В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
Не обращайте внимания на эту чокнутую, возвращайтесь к работе.
Что вы расскажете родным, когда придёте домой, а?
Как гордитесь тем, что оставили ребёнка без дома?
Ваш рейтинг падает в районах с низким доходом.
Приготовили эту речь, чтобы стать менеджером моей кампании?
-Я знаю кое-кого для твоего дела. -Кого?
Я не стану их привлекать, если продолжишь делать всё не по-умному.
Мой отец убил Уэса, потому что «Антарес» выпускает акции.
Хватит медлить, надо достать файлы и слить их, прежде чем это произойдёт.
Тиган добра ко мне.
Я не стану подставлять единственного хорошего человека в моей жизни.
Обещай, что никому не скажешь!
Делиться информацией о наших сеансах было бы неэтично.
Так же неэтично, как врываться в мой офис?
Говорить с тобой о мёртвых детях и суициде совершенно не в моих интересах.
-Я могу помочь? -Я Жаклин Ро. Бывшая жена Айзека.
Не прогоняй меня.
-Скажем, что заболели? -Анна-Лиза меня убьёт.
Непременно.
И я хочу к ней. Мы судимся с губернатором, мать его.
Против нас выступает генпрокурор. Такое дело бывает раз в жизни.
А рядом с тобой мой упругий зад, и ты хочешь от него уйти.
Да уж.
-Как всё это случилось? -Что?
Мы должны быть в могиле.
Или в тюрьме.
Но я правда сейчас делаю что-то хорошее.
А ты нашёл работу, где не нарушаешь закон.
-Послушать тебя, мы скучные. -Если это скучно,
то надо было стать такими уже давно.
Всё! Труба зовёт!
У вас всё хорошо?
Это наш последний сеанс.
Для вас это нормально?
Преследовать бывшего, ходить к его пациентам?
-Нет. -Тогда откуда вы знаете, кто я?
-Я тоже психолог. -Вы оба нарушаете конфиденциальность?
-Позвольте объяснить... -Я могу лишить вас лицензии.
Я знаю, на какой риск иду, Анна-Лиза. Настолько серьёзна эта тема.
Всё из-за последнего сеанса?
Вы понимаете, пациенты довольно часто закрываются, только успев открыться.
Дело не в этом.
А в чём тогда?
-Я слишком близка. -Что?
Не заставляйте меня продолжать.
-Анна-Лиза... -Я не стану повторять историю с Сэмом.
Он уже на грани, Анна-Лиза.
Мы потеряли дочь, Стеллу, несколько лет назад.
Самоубийство.
Зачем мне это знать?
Мне кажется, Айзек снова подсел.
-Откуда вы знаете? -Я такое уже видела:
-у него бессонница, стресс... -И его провоцирую я.
-Вы это хотите сказать? -Нет, его провоцирует ваша ситуация.
-Вы выпиваете? -Нет.
Это классическое поведение сорвавшегося: он закрывается, убегает.
-Вернитесь. Мы во всём разберёмся. -Я нашла другого психолога.
Я ведь тоже зависимых лечу.
А значит, я могу стать вашим новым психологом от дисциплинарного совета.
И я бы никогда не попросила обычного пациента, но вы с этим справитесь.
А вот Айзек, боюсь, нет.
Вы сорвётесь, Анна-Лиза. Если вы уйдёте отсюда, этого не миновать. Вы запьёте.
-Пропустите меня. -Анна-Лиза...
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО
Сэндвич с двумя сосисками и двойной порцией чеддара из «Бастерс».
Они к шести утра заканчиваются.
Я рано встала.
-Не буду. Бон-Бон приготовила мне яичницу. -Только не говори, что проболтался ей.
А ты бы знать не хотела?
Даги, хочешь сэндвич с сосисками из «Бастерс»?
Давай сюда этого красавца!
-Он никому не сказал? -Если я его убью, ты будешь моим алиби.
Разве я не должен сидеть с вами?
-Зачем? -Чтобы смотрелось лучше.
А то как-то скудновато.
Тут генеральный прокурор, он ведь притащил весь свой офис на это слушание.
Потому что знает, какое сильное у нас дело.
Вот, вы сами сказали «у нас».
-Я сяду с вами. -Нет, лучше, если я буду одна.
