Я переспала с тем адвокатом.
Я могу прижать Ника на этом.
И выяснится, что ты пробивала номера его автомобиля, не имея на то законного обоснования.
Со мной ты не получишь удовольствия от плевков против ветра.
И с Карлом Норрисом тоже. Ты знаешь, на что он способен.
Они привели инспектора. Ее бывшего, Дейва Мюррэя.
Это Джефф. Я училась в школе с его сестрой.
Вероника Хастингс. Ее убили.
Это Джефф.
Я люблю тебя.
Она в реанимации. Ее готовят к операции.
Хочешь, чтобы я приехал, забрал тебя?
Да, можешь? Я без машины.
Три месяца спустя.
Хорошо.
Увидимся ближе к вечеру.
Не усердствуй там.
Я пойду с тобой.
Зачем?
Просто со всеми поздороваться.
Спасибо, сэр.
- Гип-гип! - Ура!
- А мне-то можно? - Конечно, красавчик.
Спасибо, Энди.
Ты это организовала.
Спасибо.
- Что ж, я не знаю, что и сказать. - Что-то новенькое!
Но, нет... спасибо вам всем за поддержку и...
Спасибо.
Джилл просила извинить. Она в пути.
Мы только что задержали кое-кого в Уитеншоу.
Но она просила поприветствовать тебя от ее лица. Мы все по тебе скучали.
Без тебя здесь было не то,
и мы бесконечно рады долгожданному воссоединению.
Некоторые готовы пойти на всё, лишь бы три месяца не работать.
Мы надеялись, что наконец-то избавились от тебя, Жанет.
Телепортируй меня, Скотти.
И ты знал об этом.
По местам!
Вышлите скорую, пожалуйста.
Скажите, что произошло?
Его подстрелили. Кто-то стрелял в него.
Он... он истекает кровью, он... Черт!
- Он в сознании? - Нет! Его голова...
Боже. Боже мой.
Скорая к вам уже выехала.
Скажите, тот, кто стрелял, всё еще там?
Вы слышите меня?
Позвонивший сбежал. Его не было на месте, когда прибыла скорая.
Жертва еще дышала. 14-летний Дилан Холройд.
Пуля прошла через мобильный непосредственно в ухо.
Расколола телефон, часть которого застрала в мозгу жертвы.
Его отвезли в больницу. Повреждения катастрофические.
Перекособочило весь череп.
Хирурги умудрились извлечь фрагменты телефона из его мозга.
Но мальчик тем не менее умер этим утром, в четверть пятого.
Так что я попытаюсь связаться с техниками,
чтобы они восстановили телефон по кусочкам. - Это возможно?
Вот мы и узнаем.
Парень, который сообщил о случившемся, если верить матери жертвы,
его лучший друг, Фрэнк Гофф, 15 лет.
- Гофф? - Бригада обнаружила его сегодня, сранним утром,
он сидел в гараже на переднем дворе, заливался слезами.
Сейчас сидит внизу, отказывается с кем-либо говорить, так что дознание его - первоочередная важность.
Жанет. С возвращением, мастерица.
Не хочешь попытаться выбить признание из этого ребенка?
С чего Ее Величество так веселится?
Ну, по коридорам циркулируют мерзкие слухи,
будто она завела себе нового мужчину.
Рада за нее.
Дожидалась тебя, чтобы выведать, какие о ней ходят сплетни.
А с вами что, мамзель? Весна стучится в дом?
Даже не думай, что я не замечу.
- Ты скажешь, что я с ума сошла. - Почему?
Ник.
Он изменился.
Он чувствовал себя отвергнутым последние несколько месяцев.
Мне кажется, он правда кое-что понял.
Он пробыл здесь всю неделю, пока мы не знали, что с тобой будет...
Я была вне себя. Мне не к кому было пойти. А он беспокоился.
Я больше не попадусь так, Жанет.
Мы не то что бы... живем вместе... сейчас.
Не спешим. Голову не теряем.
Он разводится.
Он теперь другой человек, правда.
Поймешь, когда увидишь.
Ладно.
