острове Сайпан
было выбить противника из скал.
У нас были ребята, говорившие по-японски, они пытались убедить врага сдаться,
но в ответ те только стреляли.
В корпусе морской пехоты мы поклялись,
что если нужно спасти товарища,
мы пойдем на верную смерть.
У японцев клятва была жестче -
Оня поклялись умереть, но не сдаться.
Им внушали, что мы убили своих детей,
чтобы попасть в морскую пехоту, и что мы съели родителей,
и прочую пропаганду.
[Хэнкс] Как обычно, сдались лишь немногие японцы.
В основном, сдавались гражданские.
Но даже они были слишком напуганы.
[Эркол] На Сайпане я снял пару кадров, как я заметил женщину.
В скале был проход, она была
в 50 метрах от меня.
У нее на руках был ребенок.
Вдруг она заметила меня.
Камера у меня была приделана к прикладу.
Она не знала, что это камера, и когда я ее поднял,
она бросила ребенка со скалы
и потом прыгнула сама.
Все это есть на пленке.
Там всего 4 секунды.
Такой был у них страх перед нами.
[Хэнкс] Эти душераздирающие кадры погибшего ребенка,
может быть, самые ужасные за всю войну,
в то время не были показаны публике.
Эти десантники были первыми, кому предстояло
пробить брешь в Атлантическом вале Гитлера.
Они высадились в Нормандии,
в предрассветной темноте, 6 июня 1944 года.
Они были предвестниками самой известной высадки десанта в истории.
За ними последовали бомбардировщики.
На каждом самолете были большие опознавательные полосы.
На эту защиту против "братского" огня
ушла вся белая краска в Англии.
Карл Волкер хорошо помнит это утро.
[Волкер ] В "День Д" мы вылетали дважды.
Первый раз - рано утром. В темноте мы мало что сделали.
Я снимал бомбардировку побережья.
На взлетную полосу нам принесли сэндвичи и кофе.
Мы никуда не отходили от самолета.
Его заново заправили, установили бомбы, и мы опять взлетели.
Мы летели над Ла-Маншем и видели кучу лодок и кораблей
из Торти, Южная Англия.
Зрелище было потрясающее,
я никогда не видел такого количества техники, пересекающей Ла-Манш.
Они шли друг за другом.
[Хэнкс] Пехотинцы коротали время
тревожного ожидания привычным способом.
Но все они так или иначе были наедине со своими мыслями.
И с оружием, от которого,
если не считать удачу,
зависела их жизнь.
Среди этой гигантской армады
только одно существо не знало, что его ожидает.
Но даже его готовили к худшему.
И все же, неспокойные воды пролива и страх давали о себе знать.
Рассвело. На небе появились планеры,
перевозившие дополнительные отряды
для нападения на гитлеровцев с тыла.
Затем вернулись бомбардировщики.
[Волкер] Но на сей раз мы летели низко.
Высота была примерно 1500 метров. Событие было беспрецедентное.
Мы еще не бомбили с такой высоты.
[Хэнкс] Съемка Волкера была также беспрецедентной.
Картинка была четкой, камера не дрожала.
[Волкер] В большинстве военных хроник
видно постоянное дрожание.
Я в тот день пустил в камеру статическое электричество.
В кадровом окне были вспышки,
они появлялись по всему ходу пленки.
Это был мой "День Д".
[Хэнкс] "Казалось, что тысячи салютов слились в один" -
говорил очевидец.
Но обстрел с моря начался слишком рано.
Было слишком темно для точного попадания и для камеры Уолтера Розенблюма.
[Розенблюм] Я не мог пойти в первой цепи атакующих, т.к. было слишком темно.
Вести съемки было нельзя.
Десантные суда вернулись,
и погрузился следующий отряд, я был среди них.
Все это видно в хронике.
Я спустился по веревочной лестнице,
и сел в одно из десантных судов.
[Хэнкс] Солдаты второй волны столкнулись
с жестокой реальностью "Дня Д" -
они увидели убитых товарищей.
[Розенблюм] Мы высадились на берег,
и меня поразил больше всего вид погибших.
Я ведь до этого никогда не видел убитых людей.
Меня окружала смерть.
Повсюду были трупы солдат,
качавшиеся вверх и вниз на воде.
Кровь была везде, это было страшное зрелище.
[Хэнкс] Судьба сыграла с операторами войск связи злую шутку.
Почти все съемки высадки американских войск в Нормандии
были сделаны операторами береговой охраны.
Материал, отснятый Розенблюмом
и другими операторами 165 роты
был утерян.
К обеду был создан береговой плацдарм. К концу дня операторы
были готовы сдать доставшийся дорогой ценой материал.
[Вуд] Мы передали пленки комендантам пунктов высадки морского десанта.
Там был один полковник,
который подходил к каждому коменданту и собирал пленки.
Он положил их в свой вещмешок,
взял его на плечо и отправился на корабль.
Взбираясь на борт корабля, он уронил его,
и вся пленка ушла под воду.
[Хэнкс] За исключением материала,
отснятого Диком Тейлором.
Он сделал эти великие кадры.
Случилось так, что они стали
самыми известными кадрами "Дня Д".
[Вуд] Единственный американский фильм о высадке в Нормандии
сделал парень из 1-й пехотной дивизии.
Его ранило, и он забрал пленку с собой.
До того, как его ранило, он успел снять 3-4 сцены.
В основном в хронике Тейлора показаны последствия атаки.
В ней показаны люди, вымотанные боем,
и пытающиеся восстановить силы.
Они окапывались,
заботились о раненых.
На их лицах видно потрясение тех, кто выжил.