Никто не поддерживает Голиафа.
Всем встать. Суд идёт.
Ваша честь, губернатор отправил меня с прошением
о немедленном приостановлении дела мисс Китинг.
На каких основаниях?
Согласно её же докладу, мисс Китинг сумела собрать подписи только 33 истцов,
а для иска требовалось 40.
-Это так, мисс Китинг? -Так было на момент подачи доклада,
но благодаря публичной поддержке дела я смогла собрать уже 42...
50... 70 истцов, и цифра растёт.
Ваша честь, но моему офису понадобится время,
чтобы проверить личности этих истцов.
Простите, прокурор, но думаю, у вас вполне достаточно помощи,
чтобы не откладывать из-за этого слушание.
У вас есть ещё основания, которые повлияли бы на моё решение, мистер Чейз?
Множество, ваша честь.
Как мы все знаем, групповой иск – как корабль, затерянный в открытом море.
И сейчас на этом корабле 79 пассажиров.
Если честно, я боюсь за эти жизни, ведь капитан корабля – алкоголик.
Я взялась за лечение очень серьёзно, и это подтверждают анализы
случайно взятых проб мочи, которые я сдавала последние пять месяцев.
Результаты я приготовила для суда.
Ваша честь,
мы бы хотели представить как улику фотографию, сделанную всего два дня назад.
На ней мисс Китинг замечена с полупустой бутылкой виски у своей машины.
Это же провокация, ваша честь!
Вы оспариваете правдивость снимка?
Я оспариваю, что он доказывает то, что я пила.
Но вы признаёте реальность фотографии?
Кто-то подкинул бутылку в мою машину, я тогда просто взяла её, чтобы выбросить.
Прокурор явно отправил кого-то, чтобы запечатлеть этот момент.
Эти заявления граничат с паранойей.
Прокурор превращает слушание в охоту на ведьм.
Даже её ответы сейчас похожи на истерию.
Довольно, мистер Чейз. Любые нападки на адвоката приведут к санкциям.
Я не позволю никому из вас превращать слушание в цирковое шоу.
Это же была клевета, да? Или сексизм? Он правда сказал слово «истерия»?
Надо оспорить фотографию, доказать, что это инсценировка.
-Или это правда? -Конечно же нет.
Дело тут не в фотографии, а во мне.
Обвиняемой делают меня, я идиотка, что этого не предвидела.
Думал, Денвер отстранил тебя от дела.
Без работы остались все, когда за дело взялся генпрокурор.
-Да, но ты ещё здесь. -Как и ты.
Мне не безразлично это дело.
-А точнее Анна-Лиза. -Фотография – твоя работа?
Она пьёт водку, а не виски. Это знает любой её близкий.
Ашер, а ты вообще в курсе, что записывать частные разговоры – это преступление?
Лорел, это лишнее.
Не говоря уже о том, как подло ставить камеру
в квартиру одинокой женщины без её ведома.
-Ну, голой-то я тебя не видел. -А откуда мне знать?
Сейчас слово за мной, и я решение принял.
Всё ужасное, что с нами случалось, происходило, когда кто-то
начинал что-то скрывать.
Поэтому я сделал вывод: больше никаких секретов.
-Ты расскажешь Фрэнку. -Что? Зачем?
Затем, что вы спите, и он должен привести тебя в чувства.
-Ты ему рассказала? -Было бы странно не сказать.
Она рассказала один секрет, ясно?
И это ничто по сравнению с тем, что вы скрывали. Вы обе.
Так что расскажи Фрэнку, иначе это сделаю я.
Это же шутка.
Скажите, что шутка.
Нет.
Если хочешь злиться, то злись на меня, это была моя затея.
Очень глупая затея.
Ты хочешь отомстить отцу? Скажи копам, что он убил Уэса.
Он запросто купит полицейских или просто свалит всё на Доминика.
-И что? -А то, что единственный способ отомстить –
слить документы, которые есть на него у компании.
Может, там ничего не скрывают?
Бухгалтера убили, потому что он хотел проболтаться.
О, так нас тоже могут убить?
Нет, мы сольём документы до того, как «Антарес» выйдет на рынок.
Тогда всё сорвётся, отец обанкротится и сядет в тюрьму.
-Вот так просто? -Да!
Только не говори Бонни.