Пойдем, поговорим с парнишкой.
А ты в порядке? Эй, Жанет.
Нет.
Нет, нет, не в порядке.
Знаешь, что мне кажется?
Мне кажется, Ник знает, какие неудобства ты можешь привнести в его жизнь,
знает, что ты в курсе его похождений с той присяжной.
Он отчаялся добиться твоей благосклонности.
И, да, - это, конечно, не мое дело, но -
я правда думаю, что ты сошла с ума.
И... можешь сделать мне одолжение?
И вот это - мое дело.
В следующий раз, когда будешь пробивать номера машины без надобности
или лжесвидетельствовать в суде,
или разглашать конфиденциальную информацию Нику,
можешь мне об этом не рассказывать?
Он напуган, Жанет.
Чем?
Чего вы боитесь, Франк?
Говорить.
С полицией.
Поэтому он звонил из телефонной будки. Поэтому он сбежал.
Он боится, что тот, кто это сделал, в следующий раз придет за ним, если только он скажет хоть слово.
Франк, никто не узнает, что вы говорили с нами.
Тот способ, которым мы фиксируем ваши показания,
позволяет полностью сохранить анонимность.
Франк...
нам нужно с чего-то начать, а вы обнаружили Дилана.
Из-за чего вы становитесь очень важным человеком.
Вы считаете, что нам не следует искать того, кто сделал такое с Диланом?
Он был вашим лучшим другом, ведь так?
Думаете, он этого заслуживает?
Анонимно?
Да.
Я был в ванной.
- Какой ванной? - В ванной Дилана.
Мы просто смотрели телевизор.
- Я вышел пописать. - Да?
А потом...
Я слышал, как распахнулась дверь.
Какая дверь?
Входная.
А потом этот голос...
"Ты умрешь".
Мы... торт резать будем, Жанет?
Конечно.
- Есть секунда, Жан? - Да, конечно.
Энди.
А вы пока угощайтесь.
И какого черта я так носилась?
Как парень?
В шоке.
Но старается.
Мне на прошлой неделе звонил
психолог, который работает с Джеффом Хастингсом.
Ты не обязана соглашаться, учитывая то, что Хастингс тебя ранил.
- Но он хочет знать, не могла бы ты ему помочь. - Как?
Хастингс не хочет говорить об убийствах.
Они сменили пятерых высококвалифицированных интервьюеров, но не добились ничего.
Он сказал, что заговорит только с тобой.
- Нас беспокоит эта необычность... - Мягко говоря.
И тебе бы стоило и самой пройти психологическое обследование.
- И, как я и сказала, это не является твоим долгом. - Нет.
Нет. Хорошо.
По меньшей мере 21 человек был убит за 3 дня протестов
по всей стране...
Привет.
Знаешь, я потратила кучу времени на шарики, гелий и прочую фигню.
Все остальные отделались простыми подбадриваниями,
а она разговаривает со мной, как с хреном с горы, а все остальные - молодцы. - Почему?
...хирурги таких городов, как Кабул...
Ты женишься на мне?
Я делаю тебе предложение. Ты женишься на мне?
Ну, я...
- Я не могу сказать, пока... - Когда закончится бракоразводный процесс.
Я думаю, что нет.
Ты что..?
Что? Пьяная? Да.
Знаешь... она намекает...
Нет, она не намекает. Она прямо сказала.
Она сказала, что единственная причина, по которой ты со мной встречаешься -
твой страх перед тем, что я сломаю тебе жизнь,
если ты не останешься со мной. Это так?
Нет.
Но ты на мне не женишься.
Слушай, я не хочу, чтобы ты обсуждала это с коллегами.
Я просто обманываюсь?
- Чем? - Этим. Нами.
Я не хочу, чтобы ты пила.
- Ты-то пьешь. - Я пил до того, как ты пришла.
- А Кэролайн не нравилось чуток выпить? - Мы можем не начинать про Кэролайн?
Или Мартина. Она не любила?
Знаешь, я ей сказала. Я сказала: "Он изменился".