На мгновение их жизнь сократилась
до этого рокового дня.
Все, что они видели, - это неприступный берег,
на который они только что высадились.
Им пришлось созерцать смерть,
которая чудом их обошла.
На следующий день пришли боеприпасы и продовольствие.
И - непогода.
По всему сектору Омаха
волны угрожали лодкам и экипажам.
Уолтер Розенблюм делал фотографии.
Этим же был занят его напарник, Вэл Поуп.
[Розенблюм] Там была пара тонущих лодок,
из кажется обстреляли,
и молодой лейтенант поплыл на спасательном плоту,
чтобы вытащить упавших в воду.
Когда я его увидел, я подумал:
"Я хороший пловец. У меня есть выбор:
поплыть с ним и вытащить людей
или сделать фотографии."
Я понял, что должен делать свою работу,
т.е. фотографировать, и я занялся этим.
[Хэнкс] Эти фотографии и кинохроника помогли заполнить пробелы,
возникшие в связи с потерей материалов первого дня высадки.
К сожалению, кинооператор Вэл Поуп погиб в бою
несколько дней спустя.
[Розенблюм] Самая известная фотография из той серии -
та, где молодой лейтенант склонился над рядовым
и оказывает ему первую помощь.
Для меня он стал настоящим героем.
Таких людей я в своей жизни не видел.
Я счастлив, что сделал эту фотографию,
ведь она показывает, что это была за война.
Там воевали люди, которые сражались за свои убеждения.
Через 3 дня после высадки
во Франции было уже полмиллиона
хорошо снаряженных солдат.
Стивен Эмброуз называет это экономическим чудом
и величайшим достижением американского народа и США
в двадцатом веке.
Кто с этим поспорит?
Может, только десантники,
пытавшиеся прорваться с берегового плацдарма
вглубь неприветливой местности и победить упорного врага.
[Хэнкс] На опустевшем берегу появились аэростаты заграждения,
защищавшие транспорты с боеприпасами
от редких самолетов Люфтваффе.
Повсюду велся подсчет потерь.
Больше всего их было среди воздушного десанта.
Но командование было готово к таким жертвам.
Все было аккуратно внесено в списки.
Командование, да и танкисты, не были готовы к другой опасности -
уникальным особенностям
нормандского ландшафта.
[Вуд] По всей Нормандии
были живые изгороди.
Около 2 метров в высоту и 2 метров толщиной.
Прямо из них росли деревья, это были настоящие крепости.
Бывало так, что мы окапывались с одной стороны изгороди,
а немцы - с другой.
[Вуд] Иногда попадались небольшие просветы
с воротами, где можно было пройти.
Ребята пытались атаковать через эти проходы.
[Хэнкс] Живые изгороди, впервые выращенные в Средневековье,
затрудняли продвижение войск,
но не надолго.
[Вуд] Один сержант-артиллерист
смекнул, что можно приварить
два больших зубца к корпусу танка.
Эти зубцы врезались в изгородь,
и танк проходил насквозь.
Это "изобретение" облегчило нашу жизнь.
Около 60 лет назад
один немецкий чиновник показал пальцем на карту
и приказал построить здесь, на поле французского фермера,
береговые артиллерийские батареи.
Эти молчаливые, но зловещие памятники войны
находятся здесь до сих пор.
Так война вторгается в обычную человеческую жизнь.
И все же эта жизнь с изумительным упрямством продолжалась.
Под грохот орудий
на полях собирали урожай.
Гуси шли по дороге,
заставленной военной техникой.
Жизнь шла своим чередом,
и это также попало на пленку.
[Хэнкс] Веселым молодым освободителям было скучно
в свободное от службы время.
Эти американские летчики нашли этих лошадей на нормандском пастбище.
Один из пилотов был родом из Оклахомы.
На мгновение он вспомнил ковбойские навыки
из своего гражданского прошлого.
[Розенблюм] Всем было известно,
что из-за нашей предварительной бомбардировки
погибло много французов, живших за линией немецких укреплений.
Я всегда удивлялся тому, что
французы, которых я снимал,
не обвиняли американцев за это.
Они смотрели на нас, как на освободителей, хотя наши бомбы
убили несколько местных жителей.
[Хэнкс] На этих кадрах видны трогательно радушие и спешка.
После высадки в Нормандии
война наконец-то увеличила темп.
Для этого французского танкового батальона
война стала личным делом,
о чем вскоре узнал присоединившийся к нему Расс Майер.
Мы были в составе батальона,
наш джип ехал рядом с их танком.
Мы ехали между французскими танками.
[Хэнкс] Его лучший фронтовой друг, Билл Тиз,
раньше него попал во французское подразделение.
Он позволил ему использовать свое имя
в названии первого послевоенного эротического хита Майера,
"Аморальный Мистер Тиз."
Разумеется, французских танкистов приветствовали с особой теплотой
во время их продвижения по родной земле.
Американцев тоже приветствовали.
[Майер] Они говорили: "О, Американцы. Tres bien (Очень хорошо)."
[Хэнкс] Иногда танкистов подстерегала опасность.
[Майер] Например мы едем по улице, вдруг выбегает парень и кричит:
"Назад! Там немцы!
Быстрее уходите!"
[Хэнкс] Предупрежденные, они начинали короткий, но ожесточенный бой.
На этот раз они захватили пленных.
Я бы хотел увидеть этого парня сегодня.
Если бы он нас тогда не предупредил,
немцы бы из нас котлету сделали.
[Хэнкс] Но танкистам не всегда так везло.
В последующих боях они понесли значительные потери.
Как это часто бывает в танковых сражениях,
ранения были жуткими.