А мне и не придётся, потому что ничего этого не будет. Слышишь?
-Я не могу тебе обещать. -Лорел.
Ты сейчас ставишь под угрозу наши жизни!
-Ребёнка, Оливера, Микаэлы. -А если бы это был ты?
Если бы в доме погиб ты, а не Уэс? Я бы делала ровно то же самое, что и Лорел.
А по-моему, вряд ли.
Конечно делала бы!
Нет, потому что Лорел любила Уэса, а ты даже не знаешь, что это.
Что? Я люблю тебя, ты же знаешь.
Так. Дело не в том, кто кого любит.
А в том, что каждый из вас должен пообещать,
прямо сейчас, что вы прекратите заниматься ерундой.
-Нет. Я ни за что не отступлюсь. -Мы должны налаживать свою жизнь.
Даже Анна-Лиза старается сделать что-то хорошее, как и я.
Ты совершал вещи и похуже, Фрэнк,
ты подставлял людей, убивал даже тех, кого считали абсолютно невиновными.
А я, между тем, просто пытаюсь посадить отца в тюрьму
за преступления, которые он совершил.
Это не безумие.
Просто так правильно.
Это фотограф прячется за деревом?
Может, вычислить его? Устроить ему шоу?
Кстати, могу вас обрадовать: у меня есть план.
Выступите свидетелем и защитите себя.
Если я так сделаю, меня сразу спросят обо всём:
о Уэсе, о пожаре, обо всём, что выставляет меня сумасшедшей.
Тогда дискредитируем снимок, как я сказал.
Нам нужны деньги, чтобы найти людей, которые сделали фото.
У меня есть деньги за обучение. Отец разрешил их оставить.
Белые родители странные.
Или пойдём к Фрэнку.
Нет.
Ну тогда, на крайний случай, можно соблазнить генпрокурора.
Так что или берите деньги и нанимайте детектива,
или я просто спущу их на стриптизёров и пойло,
а вы, как лечащийся алкоголик, вряд ли должны это одобрить.
-Заткнись. -Не понял?
Я знаю, кто поможет нам бесплатно.
Меня и так считают сумасшедшей. Почему бы не показать моё безумие?
Мне нужна помощь.
Значит, генпрокурор прав?
-Вы снова пьёте? -Нет.
Только в пьяном виде вы могли подумать, что я стану помогать.
Вы рассуждаете как окружной прокурор, но не как генеральный.
Сейчас у нас один враг. Или вы не хотите выиграть выборы?
Когда меня изберут, я возьмусь за этот иск ещё жёстче, чем он.
Об этом мы с вами поговорим потом.
Ну же, давайте устроим безумие.
Фрэнку: «Пожалуйста, давай поговорим наедине».
Предательница.
Сказал тот, кто снова работает на Анну-Лизу.
Это лучше, чем сидеть дома и сутками пялиться в телек.
Как мини-Лист ожидания?
Огромный, уже готовлюсь, когда он из меня выйдет.
Говоришь как Оливер на свидании.
-Что ты тут делаешь? -Мой босс встречается с вашим.
-Зачем? -Это сверхсекретно.
Кстати, дадите совет насчёт Анны-Лизы? Ведь по сути я заменил вас.
Ты как будто этому рад. На подпись и разложи перед уходом.
Мисс Торнтон?
Зайдите ко мне.
-Здравствуйте. -Здравствуй.
Идём.
-Ну, он купился? -Ну конечно же.
-Ну что там? -Ужас.
Похоже, вирус стёр весь твой диск.
-Ты что, заходил на порно-сайт? -Нет.
Ну, вроде бы нет. Может быть.
-О, меня же уволят. -Вряд ли.
Слушай, я работал над этим докладом три недели.
Блейк сказал, что меня возьмут в штат, если я справлюсь.
Это просто случайный вирус, ты не виноват.
-Оливер, меня могут депортировать. -Что?
Привет. Ты знала, что Саймон – ребёнок-иммигрант?
И решение по нему до сих пор ещё не принято.
Мне всё равно, есть разговор.
Родители отправили его сюда из Пакистана
в четыре года навестить кузин, и он остался.
Мне всё равно, Оливер.
Он надеется, что фирма предложит ему работу и поддержит заявление на визу.
Ашер обо всём узнал.