Но Жанет сразу ухватилась за суть, ударила ниже пояса.
Рэйчел, я изменился,
и мне плевать, что думает или говорит Жанет.
Просто мне кажется, что женитьба - это...
- Большой шаг. - Все-таки, она права, да?
Я не знаю, я же не в курсе, что она сказала!
Ты только защищаешь свой ничтожный зад.
Бред какой-то.
Первым же делом я пойду в кабинет Годзиллы
и расскажу ей о тебе и этой присяжной. Хотя могу позвонить и сейчас.
- Рэйчел... - Что? Не звонить в пьяном виде?
А в чрезвычайных случаях можно.
Хорошо, послушай, мы поженимся.
- Что? - Мы поженимся.
Если это то, что докажет тебе мою любовь - мы поженимся.
Я просто не хочу, чтобы это было вот так!
Извини.
Ничего.
- Правда? - Да.
Просто я ужасно себя чувствовала после того, как она это сказала.
Я никогда с ней не ссорилась. Дольше, чем на 10 минут.
В голову лезла всякая чушь, так что прости.
Ты курила.
Да. Извини.
Пойду, почищу зубы.
Дамы, можно убрать с глаз долой эти шарики?
Нет, сиди, я сама займусь.
Прости.
Знаешь, я готовила все эти штуки.
Многие хотели, но кроме меня дураков не нашлось.
Это было славно. Я оценила. Спасибо.
Почему изумительно умная, необычайно привлекательная женщина
оказывается с тем, кто ей даже в подметки не годится?
Могу то же самое сказать и об Адриане.
Эйд, быть может и совершил пару ошибок,
но он вряд ли сможет сравниться с твоим высокомерным подонком.
Он сделал мне предложение.
Умно. Теперь ты имеешь право не давать против него показания,
если кто-то попытается приструнить его за секс с присяжной. - Пошла ты.
- Раскрой глаза. - Он изменился.
Раскрой глаза, Рэйчел.
- Здравствуй. - Что случилось?
Насчет Сэмми. Он в порядке. Насчет его выпускных экзаменов.
Я не хочу, чтобы ты на него дурно влияла.
Тебе не кажется, что разгар его сессии -
не лучшее время, чтобы начинать встречаться с каким-то мужчиной?
Да как ты смеешь?
После всех смятений, потрясений и расстройств, что ты причинил мальчику.
Как ты смеешь?
- Он несчастен. - Брехня.
Ты - возможно, но не он.
Несмотря на то, что ты бросил и меня, и его,
несмотря на то, что ты шлялся направо и налево, черт знает, как долго -
ты все равно не позволял себе мысли, что я могу затащить в койку кого-то другого, да?
Лицемер.
- Я знал, что ты не так поймешь. - Вон отсюда, погань!
Я говорил ему, что, если он захочет на время съехать к нам с Эммой,
мы будем более чем рады. И, кажется, он призадумался.
И как ты этого добился? Пообещал купить ему машину?
Нет, Дейв, ты так поступить не можешь.
Я говорила, что подарю ему машину, когда он сдаст экзамены,
если результаты будут хорошими, так что тебе лучше взять свои слова назад.
Я не беру слова назад.
Ты сраный подонок.
Всего хорошего.
Офицер полиции не при исполнении, погонный номер 11-23-1.
Машина сбила ребенка. Нужна скорая.
Вудфорд Роуд в Чаддертоне.
Да, она в сознании, но на ноги встать не сможет.
Все будет хорошо. Скорая выехала.
Держите ее за руку. Не бойся.
Эй, я хочу с тобой поговорить! Полиция!
Детектив Констебль Бейли, отдел тяжких преступлений, преследую мужчину, сбежавшего с ДТП.
Он сбил девушку-подростка. Скрывается пешком.
Направляется через Истфилд Авеню в сторону Бродвея.
Стоять!
С дороги!
Непременно. Спасибо.
Транспортники сказали, что машина краденая.
Убитого идентифицировали как Даниэла Типпета, 26-и лет.
Тупорылая мелюзга. Попадал за решетку чаще, чем у тебя на ужин были горячие блюда.