И тяжелыми для восприятия.
Пока одни танкисты прилагали усилия,
чтобы освободить попавшего в ловушку товарища,
другие вспоминали подробности боя.
Гражданское население США не должно было знать
о жестокой реальности войны.
Если бы на экране были американцы,
фильм запретили бы к показу.
[Майер] Не хотелось снимать наших солдат,
наших убитых солдат.
Если уж американец попадал в кадр,
я снимал так, что узнать его было невозможно.
Я беспокоился о родственниках погибшего,
которые могли увидеть его в кинохронике.
[Хэнкс] До Парижа оставалось совсем немного,
и это почти через 3 месяца после высадки.
С приближением войск союзников
против фашистов стало действовать коммунистическое подполье.
На улицах немецким танкам противостояли
бойцы Сопротивления со стрелковым оружием.
Поразительно, но они смогли достичь шаткого перемирия.
Возможно, они спасли город от разрушения,
которое было запланировано Гитлером.
[Хэнкс] Честь вступить в Париж
выпала "Сражающейся Франции".
Но когда их лидеры были замечены фашистами,
по ним был открыт огонь.
Там точно был Де Голль,
остальных офицеров уже не помню.
Генерал Леклерк там тоже был.
[Хэнкс] В городе еще было полно немецких солдат
и их французских подельников.
[Вайнер] На Елисейских Полях начался марш войск
как часть парада,
но кругом были снайперы. Раздались выстрелы.
Конечно, все пригнулись.
[Хэнкс] В результате интенсивной перестрелки погибли люди.
В некоторых местах люди легли на землю
и боялись пошевелиться.
Все были напуганы.
Против французских коллаборационистов
были приняты срочные и жесткие меры.
На этом возмездие не закончилось.
[Вайнер] Нам сообщили о действиях против коллаборационистов.
Например, они схватили
нескольких женщин-коллаборационисток
и побрили им головы.
Я думаю, эти женщины любили бывать в обществе
или заигрывали с немецкими солдатами.
Цель была, как я думаю,
пометить этих людей, чтобы в течение недель и месяцев
все знали, что перед ними - предатели.
[Вайнер] В основном, они молчали.
Некоторые улыбались и смотрели вам в глаза...
Думаю, они пытались показать, что им все равно,
несмотря на эту ситуацию.
[Хэнкс] В начале союзники не планировали входить в Париж,
но их путь неизбежно проходил через него.
Большинство этих солдат даже не остановились.
Для них Париж был всего лишь промелькнувшим мимо
населенным пунктом на пути к победе.
В другом французском городе
Фред Борнет познал триумф освободителя
и увидел настоящую радость освобожденных.
[Борнет] Люди вышли на улицу,
они были просто в экстазе.
Их переполнял восторг.
Они развешивали праздничные украшения
и поднимали бокалы с вином.
Не нужно было придумывать сюжет -
можно было просто снимать этот праздник на камеру.
Там было много девушек, у них в волосах были цветы.
Они махали руками, приветствуя солдат.
Но мне показалось, что они это делали
без особого энтузиазма.
Я подумал, что это великий день.
Все должно быть как на настоящем празднике.
Я сказал одной девушке: "Слушай,
когда подойдет группа солдат,
подбеги к ним и поцелуй их!"
Потом на показе я плакал.
Они предложили мне суп
и жареные яйца.
Они размахивали флагами.
Было такое чувство,
что я делаю что-то очень важное.
Осенью 1944 года
взгляд Америки был прикован к Европе,
где, по словам командования,
слишком самонадеянным, как оказалось,
конец войны уже был близок.
На тихоокеанском фронте прогнозы были менее радужными.
Бои там были такими же ожесточенными, как и раньше.
Многие солдаты чувствовали себя брошенными.
Говорит оператор ВМФ Сэм Соренсон.
[Соренсон] Морпехи, с которыми я работал,
радовались, когда я их фотографировал.
На Тихом океане они были так одиноки.
Они забыли, как выглядят женщины.
Одной из причин, по которой
мне нравилось работать с морпехами,
было то, что можно было сделать отличные боевые кадры.
[Хэнкс] Остров Пелелиу, сентябрь 1944.
Морская и авиационная бомбардировка были беспрецедентными.
[Соренсон] Целых три дня мы метали снаряды.
Когда мы увидели остров издалека,
он казался таким милым местечком с зелеными холмами.
Когда мы подошли поближе, мы увидели
труднопроходимые зазубренные горы.
Маленькие коралловые горы
были повсюду.
Я не мог поверить, что он обитаем.
[Хэнкс] Бомбардировка оказалась неэффективной.
Враг был в безопасности в своих бункерах.
[Соренсон] Когда морские пехотинцы начали атаку,
они наткнулись на риф.
Они застряли на этом рифе
и попали под перекрестный огонь японцев.
Им пришлось переместиться
на танки-амфибии.
Когда они высадились на берег,
японцы стали их обстреливать из одной точки.
[Хэнкс] Ирония заключается в том, что захват Пелелиу не был так важен.
Генерал Макартур думал, что остров необходим для
прикрытия вторжения войск на Филиппины.
Военные историки пришли к выводу, что это было не так.
Потери среди морпехов составили почти 50 процентов.
[Соренсон] Они прятались в пещерах.
В самоубийственные атаки они не ходили.
У них там были так называемые "паутиные норы",
где помещался один снайпер.
Их перекрывали
и взрывали вход.
Но японцы выбегали из другой норы.
[Выстрел]
Два месяца мы их оттуда выбивали.
Пленных было всего человек сто.
Наши потери составили примерно 1900 морпехов,
а потери противника -
около 13 000 человек.