-Что? -Он поставил камеру у Лорел,
-всё услышал и заставил рассказать Фрэнку. -О боже.
-Знаю, что ты сейчас спросишь. -Он рассказал Коннору?
-Нет, это я и хотела сообщить. -Тогда расскажу я.
-Нет. Он может сболтнуть Анне-Лизе. -А если ему скажет Ашер?
Не скажет. И ты же говорил, что Коннор счастлив, ты хочешь разрушить его сказку?
Пратт!
Всё хорошо.
Готова к грандиозному заданию?
Да.
Устрой корпоративную вечеринку в пятницу.
В эту пятницу?
«Антарес» выходит на рынок, фирма получит миллионы,
и я уже чую, как другие партнёры пытаются присвоить эту заслугу себе.
Я произнесу речь, сама похвалю себя и покажу этим мужланам, что не играю в игры.
Пригласи всех сотрудников. Даже стажёров.
-Это же человек 300. -Могу попросить ту с веснушками.
Я слышала, что она свою свадьбу организовала за неделю.
-Нет, нет, нет. Я этим займусь. -Вот это верный ответ.
Как я поняла, у вас есть просьба, мисс Китинг.
Да, ваша честь.
В свете сомнительных улик, представленных генпрокурором,
я хочу вызвать свидетеля для дачи показаний.
У нашей стороны не было времени продумать линию допроса.
А у меня не было времени подготовиться к утренней провокации.
Прошу, ваша честь.
Сторона обвинения оклеветала меня, пустив в ход ложные слухи и догадки.
Я должна получить шанс ответить.
Это квалификационное заседание, думаю, мы можем нарушить правила.
Спасибо, ваша честь.
Я вызываю для дачи показаний Дарлин Торнтон.
Мисс Торнтон?
Зайдите ко мне.
Мисс Торнтон, давно вы работаете секретарём в окружной прокуратуре?
11 лет.
Скажите, за это время вы сталкивались со мной?
Это не имеет отношения к делу.
Не перебивайте, и отношение станет очевидно.
Ответьте на вопрос.
Я не общалась с вами лично, но я знаю, кто вы.
Какое вы сложили мнение обо мне за эти годы?
Протестую. Необоснованно требуемое мнение.
Поддерживаю. Дальше, мисс Китинг.
Мисс Торнтон,
вы сделали эту фотографию?
Я задала вопрос.
Вы работаете в прокуратуре 11 лет,
вы всё знаете о лжесвидетельстве и его последствиях.
Это вы сделали фотографию?
Да.
И вы положили бутылку виски в мою машину, чтобы организовать эту фотографию?
Да.
Зачем вы меня так подставили?
Ваша честь. Мы можем полагать, что свидетельница лжёт.
Что, простите?
Вы можете доказать, что бутылку подбросил кто-то другой?
-Например, ваш сотрудник? -Конечно нет.
Тогда откуда вы знаете, что свидетельница лжёт?
-Вы лжёте? -Нет.
Тогда объясните, зачем вы решили испортить мне репутацию и сделать эту фотографию?
На днях вы приходили к нам в офис и назвали наших сотрудников злодеями.
Но злодейка – вы. Люди, которым вы помогаете, – осуждённые преступники.
Нет, это просто бедняки, вот и всё.
И их лишили конституционного права на справедливый суд.
Не понимаю, почему это делает меня злодейкой.
Протестую, адвокат спорит со свидетелем.
Можете исключить эту реплику, вопросов больше нет.
Генеральный прокурор?
Помощница прокурора Бонни Уинтерботтом.
-Вы из команды Денвера? -Я на вашей стороне.
-Я вам не верю. -Понимаю.
Скажите Денверу, что кампания без грязи не обойдётся, и по его вине.
Я работала на Анну-Лизу.
Я знаю, как победить её.
Бонни скоро вернётся.
Она сказала, что будет работать допоздна. А нам с тобой надо поговорить.
У меня есть триста причин, чтобы убедить тебя держать язык за зубами,
но также тебе нужно помочь нам.
Я не стану вам помогать.
Дай мне закончить.
Если честно, я не поверила, когда ты сказал, что любишь меня.
Ты был доволен результатом экзамена, тебе сейчас очень одиноко и...
Я тогда говорил серьёзно.