- Три раза за превышение скорости. - Как девочка?
Раздроблен таз. Пробит череп.
Что?
Карл Норрис.
При чем тут Карл Норрис?
Не знаю. Есть связь.
Может, Типпет был из его банды.
В любом случае, смерть из-за несчастного случая.
Никто не виноват. Просто одним забулдыгой на улицах стало меньше. Финал.
Ты в порядке?
- Да. - Это главное.
- Да? - Ник.
- Привет. - Привет.
Да?
У вчерашнего парня были какие-то дела с Карлом Норрисом.
Ты слышишь?
Да. С чего ты взяла? Откуда ты знаешь?
Потому что мне сказала Годзилла.
Инспектор дорожного движения из подразделения D ей звонил.
Но... что...
Это не было несчастным случаем.
Эта машина должна была сбить меня.
- Просто я не пойму, каким макаром... - Что?
- Ты говорил с ним? - Что за чушь?
- Тогда откуда он знает? - Рэйчел, я понятия не имею!
Я не считаю, что он знал. Й-я уверен, что он ничего об этом не знает.
Это был... просто несчастный случай. Ты...
Конечно, так и было.
В смысле, у него немало людей по всему Манчестеру...
У Карла Норриса, в смысле...
Боже.
Слушай, мне пора. У меня дела в конторе.
Ладно.
Я перезвоню позже, ладно?
Я не реагирую остро.
Да, ну, прости, если выглядит так, что я ору.
Да, спасибо, Сэмми. Спасибо. Ты правда поднял мне настроение.
Да, ты можешь.
Ты можешь, милый. Хорошо.
Сэмми..?
Проблемы?
Он переезжает к нему... и этой шлюхе,
которая не будет пилить его, как я, или разговаривать с ним, как с ребенком.
- Ну разве это не прекрасно? - Почему он туда перебирается? - Потому что я наказана.
- За что? - За то, что я засмотрелась кое на кого.
Как ты посмела иметь одновременно и личную жизнь, и карьеру,
когда притворялась, что можешь сыграть роль достойной матери?
Не смешно. Она разрушила мой брак,
а теперь крутится вокруг моего сына в разгар его выпускных экзаменов.
Он вернется через неделю.
Смотри с этой точки зрения.
А, если не вернется, я сама позвоню этому мелкому гаду и разъясню, что я о нем думаю.
Так что...
кто он, тот... на которого ты засмотрелась?
Крис Лэйтем.
Это детектив сержант из агентства по модернизации полиции, прибывший разобраться с убийством Линн Стотт.
Боже мой.
Джилл Мюррэй обрела любовничка.
Слушай, я никому не изменяю,
так почему же я чувствую себя чертовой безответственной матерью?
Не хочу тебя огорчать,
но для мужчин и женщин в этом мире правила неодинаковы.
Хочешь стать сержантом?
- Я... - Ты прошла экзамены.
- Ну, да, но... - Но?
- Почему я должна хотеть..? - Энди уходит.
Почему?
Подумай над этим.
Также подумай - и пообещай заняться:
Джефф Хастингс.
Они считают, что могли быть и другие жертвы.
Те, о которых никто не узнал.
Нам нужно его разговорить.
Знаешь, я поражена, что кто-то вообще мог
счесть целесообразной возможность
впустить меня в одну комнату с этим человеком.
Откуда ты знаешь, что мне не захочется войти туда и порвать ему рожу в клочья?
Знаешь, да, он сделал это со мной,
но он заставил пройти через это моих детей - и вот это выводит меня из себя.
Запрос поступил через начальство отдела.
Он считает, что будет целесообразным доверить это тебе,
потому что, во-первых, ты можешь отказаться,
и никто тебе слова поперек не скажет. Я-то уж точно.
Во-вторых, он очень сильно тебя уважает.
Он считает, что ты сможешь с этим справиться,
и это, безусловно, важно.
Я могу подумать?
Конечно.
Мы всё еще друзья?
Прости, если обидела.
Я не хочу ссориться с тобой, Рэйч. Совсем не хочу.