[Хэнкс] Война шла и на китайско-бирмано-индийском направлении,
где продолжал служить Дэйв Куэйд.
Перед Днем Благодарения президент Рузвельт сказал:
"Не важно, где служит ваш сын или ваша дочь -
на суше, на море, или в воздухе, -
все они получат свою индейку на обед."
И я сказал на это: "Чепуха!"
Я сказал: "Я буду снимать на камеру сброс груза
и докажу, что это - неправда."
[Хэнкс] Поставки продовольствия и боеприпасов производились
новым подразделением, только что прибывшим из Европы.
Они плохо адаптировались на новой территории.
Они летели слишком быстро или слишком низко,
поэтому сброс груза часто был неточным.
Иногда он вообще разбивался.
[Куэйд] Самолет был прямо над нашей тропой.
Я крикнул ребятам, чтобы они срочно убирались оттуда.
Костлявый худой парень с камерой - это я.
[Хэнкс] Груз случайно упал прямо на Куэйда.
[Куэйд] Медики сразу же подбежали ко мне, как и мой друг Билл.
[Хэнкс] Испытания для Куэйда не закончились.
Он до сих пор растроган готовностью Билла Брауна
рисковать своей жизнью ради него.
[Куэйд] Вдруг прямо на меня полетел парашют,
я закричал: "Билл! Смотри!"
Билл вскочил,
загородил меня и сказал: "Я разберусь."
Внезапно подул ветер,
и отнес парашют мимо моей головы.
Биллу не пришлось жертвовать собой.
[Хэнкс] Война для Дэйва Куэйда закончилась.
До самого конца войны он пролежал в госпиталях,
где ему сделали многочисленные операции на раздробленной ноге.
[Куэйд] Я покидал войну
на мешках с кормом для мулов.
[Хэнкс] В северной Франции
продвижение войск замедлилось с приходом зимы.
Плохая погода помогла замаскироваться крупному соединению вермахта -
двадцати четырем дивизиям в Арденнском лесу.
[Майер] В Арденнах ситуация была тяжелой:
был сильный холод,
и очень сложно было
где-либо спрятаться от противника.
В Арденнах нет крупных деревьев.
Приходилось быть осторожным
и прятаться за каким-нибудь стволом,
копать там яму как можно глубже,
чтобы не ранили...
и не убили.
[Хэнкс] В декабре американцы, воевавшие на этом фронте,
часто оказывались в изоляции.
Связь между подразделениями была плохой.
[Взрыв]
Они не ожидали сражения, начавшегося 16 декабря.
Многие солдаты продолжали храбро сражаться,
даже когда были полностью окружены противником.
Арденнская операция была последней крупной авантюрой Гитлера,
в которой немцы продвинулись на 90 км вглубь обороны,
но были разгромлены.
По этим кадрам и не скажешь,
что в сражении участвовало огромное количество солдат -
600 000 человек.
Такого в американской истории еще не было.
20 000 американцев погибли в Арденнах.
Другие 20 000 были ранены.
Среди них были фронтовой оператор Джим Бейтс,
который участвовал в войне с "Дня Д".
На "Выступе" ему пришлось служить так же, как и большинству солдат.
Он попросил, чтобы его подвезли на танке.
Ведь его двигатель давал тепло.
[Бейтс] Я забрался на этот танк и спросил, можно ли мне поехать с экипажем.
Люк открылся и парень спросил: "Умеешь стрелять из пулемета?"
Я сказал, что меня обучали в бронетанковой дивизии.
Они меня сразу взяли и посадили
на место пулеметчика в носовой части.
[Хэнкс] Бейтс не подозревал, что ему предстоит
участвовать в бою с немецкими "тиграми".
Он снял эти уникальные кадры, на которых немецкие медики
оказывают помощь своим раненым танкистам.
[Бейтс] Я увидел, как головной танк
вышел на открытую местность и стал стрелять вверх.
Вдруг я услышал звуки выстрелов,
и командир сказал: "Вылезай. По нам стреляют."
Сразу же послышался свист,
и я почувствовал удар, как будто сзади меня ударил поезд.
Я не знал, жив я или уже умер.
Командир заорал: "Если не ранен, вставай!"
"Уходи, иначе он тебя раздавит."
Я обернулся и увидел, что моя камера лежала под звеном гусеницы.
Я быстро встал. По радио сообщили:
"Берите джип и шлите сюда медика.
Ранен оператор. Их и так мало,
а до конца войны они нам нужны."
"Я поеду наверху", сказал я.
"Присяду на корпусе. Там тепло."
[Хэнкс] Несмотря на ранение, Бейтс продолжил съемки,
в то время как танк громыхал по дороге в тыл.
[Бейтс] Меня встретил Арози, парень, с которым я работал.
Он был моим другом и напарником. Он сказал:
"Госпиталь рядом. Я тебя отведу."
Я ответил: "Не сейчас. Садись за машинку."
"Я буду диктовать что, где, как и почему."
Он спросил: "Ты не уйдешь?" Я ответил: "Ни за что."
[Хэнкс] Ситуация оставалась нестабильной несколько дней,
особенно для Дага Вуда.
Заболев гриппом, он решил укрыться
в подвале коммандного пункта.
Он отправил водителя и фотографа за пленкой
и лег спать.
Он не услышал приказ покинуть командный пункт, когда начался обстрел.
[Вуд] Мой фотограф был новеньким,
он сказал водителю, которого звали Айвен Бэбкок,
"Бэбкок, там ребята в смешных фуражках,
кажется они в нас стреляют."
Водитель мне потом рассказывал:
"Их трассеры летели у меня прямо перед носом."