Значит, решение будет очень простым, Фрэнк.
Если ты правда меня любишь, настоящую меня,
а не мой образ той, о ком нужно заботиться,
а ту невероятно упрямую, умную и до ужаса злую на весь мир девушку,
которая сможет не опустить руки и жить дальше,
только если заставит отца заплатить за ужасы, что он сотворил.
Вот это я, Фрэнк.
Вот кого тебе нужно любить.
Мы это сделаем.
-Что? -Сольём файлы.
Надо только придумать, как попасть в серверную, чтобы никого не арестовали.
И никого не убил мистер Кастильо.
У нас голосов больше. Это демократия, смирись.
У нас есть несколько недель, пока «Антарес» не выпустил акции.
Я знаю, когда выступить. В пятницу корпоратив.
-Это слишком скоро. -Нет. Это идеально.
Все напьются, и ты сможешь украсть у Тиган карточку.
-Я не хочу это делать. -Но по-другому никак.
Значит, Оливеру придётся придумать другой способ.
Только его нет.
Я могу пойти в полицию. И всё им рассказать.
-Полиция тебе не поверит. -И скажи, что это ты сбил Синклер.
Ну ладно, тогда расскажу Бон-Бон. Как вам? А? Или Коннору.
Это будет очень, очень нагло.
-Врать ему в лицо – вот что нагло. -Ашер, хватит.
Ты злишься на меня, имеешь право, но только пожалуйста,
не вымещай злость на всех остальных.
О, точнее на Лорел.
Да, и на Лорел тоже.
Почему она настолько важнее для тебя, чем я?
-Ты говоришь как ребёнок. -О боже.
Вы все считаете меня тупым простофилей, я понимаю.
Но это опасный план, который приведёт к опасным последствиям.
-Я не хочу в этом участвовать. -Тогда не открывай рот.
Это всё, о чём мы просим.
Я вообще не обязан вас слушаться!
Я вам не шестёрка.
Я разберусь.
Он не узнает?
У меня есть связи в дисциплинарном совете.
Обещаю, это не выйдет за его пределы.
Я меняю врача на Жаклин Ро.
Анна-Лиза, если вам сейчас действительно нужна помощь...
-К вам я обращусь последней. -Я понимаю.
У меня есть человек, который учил меня.
Она не берёт новых пациентов, но я могу вас устроить.
-Вы злитесь. -А вы бы не злились?
Я удивлена, что вы не стали нападать на меня.
Я тоже.
Неужели только я одна говорю о самоубийстве?
Вы сказали, его провоцирую я, но другие пациенты тоже говорили о самоубийстве.
Это проблема Айзека, а не ваша.
Люди мне каждый день врут, меня не проведёшь.
Больше всего на нас влияют те пациенты,
которые нам особенно дороги, так что вы с ним полностью совпали.
Это всё, что я могу сказать, простите.
-Ты дома? Коннор? -Да, он как раз пришёл. Я ещё позвоню.
-Кто это был? -Моя сестра.
Я очень нудно рассказывал ей, как круто участвовать в групповом иске.
-А что? -Я думал, может, это Ашер.
А, нет. Он наверняка завидует, что Анна-Лиза наняла меня, а не его.
-Позвоню ему... -Нет, нет, нет.
Нет. Нет. Всё. Забудь.
Ни телефонов, ни компьютеров, ни интернета.
Снова заберёмся под простыни, но на этот раз мы проведем там всю ночь.
-А если Анна-Лиза позвонит? -Она оставит сообщение.
Ну же. Мы заслужили вечер для себя.
-Ладно. -Класс. Да.
Ашер, ну прости меня. Я пыталась защитить тебя.
-Точнее Лорел. -Нет!
-Признай это! -Ладно. Я признаю.
Но я что, должна позволить беременной бегать за кем-то с пушкой?
-Могла хотя бы рассказать мне. -Вот сейчас и рассказываю!
Да, я не идеальная девушка. Согласна. Прости меня за это.
Но меня можно понять. Ты же видел мою маму.
Думаешь, она подавала мне хороший пример?
Тому, чтобы не врать, не надо учить, Микаэла.
Ты прав, я облажалась.
Но мы ведь с тобой сможем это забыть?
Я хочу, чтобы всё стало хорошо, как прежде.