Просто мне неприятно видеть, как ты тонешь в этом дерьме.
Что?
Не думаю, что это был несчастный случай.
Вчера вечером.
Мне кажется, это было спланировано.
Мне кажется, я уже должна быть мертва.
Спланировано?
Он - покойный -
работал на Карла Норриса.
Нет.
Нет. И..?
И... как Норрис узнал о том, что я в курсе
того, что ник пошел на компромисс по делу Норриса,
переспав с той присяжной?
Только Ник мог рассказать ему.
- Господи. - Я спала с ним, а он трепал обо всём самому грандиозному хренову подонку в Манчестере.
- Мы расскажем Джилл. - Нет.
- У тебя нет выбора. - Она узнает, что я пробивала номера его машины.
- Да, узнает, но... - Я только хотела узнать адрес.
Это дисциплинарное нарушение. Это защита данных.
Это злоупотребление полномочиями звания офицера полиции.
Я просила тебя этого не делать, и...
Что? Предпочитаешь умереть?
Думаешь, он не остановится?
Член его банды погиб. Они узнают, что ты с этим связана.
Но почему Ник сказал им сейчас? Почему не раньше?
Это мог быть и не Ник.
Раскрой глаза, Рэйчел. Кто еще? Ты сама это сказала.
Я недавно угрожала ему.
Я напилась после того, как ты покатила на меня бочку, и вернулась,
рассказала ему, что ты сказала мне о том, почему он со мной,
пригрозила прижать его. И тогда он и сделал мне предложение.
- Я сообщу Джилл. - Ты не посмеешь! - Еще как.
Меня достал этот мужик и то, что он с тобой вытворяет...
- Жанет, я не хочу лишиться работы! - Твоя жизнь в опасности!
Проблему нужно решать.
Ладно.
А что если так?
Мы расскажем Джилл, что ты стала мишенью, и почему.
Не рассказывай ей, что я все еще с ним встречаюсь.
Это твое дело.
Мы узнаем, кого нужно арестовать, арестуем их,
а после разберемся с прочими делами, когда они возникнут.
Если они возникнут. Как тебе?
Нет никаких "если".
Ты видишь другой выход? Я - нет.
Ты пойдешь, как будешь готова, но я поговорю с ней сейчас же.
Итак, Савэдж связался с тобой
после того, как ты столкнулась с этой Мартиной в Манчестере,
чтобы убедить тебя никому не сообщать о том, что он с ней спал,
пока представлял интересы Карла Норриса в суде. - Да.
И случилось это три месяца назад?
Почему они напали на тебя сейчас? Почему не тогда?
- Это он. - Возьми трубку.
Все в порядке. Они его взяли.
Алло?
Что, черт возьми, происходит?
Я...
Ты втянула меня в огромные проблемы. Меня допрашивали твои люди.
Они ворвались в контору и своего рода арестовали меня на глазах моих коллег.
Они действительно тебя арестовали?
Нет, но...
тебе лучше сюда приехать. Я в полицейском участке Миддлтона.
Ты должна сказать им, что мы женимся, что всё это чушь собачья.
- Ну, я... - Сейчас.
- Сейчас же. - Да, да. Конечно. Конечно...
Джилл, кое-что я вам не рассказала. Мы все еще встречаемся с Ником, и я выхожу за него замуж.
Это безумие. Виноват не Ник, а Норрис. Я еду в Миддлтон.
Он... он зол, он расстроен. Мне нужно сказать ему, что я совершила ошибку.
- Хорошо. - Что? - Что?
- Я еду с тобой. - Зачем?
Потому что я хочу знать, что происходит.
Я несу за тебя ответственность, и это серьезно.
- Есть еще что-то, чего ты мне не рассказала? - Нет.
Иди, надевай пальто.
- Что происходит? - Он крутит ей мозги. Он козел.
Карл Норрис смышленый парень.
Преследование офицера полиции - слишком круто даже для него.
Мы можем отыскать связь между Савэджем и Типпетом отдельно от Норриса?