Но он не останавливался.
Ведь тех парней, которые остановились,
немцы взяли в плен.
Он просто давил на газ под постоянным огнем противника.
[Хэнкс] То, что чуть не испытал на себе Бэбкок,
вошло в историю как Бойня у Мальмеди.
Это самое было жестокое преступление, совершенное над американскими солдатами.
От 71 до 129 рядовых армии США
(точное число до сих пор неизвестно)
были окружены и расстреляны отрядом СС.
Эсэсовцы проникли через линию фронта,
некоторые были в американской форме.
Вермахт был на последнем издыхании:
в его отрядах было много подростков.
Нацистам после войны удалось избежать
серьезного наказания за бойню у Мальмеди.
В конце декабря погода улучшилась.
Воздушные операции возобновились.
[Ветеран] Мне крупно повезло, а может и не повезло,
смотря как это оценивать,
возглавлять крупнейшую воздушную атаку Второй Мировой.
Нас было восемь.
Мы поднялись над полем
и стали выстраиваться в звено,
когда 900 немецких истребителей
атаковали нас с фронта 1 января 1945 года.
Командир эскадрильи -
а эскадрилья обычно состоит из 12 самолетов,
хотя у нас их было 8, - так вот он их не видел.
Он приказал: "Бери командование на себя."
Я сбил 5 самолетов прямо на поле.
[Хэнкс] Пилоты, имевшие кинокамеры на пушках,
играли роль и фронтовых операторов.
[Пейсли] Гитлер решил
отправить все истребители, какие у него были,
для уничтожения противника
в Арденнской операции.
Он собирался это сделать в начале декабря,
тогда это было очень своевременно.
Но погода была плохая.
Они все откладывали и откладывали, а потом сказали:
"Первого января они все будут спать."
Атака люфтваффе была по всему фронту, не только у нас.
На британском участке было тоже самое.
Налет был совершен на все северные аэродромы.
Позднее я прочитал высказывание Геринга.
В одном из интервью Геринг сказал, что
самые крупные потери ВВС Германии
понесли именно 1 января 1945 года.
[Хэнкс] Мел Пейсли, который был также главным консультантом этого фильма,
был награжден Крестом «За выдающиеся заслуги».
На войне он сбил 9 самолетов противника.
Арденнская операция завершилась 7 января 1945 года.
Германия теперь была открыта для вторжения союзников.
Италия. 1945 год.
Диктатор Бенито Муссолини был смещен с должности и сослан.
Правительство пало, и население
с гневом набросилось на своих бывших союзников.
[Монтейн] Я отправился на командный пункт, чтобы выяснить обстановку.
Мне сообщили, что Муссолини взят в плен,
и генерал Криттенбергер должен был принять его капитуляцию.
Я прибыл на командный пункт в 5 утра следующего дня
и увидел лимузин с тремя немецкими офицерами.
Их взяла в плен 1-я бронетанковая дивизия.
Они сдались на одном блокпосте.
Я подошел к Криту и спросил: "Что собираетесь делать?"
Он ответил: "Оформлю этих фрицев."
Я спросил: "А как же Муссолини?" Он ответил: "Он подождет."
Я никогда не забуду эти слова.
Он сказал ему: "Генерал, мы оба люди военные."
"Вам не уйти. Все пути перекрыты."
"Предлагаю вам сдаться вместе с Группой армий Лигурия,
последней невредимой армией врага."
Я вернулся к Критту, он облокотился на перила
и предавался мечтаниям. Он сказал:
"Монтейн, вы знаете, что каждый кадет в Вест-Пойнте
мечтает о том дне, когда ему сдастся вражеская армия?
Сегодня у меня такой день."
[Хэнкс] Решение Криттенбергера обрекло Муссолини,
его любовницу Клару Петаччи и других фашистов
на гибель от рук партизан.
Их тела демонстрировали в Милане.
[Монтейн] Когда мы туда приехали, действие уже началось.
Мы снимали все, что могли: толпы народа,
труп Муссолини, повешенный вниз головой,
труп Петаччи рядом с ним.
Я помню, как юбка упала ей на лицо,
и одна женщина поправила ее,
закрыв ее промежность и ноги.
Ему нанесли рубящие раны... Я помню, что его голова была пробита...
Его подобрали.
Все это сделали партизаны. Мы не имели к этому отношения.
Затем их тела отвезли в морг.
Везде лежали трупы.
Пришлось наступить на 2-3 трупа, чтобы добраться до тела Муссолини.
Я спросил работника морга:
"Можно подвинуть его поближе к свету?"
Он ответил: "Лейтенант, если я его трону, у него голова отвалится."
Поэтому он взял тело Петаччи, придвинул его к телу Муссолини
и положил ее голову ему на плечо.
Этот снимок стал знаменитым.
[Хэнкс] Тем временем нацистская Германия была в состоянии агонии,
но продолжала отчаянно сражаться.
Все, что могло со мной произойти,
с кинематографической точки зрения, произошло в тот день.
[Хэнкс] Место действия - Кёльн. Дата - 6 марта 1945 года.
Шли ожесточенные уличные бои.
Порой невозможно было отличить военных от гражданских.
Некоторые жертвы, попавшие под перекрестный огонь,
были абсолютно невинными.
[Бейтс] К тому времени у нас появился новенький Т-26.
Он сильно отличался от старых "Шерманов",
был намного современнее.
Один немецкий танк "засел" перед Кёльнским собором.
Он уже подбил несколько наших танков и вызвал панику.
Он контролировал весь этот сектор.