-Может быть, и не было хорошего? -Что?
Может, я – просто ступенька на пути поисков идеального мужа.
Это не так.
Тогда почему ты называешь меня своим Бараком?
Это шутка.
Как и шутка про то, что мне не стать Мишель
после всех убийств, что мы совершили.
Тогда почему твоё свадебное платье до сих пор висит в шкафу?
И я смотрю на него каждый раз,
когда подхожу к единственному ящику, который ты мне выделила.
Не задумывалась, каково мне от этого?
Пялиться на твою прошлую жизнь, которую ты хотела построить с бывшим?
-Это платье за 20 тысяч долларов! -Так продай его!
Знаешь, я бы убил за настоящую жизнь с тобой, но
я не намерен быть запасным вариантом.
И если я для тебя такой,
то давай расстанемся,
и ты найдёшь мужчину, с которым правда захочешь быть.
Это ты.
-Нет, не я. -Да.
Не знаю, что сказать, чтобы ты мне поверил, но так и есть.
Ну же, я не хочу, чтобы ты был моим Бараком,
я просто хочу, чтобы ты был моим Ашером.
Мне трудно в это поверить.
Есть кто?
-Айзек Ро? -Да.
Я работаю в суде, меня попросили доставить вам это.
-А что это? -Это всё, что могу сказать.
Айзек
Ты точно не хочешь заявить в полицию?
Копы наверняка эту бутылку и подбросили.
Это прокурор.
-Он играет на твоих слабостях. -И у него получается.
-Ты выпиваешь? -Нет, боже упаси.
Но не думать не могу.
Я же алкоголик.
Даже при виде пива просто крышу срывает.
Может, ты задумаешься, что вообще вызывает у тебя желание выпить?
Ты меня не слышал? Всё вызывает у меня желание выпить.
Я говорю о том, что случилось сегодня.
Ты заставила Дарлин соврать под присягой.
Дарлин твоя подруга?
Она мать-одиночка, содержит пятерых детей на грошовую зарплату, но она...
-Её выбрал Денвер. -Поэтому тебе плевать на неё?
-Вина не гложет? -Знаешь, лучше я сниму номер в отеле.
-Анна-Лиза... -Я сегодня слишком устала,
чтобы снова выслушивать упрёки.
Я не хочу тебя упрекать, просто говорю, что ты зря играешь не по-честному.
Думаешь, если я буду играть по-честному, я смогу победить прокурора?
Это сказывается на тебе. Как ты не видишь?
Ты хочешь выпить, не можешь спать.
Так жить нельзя.
И истцы по делу однозначно этого не заслуживают.
Поэтому ты не дал мне имя своего друга?
Это не друг.
Пройди аттестацию, и тогда,
возможно, я дам его номер.
Ладно, доброй ночи.
-Простите, я пропустил ваш звонок. -Не страшно.
Я бы ответил, но Оливер решил устроить вечер без связи,
а я должен быть хорошим бойфрендом. Много болтаю?
Наверняка, просто не хочу, чтобы вы думали, что я халатно отношусь к делу.
Заходи в зал.
-Что, вы его знаете? -Просто заходи.
Я звонил вам.
Это не моё дело – успокаивать вас после моего решения.
Генпрокурор вызвал меня, Анна-Лиза.
Вы клянётесь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды?
Клянусь.
Доктор Ро, какая у вас специальность?
Я доктор психологических наук
и специалист по лечению нарко- и алко-зависимости.
И, насколько я понимаю, вы лечите мисс Китинг?
Да. Её направили ко мне по решению дисциплинарного совета.
Потому что мисс Китинг – алкоголик?
Протестую, мистер Чейз выставляет моё заболевание позорным.
Поддерживаю.
Учитывая серьёзность такого заболевания как алкоголизм,
по вашему профессиональному мнению, мисс Китинг может представлять дело,
которое призвано решить судьбы тысяч людей?
Я бы сказал, что мисс Китинг неоднократно подчёркивала важность своей работы
и желание заниматься этим делом.
Сейчас мы обсуждаем вопрос не её желаний, а её психической годности.
Протестую. Неуместные личные нападки на адвоката.
Поддерживаю.
Доктор Ро, правда ли, что стресс – это фактор, провоцирующий срыв у алкоголиков?