- Можем доказать, что они знакомы? Он когда-нибудь представлял того в суде? - Я позвоню в судебный архив и разузнаю.
Мэм? Детектив Инспектор Кокрейн, синдикат 4, на первой линии.
- Алек. - Так что она сказала?
Ничего. Просто хочет удостовериться, что ты в порядке.
Карл Норрис только что звонил в участок Миддлтона.
Он приедет с заявлением.
Видимо, жаждет помочь полиции наводкой.
Она в порядке?
Не знаю.
Ты в порядке?
Ты же не увольняешься из-за меня?
Кто сказал, что я увольняюсь?
Она предложила мне твой пост.
Ты собирался просто исчезнуть, без объяснений?
- Почему? - Пытаюсь жить дальше.
- Ну почему? - Ты знаешь, почему.
Я... много думала, пока была на больничном.
Вот как?
Жизнь коротка.
Я в курсе.
Не уходи.
Что ты говоришь?
Я... говорю... что...
Фрэнк Гофф приедет через полчаса. Думаю, он знает больше, чем говорит,
так что мне стоит нарыть на него компроматик? - Если можешь.
Я боялась говорить вам.
Думала, вы сочтете меня дурой за то, что я снова с ним встречаюсь.
Как сочла Жанет.
Я знаю, он вам не нравится.
Ты говоришь с женщиной, которой долгое время втирали очки.
Он...
Он бы так не поступил. Он адвокат, а не идиот.
Я знаю, что вы напуганы, но...
как вы помните с первого дознания,
ваш голос на записи будет искажен.
Я буду с вами здесь.
Мне кажется, вы были не в ванной, когда раздались выстрелы.
Вы сказали, если помните,
что заперли дверь и спрятались за шторкой в душе, когда раздались выстрелы.
Вы все еще утверждаете это?
Потому что, когда я смотрела фотографии с места преступления, в ванной
я не увидела ни одной шторки.
Какова будет ваша реакция, если я скажу, что, когда я спросила мать Дилана об этом,
она ответила, что штора в душе была оторвана три дня назад,
когда Дилан пришел домой измотанным и упал в ванной?
И потому в душе не было шторки в тот день,
потому что мать к тому времени выбросила старую и еще не заменила ее.
Потому мне кажется, что вы не были в ванной в тот день, не так ли?
А также мне кажется, что вы не были ни в спальне,
ни на кухне, потому что... если бы вы там побывали,
вы бы не стали мне врать про пребывание в ванной.
Из чего можно сделать вывод, что вы находились только в одной комнате.
Видите ли, мне кажется, что вы были в одной комнате с Диланом,
когда он был застрелян.
Я думала, вы напуганы тем, что увидели.
Ну же. Все это абсолютно анонимно.
Мне кажется, вы что-то видели, и это вас напугало...
Пистолет...
просто сработал.
В моей руке.
Я даже не представлял, что направил его на него.
Молодец.
Я умею.
А кто-то отрицал?
Ну, знаешь, три месяца без практики,
думала, заржавею, ан нет...
Думаешь, мне стоит заняться этим интервьюированием Джеффа Хастингса?
Я не знаю, Жанет.
Рэйчел?
Кто это?
- Моя начальница. - Та самая Годзилла?
Вы продолжайте.
- Ты сказала им..? - Всё в порядке. Всё будет в порядке.
- Здравствуйте, мэм. - Здравствуйте.
- Мистер Савэдж. - Да, что?
Я арестовываю вас по подозрению в покушении на убийство детектива констебля Рэйчел Бейли.
Вы имеете право хранить молчание,
но вашей защите может повредить отказ отвечать на вопросы,
которые могут повлиять на вашу защиту в суде.
Это... полный бред.
- Пройдемте... - Ты ничего не скажешь?
Это просто процесс. Ты же ничего не совершил? Так что...
- Почему они его арестовали? - Наверное, что-то нашли на него. - Что, например?
Я хороша, но мысли не читаю. А ты не зазнавайся, дамочка. Начальник - я, не ты.
Алек.
Джилл.
Что у вас на Савэджа?
Кое-что совершенно...
- Это она? Бейли? - Да.
- Что у вас? - Сейчас скажу...
Карл Норрис, он меня поразил.
Знаю, разрази его гром, "зло" написано у него на лбу, но он сюда приезжал.
- Приезжал? - Да. - Приехал и уехал?
Да. Первым делом он заявил...
"Между нами говоря, мистер Кокрейн, я бы не подпустил к себе этого Ника Савэджа
ближе, чем на пушечный выстрел". - Так что у вас на него?
Ник Савэдж звонил Карлу Норрису
и просил встречи с ним.
К счастью для нас, Карл Норрис, будучи подозрительным злобным негодяем,
решил, что адвокат, желающий неожиданно с ним пообщаться,
имеет недобрые намеренья, и потому встретились они в машине Норриса.
И, в тайне от Ника, Норрис в целях предосторожности записал их разговор на телефон.
- И вы не говорили с Карлом Норрисом... три года? - Да.
- Вы абсолютно в этом уверены? - Да.
Я хочу показать вам кое-что, мистер Савэдж.
Это копия вещественного доказательства номер CN1.
Запись вашего разговора с мистером Норрисом, сделанная им самим.
"...и она знает, что у меня были отношения
с девушкой из присяжных заседателей. - Так что вы говорите?
- Я ничего не говорю. - Так что вы предлагаете?
- Я ничего не предлагаю. Я просто... - Просто..?
Просто отмечаю, что эта девушка может сделать вашу жизнь достаточно непростой.
- Почему мою? - Если будет повторное слушанье дела... - С какой стати?
Вы закрыли дело. Суду потребуются новые доказательства. Их нет.
- Я не вчера родился. - Я этого и не предполагал.
Чем именно, по-вашему, я занимаюсь?
Если вы считаете, что я могу напасть на полисмена, то вы, вероятно, из ума выжили.
- Я этого не имел в виду. - Так что вы имели в виду?
Открылась новая информация по ДНК,
и есть вероятность - и вполне реальная -
что суд может созвать повторное слушанье при... при... при...
при определенных обстоятельствах.
- Серьезно? - Да.
Ну хорошо.
О чем именно речь?
Вы хотите, чтобы я что?
- Я ничего не хочу. - Хотите, чтобы я что-то сделал с той девушкой? - Я просто обращаю на нее ваше внимание.
- Любезно с вашей стороны. - Что ж...
Но вы забываете о том факте, что я же и окажусь виновным.
Я бы побил тебя, мягкотелый подонок.
Тащить меня в суд только потому, что не можешь удержать свой хер в портках.
Разговор окончен. Выметайся из машины.
Давай, выметайся. И считай, что тебе повезло, драный тупица".
Он представлял Даниэля Типпета в суде, три раза.
Знал его 4 или 5 лет.
Даниэль Типпет был по уши в долгах и готов на что угодно ради денег.
Ты в порядке?
Подтверждаете, что на записи вы, мистер Савэдж?
Кажется, что... пройдет лет 8 до условно-досрочного освобождения?
Разделит камеру с шерстозадыми гориллами,
часть из которых сам туда и упек,
так что они неплохо развлекутся, когда он отправится в места не столь отдаленные.
У меня была встреча с Норрисом, но...
это всё. Я никому не говорил...
после этого, совсем.
Вы знакомы с Даниэлом Типпетом, мистер Савэдж?
Да, я представлял его в суде. Несколько раз.
Поехали ко мне домой.
Кажется, это мой.
Алло?
Ты еще в офисе?
Да, да, я думала тебя дождаться.
Что произошло?
- Выпить хочешь? - Да, конечно.
- Что произошло? - Расскажу при встрече.
- Хорошо. - Пока.
Я говорила с Алеком Кокрейном.
Ты можешь мне объяснить...
почему 8 месяцев назад ты пробивала номера автомобиля Ника Савэджа?
Я узнала, что он женат... что есть дети,
и захотела узнать, где он живет.
Кто еще об этом знает?
Никто.
Что вы будете делать?
Единственное... единственное, что я могу сделать,
когда буду говорить с куратором проф.стандартов,
сказать, что ты - один из лучших, самых лучших молодых детективов которых я встречала,
и надеяться, что кому-то где-то, достаточно авторитетному,
хватит мудрости признать, что это что-то да значит.
Но мы имеем дело с должностным правонарушением, так что...
знаешь...
Держи карман шире.
Понимаешь...
мы все в это влипали, нас всех выводил из себя какой-нибудь дурацкий мужик.
А ты такая...
Это всё, чего тебе хотелось всю жизнь, с тех пор, как ты пешком под стол ходила,
а теперь ты спускаешь карьеру в сортир из за него, мистера Членососа, мрази, морального урода.
И теперь ты, с твоими талантами, с твоими тренировками,
с твоей страстью, с твоей готовностью -
радуйся, если получишь место регулировщика.
- Я вернусь на прежнюю работу. - Всё, в отдел тяжких тебе путь заказан.
- Фрэнк Гофф признался. - Это был несчастный случай.
- Пистолет выстрелил, когда они играли. - Пистолет принадлежал Дилану.
Как у вас прошло?
Хорошо.
И?
Они выдвинули обвинение.
Покушение на убийство.
Они узнали, что я пробивала номера его машины.
Она позвонит в проф.стандарты.
То есть понижение до униформы на всю оставшуюся жизнь.
Жанет, что ты делаешь?
Жанет?
Что?
Не надо.
- Чего? - Сообщать о ней.
Думаешь, мне хочется?
Этот ублюдок водил ее за нос месяцами, годами.
Она смышленая, она умная, она заслуживает эту работу. И ты это знаешь.
- Алек Кокрейн знает, так что... - Алек Кокрейн уходит на пенсию на следующей неделе.
- Он об этом больше никогда и не вспомнит. - Это дисциплинарное нарушение, Жанет.
Это уголовное преступление. Она свою надежность поставила под сомнение.
Я была рядом с ней, когда это произошло.
- Нет, не была. - Да, была.
- Она сказала мне, что никто больше не знает. - Она соврала.
Мы ехали в морг, 8 месяцев назад, по делу Эмела Йилмаза.
По сути, это была моя идея.
Не пробить номера машины, но я предложила выяснить, где он живет.
Так что, если ты доложишь о ней, доложишь и обо мне.
Не поступай так со мной... ты же знаешь, я играю по правилам.
Ты можешь просто этого не делать.
С профессиональной точки зрения я понимаю, это правильно.
Но с моральной, согласись, это чушь собачья.
Поверить не могу, что ты так со мной поступаешь.
Мы были друзьями...
18, 19 лет.
Да, и мне это нелегко делать.
А когда я буду докладывать на вас обеих по нарушению проф.норм, мне, блин, тоже будет не легко!
- Что ты делаешь? - Жизнь коротка, а после ты, черт, ты умираешь.
И никогда не знаешь, когда, Рэйчел.
Куда идешь?
В паб. Идешь?
Что происходит?
Ничего.
Пошел вон!
- У тебя есть дети и закладная. - Я знаю.
Так что ты сделала?
Я думала, она послушает. Думала, что знаю ее, но... боже.
Я сделала с ней то же, что ты сделала со мной.
Я поставила ее в безвыходное положение. Боже.
Боже. Я не должна была возвращаться к работе. Я не была готова.
Если кто-то из вас еще хоть раз такое учудит,
я вас разыщу и убью, обеих,
и совершу это безнаказанно, потому что знаю, как.
Мне ужасно жаль, Джилл.
Хорошо.
- Я все еще... при работе? - Да.
- Выпьешь с нами? - Да.
Возьму тебе рюмку.
Пинту?
Можно нам пинту?
Спасибо, Жанет.
Я...
Я решила помочь с интервьюированием Джеффа Хастингса.
- Правда? - Ага.
2.90, пожалуйста.
Спасибо.
У кого-нибудь припасена хорошая шутка?
У меня завалялось несколько дурных.
Перевод - kapodilista.