[Хэнкс] Бейтс последовал за танком, карабкаясь среди руин и выбирая позицию,
чтобы снять эти замечательные кадры танкового боя.
[Бейтс] Я слышал, как подходит наш Т-26.
Раздался первый выстрел,
командиру "Тигра" оторвало ноги.
На хронике вы видите, как бронебойный снаряд
летит внизу кадра.
Из танка сразу же выскочили водитель и пулеметчик,
но их достали осколки от второго выстрела.
Взрывная волна от 90-мм пушки настолько мощная,
что меня отбросило в сторону,
и мне нужно было подняться, чтобы продолжить съемку.
У меня не было штатива. Мне приходилось держать камеру руками.
Командир танка с оторванными ногами
просто сидел на башне и горел, это видно на кадрах.
Танк все еще горел следующим утром.
Даже когда огонь погас, все еще шел дым,
ведь внутри была куча боеприпасов.
[Хэнкс] Через 2 месяца и 1 день война в Европе закончилась.
Погибшие солдаты, "крестоносцы",
как их назвал генерал Эйзенхауер,
покоятся на кладбищах по всей Европе.
Мы чтим их подвиги сегодня
больше, чем полвека назад.
Эти герои стали бессмертными
во многом благодаря кинохронике.
Фронтовые операторы запечатлели последние дни,
часы, секунды и даже последний вздох
многих лежащих здесь солдат.
Они не очень любят говорить об этом.
По их словам, они делали свою работу.
[Эмброуз] Но они сделали гораздо больше.
Кадры, снятые ими, пережили память о тех днях.
В конце концов, это будет единственное воспоминание
о том, как наши сограждане-солдаты
жили, сражались и умирали.
[Хэнкс] Фронтовые операторы в Европе сделали еще одно важное для истории дело.
Без сомнения, самое важное -
они запечатлели ужасы лагерей смерти.
В Дахау Уолтер Розенблюм был слишком потрясен, чтобы снимать.
Эти кадры сделаны другими.
[Розенблюм] Там был состав товарных вагонов.
Я забрался на один вагон посмотреть, что было внутри.
Весь вагон был наполнен трупами,
всего было 30-40 таких вагонов.
Когда я заглянул внутрь, я просто обомлел.
Можете представить, каково это -
увидеть полный вагон убитых изнуренных людей?
В то мгновение
я забыл о том, что я - оператор.
Я был просто в шоке от увиденного.
[Ветеран] Я был на задании с Эллисом Картером.
Мы прибыли в Германию для съемок повреждений
от авиаударов союзников.
11 апреля 3-я Армия США освободила Бухенвальд.
Когда мы об этом узнали, мы сразу же туда поехали.
[Хэнкс] То, что операторы увидели за этими воротами,
невозможно было описать словами.
Они оставили неоспоримые доказательства
зверств нацистов.
Будучи солдатом американской армии,
я понятия не имел об этих концлагерях
и никогда о них не слышал.
[Майнцер] Зрелище было ужасное.
Тела были сложены штабелями как дрова.
На вид в заключенных было 25-35 килограмм веса,
Люди продолжали умирать день за днем
даже после освобождения лагеря.
Многие узники, конечно, не говорили по-английски,
но они поднимали руки, чтобы
выразить нам благодарность за свое освобождение.
В этом лагере было 20 000 выживших
во время освобождения.
Среди них было около 8000 детей.
В одной секции нам показали куски кожи с татуировками,
из которой сделали абажуры и обложки для книг.
Жена немецкого коменданта выбрала узника с татуировкой,
которого приговорили к смерти и использовали его кожу.
Через несколько дней жителям городка Веймар,
расположенного рядом с Бухенвальдом,
устроили экскурсию по концлагерю,
чтобы показать жестокости,
совершенные немцами-нацистами.
Многие не могли взглянуть на трупы замученных узников.
Некоторые плакали.
Кто-то прикрывал рот и нос платками,
особенно женщины.
В нашей хронике можно увидеть эти сцены,
когда жители шли по лагерю,
так как им приказали.
Им не хотелось смотреть
на все эти зверства.
Многие не верили в это.
Не верили, что это произошло.
Но все это есть у нас на пленке.
Я думаю, за все время, что я там был,
эта сцена была самой запоминающейся.
Чтобы такое забыть, потребовалось много времени.
Никому не захочется смотреть на такое,
не захочется, чтобы это повторилось.
[Хэнкс] Ужасы концентрационного лагеря еще сильнее
подействовали на Арта Майнцера.
После того, что он увидел, он затосковал по нормальной жизни.
[Майнцер] Я встретил ее в Париже
за день до начала Арденнской операции.
Можете не верить, но мы гуляли по бульвару,
пошел снег, и мы с приятелем
увидели двух симпатичных девушек под зонтиком.
Мы незаметно подкрались к ним под зонтик
и представились.
Я принял решение
после назначения в Бухенвальд.
Я решил, что если вернусь во Францию живым,
то сделаю Жермани предложение.
В нашем подразделении было три 16-мм кинокамеры
и пара фотоаппаратов "Спид-график".
У нас было несколько ящиков шампанского,
которое немцы отобрали у французов.
Мы привезли их обратно их во Францию.
Пришло много французов,
потому что в этом пригороде Парижа
настоящей свадьбы во время оккупации не было.
Для них это было целое событие.
[Хэнкс] Свадьба состоялась в июне, через месяц после окончания войны в Европе.
Эта пленка была подарком коллег Майнцера жениху и невесте.
Майнцеры переехали в США и счастливо жили там.
Жермани умерла в 1998 году,
после 53 лет их совместной жизни.
Иводзима. Февраль 1945.
Чем ближе американцы были к Японии,
тем ожесточеннее становились сражения на Тихом Океане.
Артобстрел обрушился на одну сторону главного бастиона
Иводзимы - гору Сурибати.
Но еще целых пять дней пехотинцы
прорывались на ее вершину.
Когда морпехи водружали флаг победителей
на Сурибати,
они все еще сталкивались с сопротивлением.
Но они проявили упорство, и флаг был водружен.
К сожалению, его размеры не были героическими.
Нужно было что-то срочно предпринять.
[Хэтч] Он был слишком маленький - его никто не видел.
Тогда командующий приказал
найти и установить большой флаг.
Там были большие десантные корабли,
один из командиров БДК сказал: "Мы останавливались в Перле
и получили большой флаг, но никогда его не вывешивали."
Мой начальник подошел ко мне и сказал: "Проследи, чтобы оператры поднялись наверх.
Там будет официальная процедура подъема флага."
Я сказал: "Есть" и нашел Дженоста и Боба Кемпбелла.
Билл Дженост был кинооператором, а Боб Кемпбелл - фотографом.
Они присоединились к Розенталю и пошли наверх.
[Хэнкс] Именно Джо Розенталь из "Ассошиэйтед пресс",
гражданский фотограф, сделал эти кадры высадки.
Эти кадры во время второго подъема сделал Дженост.
Через несколько дней он был убит в бою.
Он так и не увидел то, что снял.
[Хэтч] Люди все время спорят,
был ли этот снимок первым,
или другой был первым,
но Бобу Кемпбеллу не понравился ракурс,
выбранный другими двумя операторами,
поэтому он отошел немного в сторону и сделал замечательный кадр,
на котором первый флаг спускают, а второй поднимают.
[Хэнкс] Однако, именно Розенталь сделал бессмертный снимок,
вызвавший столько споров,
так как он отправил пленку на корабль,
не проявив ее и не увидев фотографии.
[Хэтч] Джо сел на корабль и через 4 дня был на Гуаме.
Журналисты атаковали его вопросом:
"Что это за снимок?"
Они видели фото, но хотели знать его мнение.
Он сказал: "Я не знаю.
Может, это тот снимок, где я позировал с ребятами у флагштока,
и мы кричали "банзай", поднимая винтовки?"
Так слово "позировал" стало камнем преткновения.
Его вспоминают снова и снова.
Мы пытаемся исправить эту ситуацию
уже 50 лет.
Я думал, что к 50-й годовщине мы разрешим эту проблему,
но, видимо, она будет неразрешенной еще лет 50.
[Хэнкс] Сходство кинокадров и снимка, сделанного
Розенталем, стопроцентно.
Он сделал снимок, идентичный кадрам Дженоста,
практически с того же ракурса.
В какой-то степени эти споры скрывают
истинные факты Иводзимы - человеческие жертвы.
На этом острове погибло почти 7000 морпехов
и 21000 японцев.
27 морских пехотинцев получили Медаль Почета -
больше, чем за любую другую битву.
Манила, весна 1945.
Без сомнения, там шла
"война без пощады", как назвал ее один историк.
От японского обстрела пострадало 70% города.
Японцы уничтожили 100 000 жителей в разрушительной оргии.
Этот акт насилия над мирным населением
запечатлел в своей хронике Дон Ханимен.
[Ханимен] На следующий день в город вошла пехота,
и началались уличные бои.
[Выстрел]
[Хэнкс] Затем Ханимен присоединился к отряду,
окружившему президентский дворец за городом.
[Ханимен] Мы покинули дворец и направлялись в сады,
расположенные на другом берегу реки.
Мы были на северном берегу реки,
а они - на южном.
Мы пересекли реку на штурмовых лодках.
Я видел, как первая волна пересекла реку,
казалось, что без проблем.
Я решил, что безопасно пойти со второй волной.
Мы доплыли до середины,
а японцы открыли огонь
с той стороны реки, которую мы считали своей,
для нас это было неожиданностью.
[Хэнкс] Американцы привезли бронированные амфибии
для безопасной транспортировки войск на берег.
[Ханимен] Мы наткнулись на одного стрелка,
который лежал на локтях
рядом со знаком: "Пожалуйста не рвите цветы."
[Хэнкс] В городе продолжались ожесточенные бои.
Опорным пунктом японцев была ратуша.
[Ханимен] 20-мм гаубицы, стоявшие в ряд,
стреляли практически в упор.
Они просто обрушали здание камень за камнем.
[Хэнкс] Несмотря на плотный огонь, японцы
продолжали обороняться в полуразрушенном дворце.
Пехотинцам пришлось выбивать их оттуда.
[Ханимен] На следующий день я освещал церемонию передачи власти
гражданскому правительству Филиппин
от генерала Макартура.
Генерал с гордостью отметил, что в Маниле теперь безопасно.
А я сказал: "Везде, кроме здания ратуши."
[Хэнкс] Окинава, Пасхальное воскресенье.
Вторжение в Японию планировалось начать
с этого крупного острова.
Без всякой задней мысли Ллойд Дюран
решил снять там фильм о фронтовых операторах.
Разве можно найти лучший сюжет для фильма,
чем рассказ о фронтовых операторах,
ведь о них в то время практически ничего не было известно.
Мы знали, что наша следующая оперция будет на Тихом Океане.
И я сказал: "Разрешите мне поехать туда,"
"найти операторов, котрые там служат,"
"возможно там будут какие-то боевые действия,"
"и я мог бы снять их в работе,"
"и снять сам бой."
Итак, мы высадились на Окинаве
Я был вместе с теми парнями,
ползал по окопам, уворачивался от пуль на берегу,
вытряхивал песок из камеры и
выплевывал его изо рта.
Ребята делали то же самое.
Там кругом свистели пули.
[Хэнкс] Сражение продолжалось 3 месяца.
Среди раненых, воплощения ужасов войны,
был один оператор.
[Ханимен] Это был кинооператор ВМФ.
Каким-то образом его ранило и ослепило.
Ему наложили повязку на глаза,
часть ее все еще свисала.
Конечно, он уже ничего не видел.
Они положили его около борта,
и он протянул руку, чтобы ему помогли.
Он ничего не видел.
Его приятели помогли ему подняться на лодку.
Наш комментарий был таким:
"Этот оператор уже ничего не увидит в кадре."
Это была чистая правда.
Он действительно ослеп.
Позднее в тот же день появились камикадзе.
Эти парни решили
отдать себя в жертву ради своей страны.
Они направляли самолеты на нас.
Противовоздушная артиллерия вела по ним непрерывный огонь.
Проблема была в том, что зенитки
часто причиняли нам такой же вред,
какой они причиняли и камикадзе.
При прямом попадании
осколок мог пройти через шлем.
[Хэнкс] Адмирал Хэлси говорил:
"Камикадзе были единственным оружием, которого я боялся на войне."
Всего было около 1300 самоубийственных атак.
Камикадзе потопили 26 и повредили 300 кораблей.
Хроника этих атак - это
одно из самых захватывающих зрелищ времен войны.
Было и немало промахов, как на этих кадрах,
но все-таки большинство повреждений ВМФ на Окинаве
приписывается камикадзе.
Они повредили несколько авианосцев, но не потопили ни одного.
И все же, продолжали пытаться.
Последняя атака камикадзе
была предпринята после капитуляции.
Эти бомбардировщики B-24 летят над Баликпапаном (Борнео)
Известный как Тихоокеанский Плоешти, этот гигантский
нефтеперегонный завод подвергался последовательной бомбардировке
летом 1945.
Шла артподготовка для так называемой
"самой амфибийной" высадки Второй мировой войны.
Береговая охрана США доставила на берег отряды из Австралии.
Из операторов там был Джерри Энкер
со своим приятелем Джимом Лонерганом.
Он хотел собственную фотографию в боевых условиях.
Энкер подарил нам снимок,
ставший историческим.
Когда десантная лодка подошла к берегу
в Баликпапане, я сказал:
"О Боже, этот идиот!" Я достал свой фотоаппарат 4 x 5
и сфотографировал его.
Я сделал всего один снимок,
но именно благодаря ему выиграл приз.
Здесь, в последние дни войны, у Энкера
появилась возможность сделать и другие, более печальные кадры.
[Энкер] Я шел за австралийским
пехотинцем, у котрого был огнемет,
думаю, около получаса.
Вдруг он выстрелил в одну из пещер
из своего огнемета,
и оттуда выбежал японский солдат, весь в огне,
я снимал всю эту сцену от начала до конца.
До сих пор
я чувствую зловоние горящего тела.
Этот неизвестный солдат в предсмертной агонии
символизирует жестокость и ненужность войны.
Умножьте его жизнь на 100 000,
и вы поймете, что такое Хиросима и Нагасаки.
Но и это еще не все.
Ведь позднее от радиации умерло не меньше людей,
чем от первоначального взрыва.
Считается, что этими жизнями пришлось пожертвовать,
чтобы спасти гораздо больше людей с обеих сторон,
если бы произошло вторжение в Японию.
Наверняка мы знаем только одно -
атомная бомбардировка привела к скорому завершению войны
и остановила количество жертв
на цифре 40 миллионов.
[Хэнкс] В Нагасаки, также как и в концлагерях,
у военных операторов была определенная задача.
Дэн Макговерн говорит от имени всех,
кто побывал на мертвой земле.
Моей целью было
показать всему миру,
что атомная бомба делает с нацией,
какой ущерб она наносит обычным людям.
Школа Сорайама в Нагасаки...
Взрывная волна выбросила сотни детей через окна.
Я помню, я снимал одну сцену.
Там был человек, и я не мог понять,
что с ним случилось.
На вид он был похож на монаха,
или на священника.
Он стоял на восходе солнца
и осматривал Нагасаки из долины Ураками.
Он был радиологом из клиники Нагасаки,
которая находилась внизу под холмом.
Он сказал мне, что потерял свою жену,
и что он страдал от лучевой болезни.
Через два дня он скончался.
[Хэнкс] На том месте, где во время взрыва бомбы сидели люди,
навсегда остались тени.
То же самое было с тенями от предметов.
Можно написать что-нибудь на тенях, но нельзя их стереть.
[Макговерн] Моей задачей было показать все это.
Я думал, что если мы покажем
обожженные тела детей,
люди закричат:
"Мы не хотим, чтобы это повторилось!"
[Хэнкс] И все же, история повторяется.
Подобные кадры мы видим на каждой войне,
вот уже полвека.
Дети протягивают нам руки в своем одиночестве,
не понимая, почему их бросили.
Солдаты стараются утешить их, как могут.
Солдаты и дети разделяют ужасы войны вместе.
Но солдаты вскоре уйдут.
Они ничего не будут знать о судьбе этих сирот,
которым они когда-то оказали помощь.
Эти кинокадры призывают людей остановить все войны.
Но тщетно.
Может быть, когда не будет нужды вести эти съемки,
фронтовые операторы наконец-то вздохут спокойно.
Text: WTC-SWE Перевод: AlxKR.
Кинохроника войны.
Фронтовые операторы Второй мировой.
Ведущий - Том Хэнкс.