Да, стресс часто является фактором, но не всегда.
Как вы считаете, это дело может вызвать у мисс Китинг такой стресс,
что она снова начнёт употреблять спиртное?
Вы же сами пришли ко мне, потому что боялись сорваться,
а теперь вы решили подать групповой иск?
Я не замечал, чтобы она выпивала. Нет.
Сколько раз вы запрашивали анализ на наличие алкоголя или наркотиков
в крови мисс Китинг?
-Три. -Потому что боялись,
что мисс Китинг нарушит условия комиссии, сорвавшись и выпив?
Протестую, ваша честь, это домыслы.
Я просто интересуюсь экспертным мнением доктора Ро.
Разрешаю ответить.
Вы повторяете рискованное поведение, которое привело вас сюда!
Я попала сюда не только поэтому, но борьба за бедняков причиной тому не была.
Доктор Ро, я повторяю.
Вы назначали анализы, потому что боялись, что мисс Китинг снова начала пить?
Нет.
Я перефразирую.
По вашему мнению, дело такого масштаба и огласки
на ранних стадиях выздоровления
увеличивает возможность срыва у мисс Китинг?
Вы сорвётесь, Анна-Лиза. Если вы уйдёте отсюда, этого не миновать. Вы запьёте.
Мисс Китинг демонстрировала только твёрдое стремление к трезвости.
И я полностью в ней уверен.
-Вы сказали, что он её уничтожит. -Я так и думала.
Неужели? А по-моему, очень похоже, что они спят друг с другом.
-Я облажалась, явно. -Вижу, для вас это не впервой.
Это была ты?
-Зайдём в мой кабинет. -Скажи сейчас.
Я знала, что она проиграет, знала, что он поможет ей, если придёт.
Потому что знаешь его?
-Нет. -Я видел его у тебя на днях.
-Нэйт... -Ты записалась к нему на сеансы, так ведь?
Ты слишком далеко зашла.
Пожалуйста, не говори Анне-Лизе.
Господин генеральный прокурор, мисс Китинг.
Я рассмотрела представленные улики
и, за исключением абсолютно неуместных личных нападок на мисс Китинг,
мне не удалось обнаружить никаких весомых доказательств,
которые могли бы помешать мне сегодня принять решение в её пользу.
Поэтому я одобряю групповой иск. Все свободны.
Я говорю вам это не потому, что согласен с планом,
или потому что простил Микаэлу.
Это не так,
но из-за Уэса...
То, что случилось...
Я с вами.
-Ты уверен? -Да.
Кто спасёт вас, когда что-то пойдёт не так?
Составим план. Корпоратив завтра вечером?
-Мы не станем использовать карточку Тиган. -Ты не знаешь эту женщину.
Может, она закопала десятки трупов для моего отца, в буквальном смысле.
Тогда у неё хватит ума понять, кто украл у неё карточку.
-Королева права. -Нет.
Значит, украдём карточку другого партнёра.
Других партнёров я не знаю.
Оли?
Ты наверняка завёл пару друзей.
Запомните, я считаю эту затею ужасным решением,
и мы сгорим в аду, если её воплотим.
По нам и так ад плачет, говори.
Мы используем карточку Тиган, чтобы пройти в серверную.
-Я же сказала – нет! -Но мы скажем, что её украл кто-то другой.
-Кто? -Саймон.
-Терпеть его не могу. -Как и все.
А я получил доступ к его компьютеру и всем паролям,
когда помогал ему, чтобы его не депортировали, так что...
Да, мы сгорим в аду.
Это первый шаг для наших истцов, с которыми обращались несправедливо
из-за перегруженности системы правосудия.
И теперь губернатору придётся ответить за это в суде.
Вы вступили в этот бой в одиночку, это, наверное, нелегко.
О, но я не одна. Я бы не смогла добиться этого без помощи мистера Уолша.
И теперь он ответит на все ваши вопросы.
-А вы куда? -Не твоё дело, ты справишься.
Как такой молодой человек оказался вовлечён в групповой иск мисс Китинг?
Э, ну...
-Открой рот. -Не понял?
Хочешь дождаться родов, чтобы понять, на кого он похож?
Я тоже не хочу, открывай.
-Можешь не делать этого ради меня. -Я в курсе.
Микаэла?
Что это?
Моё сшитое на заказ платье от Веры Вонг за 20 тысяч долларов.
Я знаю. И что?
-Я думала над твоими словами и... -О боже, ты делаешь мне предложение?
Нет!
Тогда что у тебя за спиной?
Это!
Это не предложение.
Да, я люблю тебя, но у нас разлад, и мы не готовы к браку,
тем более если собираемся воплотить глупый план.
-Так ты признаёшь, что план глупый? -Конечно, мы чокнулись, но мы это сделаем.
Ради Лорел, и Уэса, и всего хорошего в этом мире.
Короче говоря, так ты увидишь, что я люблю тебя и хочу быть с тобой,
а не с кем-то, кто был до тебя.
Стой, стой, оно правда стоит 20 штук?
Дай мне это сделать.
Ты пропустила пару мест.
Там, и там.
Да, вот так, дави. Чтобы ни одного белого места к концу бутылки не осталось.
Да, получай, Эйдан, – я её новый жених.
Привет. Похоже, я смогу восстановить всё, что убил вирус, к пятнице.
О, слава богу. А я хотел делать тебе предложение ради гражданства.
Не надо. Ну, до завтра.
Коннор?
Заползай.
Входите.
-Вы солгали в суде под присягой. -Нет.
Конечно же, я могу сорваться, и уж кому как не вам это знать.
Но вы соврали, почему?
Помните, вы неоднократно говорили мне, что именно это дело держит вас в тонусе.
Я взвесил факторы и решил, что потеря этого дела
грозит вашей трезвости сильнее, чем что-либо.
-Чушь. -Это было моё профессиональное мнение.
Вы снова подсели? На героин или что-то ещё?
-Откуда такие вопросы? Нет. -Или да?
Поверьте мне.
С чего вы это взяли, Анна-Лиза?
Вот почему вы ушли?
Вы переживаете, что я не смогу вам помочь? Анна-Лиза, я...
Поделитесь.
Ну же. Поделитесь.
Сэм сказал, что я выдумываю.
Но я сама ещё с детства вдалбливала себе эту историю.
Поэтому я влюбилась в него, ведь он заставил поверить в то,
что проблема не во мне.
И я вздохнула с облегчением.
Но, Айзек...
Всё повторяется.
О чём вы?
-Я врежу людям. -Думаете, что вредите мне? Нет.
Ребёнку, Сэму, Уэсу...
-Это же не вы в этом виноваты. -Я очень хочу вам верить.
Поверьте, ни у кого из людей нет подобной власти.
Скажите правду.
-Я провоцирую вас? -Нет.
Кто вам это сказал?
Анна-Лиза, скажите, кто?
Анна-Лиза? Кто? Скажите.
Это Бонни?
Бонни?
Вам не нужно защищать её.
-Нет, я не защищаю. -Это она пытается задеть вас.
Нет, это не Бонни.
Не Бонни.
Ваша бывшая жена.
Я должен извиниться.
Когда сюда отец приезжал, он сказал, что ты якобы мне не подходишь.
Что?
-Мы же нашли общий язык... -Он просто кретин, Оли.
Он неправ.
Потому что сейчас я так счастлив, правда.
Настолько, что звоню своей сестре, просто чтобы поделиться этим.
Раньше такого не бывало.
И всё благодаря тебе.
Так что...
Это стальная проволока, которой был замотан пакет с хлебом.
А это одна из причин, по которой я тебя люблю.
Ведь ты гей, который ест хлеб и заставляет делать то же самое и меня.
Ты даёшь мне быть собой,
но ты делаешь меня лучше, чем я есть...
Никогда не думал, что я могу быть таким.
И я больше не хочу ждать.
Я хочу тебя.
Выходи за меня, Оливер Хэмптон.
Выходи, чтобы я смог провести остаток дней,
делая тебя таким же счастливым, как и ты меня.
Прости меня.
Что?
Я ведь врал тебе.
Мы знаем, кто убил Уэса.
ДВА ДНЯ СПУСТЯ
Ещё первой отрицательной и тромбоцитов.
-Где ребёнок?! -Тише, тише.
Давление падает.
Вводим адреналин!
-Где подозреваемый? -В тюрьме.
Кислород падает.
-Мерцание желудочков. -Начинаем реанимацию.
Он мёртв?
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО