Расслабьтесь. Вы погружаетесь в тишину и покой.
Теперь вообразите киноэкран,
он перед вами.
На экране ваше самое любимое место на свете.
Сосредоточьтесь на своём дыхании,
и пусть ваше тело расслабится, успокоится.
Воттак. Вдох, выдох.
Вдох, выдох.
И вот вы уже там.
Вглядывайтесь во всё.
Краски.
Песок и вода.
Свет.
Тепло. Почувствуйте теплоту.
Перед вами открывается умиротворяющий пейзаж.
Ощущение бесконечного покоя...
Какая буря!
Вы уверены, что окно закрывается?
Вам стало спокойнее?
Успокоишься тут, если видишь такое...
- Что? -У вас юбка просвечивает.
Извращенец. Знаете что? Хватит читать.
А мне пора ехать за ней.
Тогда я встану и сварю кофе.
- Включить музыку? - Поставьте ту пластинку.
Оставляю вас наедине с вашим Вагнером. До скорой встречи.
ПРОИЗВОДСТВО "СОГЕСИНЕ ХИМЕНОПТЕРО"
ПРИ УЧАСТИИ "Ю ДЖИ СИ ИМЭДЖЕС АЙСКРИН"
"ТИ ВИ И"
"КАНАЛ ПЛЮС"
"ТЕЛЕВИЗИОН ДЕ ГАЛИСИА ЭС ЭЙ"
"ФИЛМАНОВА ИНВЕСТ"
"ЕВРИМЭДЖЕС"
ФИЛЬМ АЛЕХАНДРО АМЕНАБАРА
МОРЕ ВНУТРИ
Хулиа, садись в машину! Ты окоченеешь!
Какая она упрямая...
Вы Жене? Я Марк.
-Здравствуйте. - Где Хулиа?
Тёплая встреча в испанской Галисии.
Сейчас и у нас февраль. Как долетели?
- Отлично. Вот мы, наконец-то, и познакомились. -Да. Поедем в моёй машине, вы не против?
Мы договаривались, что вы будете одна.
- Верно. - Но тогда...
Марк? Он будет всё записывать.
- Ему можно доверять? -Да. Он работает в моей фирме...
Послушайте. Надеюсь, вы понимаете, насколько это важное решение для Рамона.
- Разумеется. Мы же говорили об этом... - Потому что сегодня вы,
завтра журналисты, потом телевидение.
Рамон боится, что всё с самого начала может пойти не так.
Я могу только сказать, я очень постараюсь.
- Надеюсь. - Напоминаю вам, для меня это
не просто очередное дело.
Поверьте. Я понимаю Рамона.
- Привет. -Здравствуйте.
- Меня зовут Хулиа. - Вы адвокат.
-Да. - Мануэла - невестка Рамона.
- Вам помочь? - Нет, нет, не надо
Они приехали.
-Здравствуйте. -Здравствуйте.
Простите, не могу пожать вашу руку.
Разве?
Говорят, вы нервничаете.
Ладно, я начну с завтрака.
- Во сколько вы завтракаете? - В девять тридцать.
Я не из ранних пташек.
Потом я слушаю радио.
Что вы предпочитаете слушать?
Всё понемножку. Но особенно дискуссии.
Вам нравится слушать дискуссии?
Да. Это меня бодрит.
Видите? Мой персональный компьютер.
Вы сами это спроектировали?
Да, я люблю изобретать.
Мой отец и мой племянник воплощают мои изобретения в жизнь.
Вы такая серьёзная...
Рамон... Почему вы выбираете смерть?
Ну... Я хочу умереть, потому что жизнь в таком
состоянии унизительна.
Я понимаю, что эти мои слова могут показаться оскорбительными
другим паралитикам, но ведь я никого не осуждаю.
Кто я такой, чтобы осуждать тех, кто выбирает жизнь?
Но не надо осуждать и меня,
и тех, кто готов помочь мне умереть.
-Думаете, вам кто-то поможет? - Ну...
Это зависит от законодателей.
Им придётся преодолеть свой страх.
Хотя я не вижу в этом ничего страшного. Смерть всегда с нами
и всегда будет с нами. Мы все умрём. Все.
Это часть нашей жизни. Почему же их так пугает мое решение умереть,
как будто это что-то заразное?
Если дело попадёт в суд,
вас спросят, почему вы не рассмотрели другие возможности.
Почему отказались от инвалидного кресла?
Инвалидное кресло -
это жалкая подмена
утраченной мной свободы.
Сами подумайте, вот вы сидите в метре от меня.
Что такое метр? Сущие пустяки для каждого человека.
Всего один метр, и я не могу приблизиться к вам, прикоснуться;
это непреодолимое расстояние для меня.
Иллюзия.
Фантастика.
Поэтому я
хочу умереть.
Прошло три часа, Рамон.
Верно. Пора меня переворачивать.
Подождите внизу, ладно?
Он обратился к нам год назад.
Он думал, что мы действительно поможем ему умереть.
Я объяснила ему, что мы готовы оказать психологическую поддержку,
юридическую помощь, но мы не можем дать ему цианистый калий.
Он просто рассвирепел. Обозвал нас мошенниками. Я бросила трубку.
Через несколько дней он перезвонил, и был уже гораздо спокойнее.
Его уверенность поразила меня.
- Никаких сомнений? - Никаких.
Это важно.
-Давно это с ним случилось? -Двадцать шесть лет назад.
После смерти матери за ним ухаживает невестка.
- Ну, как? - Хорошо. Подними чуть повыше.
- Так? - Спасибо.
- Сменю памперс. - Не сейчас, Мануэла.
Это всего минута. Ничего, подождут.
Жена Хосе, брата Рамона.
Вся семья живёт на ферме; продают овощи со своего огорода.
Что они думают об этом?
Люди пусть думают, что хотят.
Но, по-моему, нельзя делать то, о чём он просит.
- Почему? - Я хочу, чтобы ему было как можно лучше.
Мы все этого хотим.
Почему же он хочет умереть?
Как можно было до такого додуматься? Это неправильно.
Я не буду помогать ему, я не стану.
Я никому не разрешу сделать это.
Никому.
- Привет. - Привет.
- Не бросай это здесь. - Хорошо, мама. Хорошо.
Отнеси это в свою комнату.
Твой дядя просил, чтобы ты проверил его приспособление.
-Забери свой рюкзак. -Ладно.
- Что-то сломалось? - Валик слишком тугой.
- Как твой зачёт? -А где этот адвокат?
Это женщина. Она с Жене и твоим дедом. Они поехали на берег.
Им туда не добраться. Если за рулём дед.
Не надо так говорить, Хави.
Он уже совсем дряхлый.
Конечно. Он же старый. Это естественно.
Лезет в чужие дела. Торчит дома целыми днями.
Кому он нужен?
Что?
Когда-нибудь, быть может, через много лет
настанет день, и ты так пожалеешь о том, что сейчас сказал,
что возненавидишь себя.
- Почему? - Когда-нибудь. Вот увидишь. Когда-нибудь.
Море здесь коварное.
Рисковые люди, решившие здесь поплавать, должны быть очень осторожны.
Мой сын нырнул вот отсюда.
Не знаю, о чём он думал. Не знаю.
Он нырнул в тот самый миг, когда начался отлив прибоя.
И сломал шею, ударившись о дно.
Очень стыдно.
Только тот, кто пережил такое, может...
Пока на то есть божья воля, он должен жить.
Но вы же знаете, он не хочет.
Он... Он никогда не говорил этого.
Он никогда не говорил мне об этом.
Никогда ничего такого не говорил.
Потом мы будем плакать от счастья.
Если мы победим и получим право на смерть, если наша призрачная
судьба смилостивится над нами, мы достигнем райского блаженства. И ради этого
я готов терпеть целую жизнь в аду.
Если нас сейчас смотрят и слушают, то, быть может,
какой-нибудь судья,
или юрист, или политик,
или кто-нибудь, облечённый властью,
что-то поймёт.
Наверно, для них непостижимы мои душевные муки, но, быть может,
кто-то из них осознает, что для такой жизни нет оправданий.
Почему вы всё время улыбаетесь, Рамон?
Если у вас нет выбора, и вы полностью зависите от других,
вы приучаетесь страдать
с улыбкой на губах.
-Здравствуйте. -Здравствуйте.
-Здесь живёт Рамон Сампедро? - Что вам угодно?
Я проезжала мимо и подумала, что могу навестить его.
Я слышала, его навещают.
Ладно. Только не слишком долго.
Меня зовут Роза.
Подойдите.
- Откуда вы? - Из Бойро.
Я каталась на велосипеде
и оказалась здесь. Боже, я чувствую себя полной идиоткой!
- Почему? - Что тут скажешь?
Я же не знаю вас!
Пусть это вас не волнует.
Видите? Я никуда не тороплюсь. Ну, присаживайтесь.
Зачем вы здесь?
Вы ставите меня в затруднительное положение.
-Ладно, чем вы зарабатываете на жизнь? - Я работаю на фабрике.
А по средам и пятницам я диск-жокей на радио Бойро.
Тогда я, наверно, слушал вас.
Правда? Мне далеко до профессионального уровня.
У вас прекрасно получается.
Да... Прекрасно.
Если я начну болтать, меня уже не остановишь.
-У меня двое маленьких детей. -А муж?
Нет. То есть, был. Но мы расстались.
И теперь вы одна?
Ещё у меня был друг. Отец моего второго ребёнка. Но он... ушёл от меня.
Сейчас я одна. Но это меня вполне устраивает.
Я только хотел узнать, есть ли у меня шанс.
Что тут смешного?
Ой, простите!
Успокойтесь. Я пошутил.
Я не смог бы вырастить двух детей.
Я уже потратил все силы на своего племянника.
Я видела вас тогда по телевизору.
Вот видите? Мы уже приближаемся.
- К чему? - К причине вашего появления здесь.
Я слушала вас и
смотрела в ваши глаза. Такие красивые глаза.
- Спасибо. - И я подумала: "В них столько жизни.
Почему же человек с такими глазами хочет умереть?
У всех нас иногда бывают проблемы.
От них не убежишь, понимаете?
Я не убегаю от своих проблем. Наоборот.
Нет, убегаете. Вот я и приехала.
-Зачем? - Чтобы убедить вас жить дальше.
Чтобы объяснить вам, что жизнь...
Что, жизнь?
Разве жизнь этого не стоит?
Послушайте, вы приехали, чтобы повидаться со мной или
- чтобы переубедить меня? - Я хочу подружиться с вами.
В таком случае, Роза, научитесь уважать мои желания.
Вы такой твердолобый...
Не осуждайте меня. Не осуждайте меня, Роза. Во всяком случае, в моём доме.
Или вы хотите, чтобы я высказал своё мнение о вас? Ну?
Хотите? Поговорим об истинной причине вашего появления здесь.
О том, что вы просто несчастная женщина, просыпающаяся по утрам с надеждой,
что её жизнь когда-нибудь обретёт смысл.
Правильно, убегайте. Пока не поздно.
- Большое спасибо. У вас нет никаких просьб? - Нет, милая.
Будьте счастливы. Доброй ночи.
Доброй ночи. Сейчас без четверти девять,
и вы слушаете радио Бойро. Не забывайте звонить и заказывать музыку.
А сейчас я хочу подарить следующую песню тому, кто...
Кто знает? Может, сейчас он слушает.
Он часто слушает радио.
Я очень хочу, чтобы он позвонил с какой-нибудь просьбой.
Но я знаю, что он не позвонит, ведь наша встреча плохо кончилась.
Если это хоть как-то поможет, я прошу прощения.
Прости, что я осуждала тебя, Рамон.
Что тут скажешь? Я несносная зануда.
Для тебя, мой друг Рамон, песня "Чёрная тень".
-Алло? - Привет.
-Жене! Как дела? - Прекрасно. До сих пор сижу в офисе.
Из-за тебя я работаю круглосуточно. Шучу, Рамон!
Да, это была отличная мысль: дать интервью по телевидению.
Люди звонят, поддерживаюттебя. Нам это пригодится для суда.
- Тебе виднее. - Не надо так.
С таким безразлично угрюмым настроением мы ничего не добьёмся.
- И ты знал, на что идёшь. -Знал, знал.
Послушай. Хулиа, адвокат,
хочет опять тебя навестить, но на этот раз она проведёт с тобой больше времени.
- Наверно, она влюбилась в меня. - Размечтался, красавец!
Она замужем. Ей нужно узнать о тебе побольше, для дела.
- Они все так говорят. - Подожди.
Одну секунду.
А знаешь что? Тот парень, что приезжал с ней
в прошлый раз, пригласил меня на свидание.
Уходишь от меня к адвокату?
- Нет. - Ну и зря.
По-моему, у вас отличная нога.
Да, она двигается.
- Приступайте. - Хорошо. Всё очень просто.
Ответы должны быть искренними.
Скорее, разумными.
Так. Я включу магнитофон, можно?
Да.
Начнём с вашей юности, до несчастного случая.
- Как вы жили тогда? -А это нужно? Это было так давно.
- Провалы в памяти? - Нет.
Я думал, что мы обсудим моё прошение о смерти.
Обсудим, Рамон. Но нам нужно, чтобы судья сочувствовал вам, понимал вас.
Поэтому мы должны рассказать, кто такой Рамон Сампедро. И каким он был.
А вдруг вы используете это против меня?
Типичный галисиец! Я ваш адвокат. Я на вашей стороне.
Итак, когда мне пошёл двадцатый год, я собрал вещи
и отправился в кругосветное путешествие.
Я странствовал несколько лет... до несчастного случая.
Постойте, постойте. Вокруг света в двадцать лет?
Угадайте, как. Судовой механик.
Всё время твержу своему племяннику: "Моряки путешествуют бесплатно".
Ищете доказательства?
Нет. Но я не вижу ваших фотографий.
Как вы выглядели тогда?
А что? Разве я сейчас урод?
Хорошо. Больше никаких вопросов.
- Вы не любите вспоминать прошлое. - Нет. Я предпочитаю смотреть в будущее.
Что же вы видите в вашем будущем?
Смерть. И в вашем будущем тоже.
Разве вы не думаете о смерти? Неужели только я один думаю о смерти?
Разумеется, думаю.
Но я стараюсь думать и о другом.
Завтра будет дождь.
Я слышал свисток.
-А я не слышал. - Он свистнул.
- Что тебе? - Игра начинается.
Хави, ты знаешь, я не люблю футбол.
Посмотри его внизу.
И если ты хочешь уговорить меня, я должен услышать убедительные
оправдания твоего желания.
Разумные.
- "Депортиво" играет. - Это не убедительное оправдание!
- Это важная игра. -Для кого?
Для турнирной таблицы. Если они продуют, им не выиграть чемпионат.
Ладно, включай.
Шангуи... Дюшер поднимает голову.
Пабло Амо в центре поля... Пас Мигелю Сальгадо.
Шангуи падает, лежит на земле. Мауро Сильва перехватывает мяч.
Вот это да!
Ты тоже слышал свисток?
Рамон сказал, вы спрашивали про фотографии.
-Да. - Они где-то здесь.
Я найду их завтра.
- Спасибо. - В стенном шкафу есть ещё одеяла.
По ночам у нас даже в июне холодно.
- Мануэла. - Что?
- Нет, нет, нет. -Да, да, да.
- Я не могу их взять. Не могу. - Я проведу здесь несколько дней,
- и я хочу внести свой вклад. - Но вы бесплатно занимаетесь его делом.
Я так хочу.
Мануэла, прошу вас.
Хорошо. Если что-то понадобится, скажете мне.
- Спасибо. - Что вы там вдвоём затеваете?
Ничего.
Плохо, что отсюда не видно море.
А, может, и хорошо.
Я вижу его, когда захочу.
Вы о чём?
Когда у меня есть настроение, я сосредотачиваюсь
и отправляюсь к морю. Улетаю туда.
Море для вас очень много значит...
Море подарило мне жизнь, а потом отняло её.
Остальное неважно.
Расскажите мне про тот день, про день, изменивший вашу жизнь.
- Спрашивайте. - Скажите, когда это случилось?
Когда это случилось?
Двадцать третьего августа тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года.
Вы жили с родителями?
Конечно, когда я не был в плавании, я жил с родителями. Я был молод...
В тот день вы были на берегу один?
Нет, я был с приятелями, местными ребятами.
Но ведь вы уже отлично знали море,
почему же отлив прибоя застал вас врасплох?
Я отвлёкся.
Отвлёкся?
Ну, да. Думал о другом.
И? Оставим это, достаточно.
Вы не хотите говорить об этом.
Нет... Я просто вспоминаю.
Просто вспоминаю.
Потом я прыгнул, нырнул, а там уже было мало воды.
- Вы потеряли сознание? - Нет.
Я всплыл лицом вниз, лежал на воде.
И знаете что?
Это правда, что перед смертью в сознании вспышками возникают все
самые важные события в жизни.
Это было со мной.
Что же вы видели?
Говорят, когда человек тонет, и вода вытесняет воздух из лёгких, он мгновенно умирает.
Славная смерть.
Я должен был умереть в тот день.
Вы до сих пор встречаетесь с ними?
С некоторыми -да, с другими - нет.
Кто эта девушка?
Неважно.
Она на многих снимках.
Девушка из нашего городка. Можно мне одну затяжку?
Вы курите?
Иногда. С надеждой, что это убьёт меня.
Она была моей девушкой.
Ваша девушка? Что с ней было потом?
Ничего. Некоторое время она навещала меня в больнице.
И однажды она сказала абсолютную глупость:
"Мы должны пожениться". А я ответил: "Иди домой.
Живи, как нормальный человек, забудь меня".
Вы не любили её?
Дело не в этом.
- Не в этом? - Нет. Дело в том, что
в таком состоянии я не могу любить.
Значит, вы отказались от любви, потому что...
Потому что я не могу любить. Совершенно верно.
Мне что, так и сказать судьям?
Паралитикам любить нельзя?
При чём здесь паралитики?
Я говорю о себе. О Рамоне Сампедро.
Можно заниматься любовью другими способами.
Ну, да, конечно.
Вы двадцать семь лет не целовали девушек?
Только не вздумайте приставать ко мне.
Здесь та девушка из Бойро.
Девушка из Бойро?
- Кристиан, иди сюда! - Роза!
Привет, Рамон. Я сказала, иди сюда!
Всё в порядке. Эй, привет. Ты хороший или плохой?
- Плохой. - Это может стать проблемой.
- Меня зовут Хулиа. - Роза.
- Мы не во время? - Нет, нет.
Я немного отдохну и вернусь.
- Как дела? - Отлично.
Надеюсь, ты не заведёшь речь о любви к жизни.
Нет. Я не знаю... Мне просто захотелось тебя увидеть.
И показать своих мальчиков.
Это гораздо лучше.
Кристиан! Кристиан! Угомонись.
Ты здесь гость. А это Сэмуэль.
Сэми, поздоровайся.
Привет, Сэми. Сэми.
Почему ты лежишь в постели?
- Он не может двигаться. Я говорила тебе. - Ты, правда, ничего не чувствуешь?
Да что с тобой такое? У тебя температура?
В такую погоду всё может быть. А мы уже месяц без зарплаты.
Сегодня мы бастуем. Может, теперь они обратят на нас внимание.
В общем, у нас сегодня воскресенье. Я приготовила завтрак,
мы сели в автобус и поехали к Рамону.
- Что с тобой? - Ничего. Ничего.
Сэмуэль, в чём дело?
- Мануэла... - Что?
Что ты об этом думаешь?
О чём?
О том, что Рамон хочет умереть.
Такова его воля.
Да, но...
Разве ты не...
А если бы решать пришлось тебе?
Это неважно.
Рамон хочет умереть.
Для меня это главное.
Хочешь, покажу тебе кое-что?
- Кое-что? -Да. Пошли.
Кристиан, в последний раз говорю! Положи это на место!
Кристиан, не трогай!
Здесь почти всё - стихи.
Я всё сохраняю. Это разбивает мне сердце,
ведь ему так трудно писать. А почерк.
Смотри.
Самый красивый почерк, что я видела в жизни.
Я лучше пойду вниз.
- Мануэла? - Что?
Мне нужно время, чтобы прочитать это. Ты скажешь Рамону, что...
ты пошла на берег. Прогуляться.
Спасибо!
Я не шучу! Я больше никогда не привезу вас сюда!
- Но, мама, он же притворяется! - Не смей!
Мама, я точно знаю...
Когда она вернётся?
Когда нагуляется. А ты пока можешь подремать.
А ещё жалуешься.
- Я? - К тебе всё время приходят
разные женщины.
Как будто у тебя свой собственный гарем.
Мануэла. Ты же знаешь, у меня есть любимая.
Да. По имени "Смерть".
- Что-нибудь ещё? - Нет.
Я узнал, что ты здесь. И сразу прилетел.
Мануэла?
Привет.
Как прогулка?
Я читала, Рамон.
Я прочитала всё,
что вы написали.
Знаете,
это прекрасно.
Так. Значит, теперь вы
не только адвокат, но и литературный критик.
Ладно, смейтесь.
Это можно опубликовать.
Ну, конечно!
В наше время что угодно напечатают.
Это очень поможет в вашем деле.
Ведь это же ваш голос.
Послушайте, Хулиа.
Мне казалось, что всё ясно с самого начала.
Предполагалось, что вы будете
заниматься конкретным делом, так? Помогать мне.
-Да, но... - Но вместе этого вы во всём сомневаетесь.
Чего вы добиваетесь, непонятно.
Копаетесь в моих чувствах, переживаниях...
Хотите, чтобы я уехала?
Сейчас я хочу только сигарету.
Пожалуйста!
Да,
сейчас принесу.
Хулиа!
Хулиа!Что с вами?
Хулиа!
Что случилось?
Хулиа!
Мануэла!
Я не боюсь прошлого.
Я боюсь будущего.
Придёт день, и...
сначала ноги, а потом...
я могу ослепнуть.
И, наверно, я уже не поправлюсь.
До сих пор мне везло. У меня был удар, его я перенесла,
но потом будет другой, и ещё один, и последний...
И никто не поможет. Никто не знает, что от меня останется. Если что-то останется.
Ваш муж не теряет надежду.
А что толку? Это нельзя вылечить.
Зачем тогда вставать по утрам,
ходить на работу, мечтать о чём-то,
если рано или поздно это всё равно случится, и я буду уничтожена?
Понимаете?
Понимаете? Это бессмысленно.
Я хочу вступить в вашу организацию "Достойная смерть". Я думала об этом
ещё два года назад, когда узнала свой диагноз.
А потом передумала. Но теперь я больше так не могу. Это уже не жизнь.
Ваш муж знает?
Ему можно не говорить.
Надо сказать. Хулиа, страх
обладает огромной силой.
Он отбирает у вас свободу выбора.
Сейчас вы позволяете страху решать за вас.
Тот же самый страх опять заставит вас передумать. Не нужно ничего делать от страха.
Я думала, вы помогаете тем, кто хочет умереть.
Нет. Нет!
Думаете, я хожу и предлагаю всем, у кого есть серьёзные проблемы,
покончить с собой?
Нет.
Мы боремся за свободу.
За право на жизнь, за право на смерть.
Это разные вещи.
Да, вы больны.
Да, это страшная болезнь.
Но вы должны всё обдумать.
Рамон просил передать вам это.
Мы вернёмся к этому разговору в другой раз.
Ну, как она?
Нормально.
Правда? Мне тоже так показалось.
Что ж, было приятно познакомиться.
- Спасибо, что пришли. - Перестаньте.
- Я останусь. - Останешься?
Да. Встретимся позже...
Милая Хулиа. Когда Жене сказала мне, что некий адвокат пожелал заняться
моим делом, моё решение было определено следующим обстоятельством:
этот адвокат страдаеттяжёлой прогрессирующей болезнью.
Только человек в таком состоянии способен понять меня
и почувствовать, что моё существование - это ад.
А теперь я знаю, что даже жизнь в аду обретает смысл,
когда встречаешь такого человека, как вы.
Стоило жить хотя бы ради той сигареты, что мы выкурили вместе,
и ради этого письма вам, хотя, наверно, я пишу глупости.
Кстати, о глупостях. Я редактирую свои сочинения
и надеюсь, что вы поможете мне, когда вернётесь.
Мой племянник Хави перепечатывает их на своём компьютере.
А так всё по-прежнему.
Мануэла каждый вечер укутывает меня одеялом,
боится ранних холодов.
Хави ссорится со своим дедом.
Я нарочно придумываю для них такие задания, чтобы им приходилось выполнять их вместе.
В прошлом месяце у меня было много гостей.
Некоторые старые друзья навещают меня уже больше двадцати пяти лет,
и это меня просто поражает. Они рассказывают мне разные байки,
и мне это очень нравится.
Вы помните Розу? Девушку с фабрики?
По-моему, она у нас прижилась.
Однажды она даже попыталась помочь Мануэле сменить моё постельное бельё.
Они поругались. И это ещё раз напомнило мне о том,
что полная зависимость исключает любой интим, личную жизнь.
Надеюсь, что я справлюсь с делами своего маленького королевства
и дождусь того светлого дня, когда вы вновь осчастливите меня своим присутствием.
- Что? - Что здесь написано? Здесь.
Что здесь написано?
Это не жизнь, когда...
Нет! Точка. "Это не жизнь". Точка.
- Нет. -Да.
Нет, посмотри сюда.
Точка, это точка. Потом начинается новое предложение. Видишь?
"Смерть - это мой друг", запятая...
Где запятая? Чему вас только в школе учат?
Просто копируй то, что ты видишь. С этим бы справился даже дед.
Слушай, Хави. Может, мне лучше обойтись без твоей помощи?
Ты только добавляешь мне работы.
Дай ручку. Так.
Будь повнимательней, хорошо?
Хави!
- Хави! Хави, что случилось? - Ничего!
Дорогой Рамон. Простите, что я так долго не отвечала.
Врачи не подпускали меня к компьютеру,
они требуют, чтобы я занималась только своими ногами.
Они говорят, что я снова смогу ходить,
но советуют мне отказаться от вашего дела.
В зале лечебной физкультуры есть огромное окно.
Иногда я, как и вы, воображаю, как я вылетаю в окно, проношусь над Барселоной
и лечу к морю, к самому горизонту.
И ещё в моём глупом воображении вы тоже вылетаете из Коруны,
снова отправляетесь вокруг света. И мы случайно встречаемся с вами где-то в пути...
Сейчас я ясно понимаю, как вам тяжко без личной жизни и свободы.
Я терплю всё это ради своего мужа.
Он самоотверженно ухаживает за мной.
Но я стараюсь не привыкать к этому, хотя я благодарна за всё,
что для меня делают, да и к тому же, сейчас
мне выбирать не приходится... Надеюсь увидеть вас через несколько месяцев.
Я по-прежнему собираюсь помочь вам с книгой...
А пока спасибо вам за всё, и примите мои самые тёплые, дружеские пожелания...
Я знал, что так и будет. Я знал.
Наверно, нам не следовало обращаться сюда.
Нет, Марк. Мы должны были попытаться. И именно здесь.
Рамон не выдержит затяжную юридическую баталию.
Это наше дело.
Мы не можем просто вернуться в Галисию и начать всё сначала.
В этой стране суды могутдлиться вечно.
К тому же, это мне придётся все рассказать Рамону.
Жене, послушай. Послушай.
Я посвящу этому делу всё своё время.
Да, Марк, но у тебя одно представление о времени, а у Рамона другое.
Прошение парализованного Рамона Сампедро об эвтаназии
вчера было отклонено из-за несоблюдения бюрократической формальности.
Принято решение о том, что дело должно рассматриваться не в Барселоне,
а в суде Ла Коруна, по месту проживания Рамона Сампедро.
Многие уже высказались по поводу этого дела,
в том числе известный священник Франсиско де Галдар, тоже парализованный.
Рамон утверждает, что хочет умереть, но возникает вопрос:
быть может, Рамон на самом деле пытается лишь
привлечь к себе внимание общественности, всех нас?
- О чём он говорит? - Возможно, окружающие его люди, его семья
не оказывают ему должной поддержки, не проявляют к нему той любви, в которой
- он нуждается. -Дурак.
А, может быть, Рамон на самом деле хочет сказать нам,
что ему нужна наша любовь? Я бы хотел встретиться с ним.
Поговорить с ним, доказать ему, что есть множество причин, чтобы жить.
Тебе что, не надо в школу?
Ну, что, доволен? Не сомневаюсь.
Твою семью оскорбляют по телевидению.
Что же, продолжай в том же духе.
Позорь нас всех.
Ну, отец? Скажи что-нибудь!
Не втягивай его в это! Говори всё мне лично!
Думаешь, ты такой умный. Никто в этом доме не смееттебе и слова поперёк сказать!
А мне есть, что тебе сказать, Рамон!
Мне есть, что сказать!
Хосе, брат, послушай меня минутку. Всего одну минутку.
А вдругзавтра произойдёт несчастный случай, и ты погибнешь?
Я серьёзно. Ты когда-нибудь задумывался об этом?
И что тогда делать мне? Я должен буду содержать семью.
Твою жену, твоего сына, отца. На свою жалкую пенсию.
Или им придётся содержать меня. И я должен жить, чтобы всем было только хуже?
Послушай меня, Рамон.
Я твой старший брат. Старший брат.
И пока я жив, никто в этом доме никого не убьёт.
Ты слышишь? Запомни это, Рамон. Никто!
Ладно, сынок, я пойду.
Спокойной ночи, папа.
Я открою.
Привет, Мануэла. Мне нужно поговорить с Рамоном.
Но, женщина, ты знаешь, сколько сейчас времени?
Знаю. Я не могла придти раньше. Я всё объясню Рамону.
Он сейчас не в том настроении, чтобы принимать гостей.
У него был тяжёлый день. Приходи завтра. Или послезавтра.
Это важно!
Они закрыли фабрику. Дела шли плохо.
У них нет денег, чтобы платить нам. Нас всех уволили.
Это нечестно! Чёрт. Это нечестно.
- Роза... - Прости, Рамон.
Не извиняйся. И не стесняйся, поплачь.
Я бы обнял тебя, если бы мог.
Я только начала откладывать деньги.
Я хотела купить тебе телескоп.
Роза, не надо мне ничего покупать.
Не смей тратить на меня деньги.
А если мне хочется?
Я хотела подарить тебе что-нибудь.
- Почему ты должна мне что-то дарить? - Ты так много сделал для меня, Рамон.
Ты не представляешь.
Никто...
Ни один мужчина не относился ко мне так, как ты.
Неужели все относились к тебе так плохо?
Я больше не трачу своё время на пустяки.
Я поняла, что всё дело во мне.
Я просто не нравлюсь мужчинам, да?
О чём ты говоришь? Конечно, нравишься.
А помнишь, что ты сказал, когда я пришла сюда в первый раз?
Ты сказал, что я "несчастная".
Ну, может быть, и сказал. А теперь я говорю,
что ты храбрая и сильная. Добрая и красивая...
Только дурак может не разглядеть это.
Роза, ради бога! Прекрати это, прошу тебя! Я же тебе не святой отец!
Садись. Всё, садись.
И отпусти мою руку, ты же знаешь,
я не чувствую её.
Мой сын говорит, что ты притворяешься.
Что всё это такая игра.
Ты чувствуешь своё лицо, да?
Как бы я хотела помочь тебе.
Я бы всё сделала...
Хочешь помочь мне?
Да.
Только не пугайся. Я всё продумал ещё два года назад.
Никто не попадёт в тюрьму. У меня есть друзья, которые
обещали помочь.
Но мне нужен ещё один человек.
Храбрый. Как ты.
Нет. Нет.
Я хочу, чтобы тебе стало лучше,
я не хочу, чтобы ты убил себя.
Так, мальчики.
Вперёд.
Держите крепче.
Осторожней, осторожней.
Нет. Не получится.
-Да. - Не получится.
Рамон извиняется, но спускаться не будет.
Хорошо.
Всё в порядке. Отец Андре, подойдите ко мне.
Ступайте наверх. Да, именно.
И скажите Рамону вот что...
Мы живём в вечности,
и, значит, наша жизнь не принадлежит нам.
И мы не должны доводить отношение к частной собственности до абсурдной крайности.
Вы что, разыгрываете меня?
Церковь всегда преклонялась перед частной собственностью!
- Но я не могу сказать ему это. - Почему?
А что, надо?
Это моя жизнь, и я сам выбираю, во что мне верить...
Сам выбираю, во что мне верить...
То есть, это он выбирает. И это его жизнь.
Скажите ему, что...
безусловная обязанность жить...
Почему церковь так дорожит этим страхом смерти?
Потому что там понимают, что если
люди перестанут бояться, церковь потеряет клиентов.
Напомните ему результаты опросов:
67% испанцев выступают за эвтаназию.
А вы скажите ему, что морально-нравственные проблемы
не решаются большинством голосов.
Большинство немцев на самом деле поддерживало Гитлера.
Теперь он сравнивает меня с Гитлером! Какая чушь!
- Какая чушь. - Нет, нет, это не надо.
Спросите его, какое отношение имеет Гитлер ко мне?
Нет, постойте.
Отец Франсиско, вы меня слышите?
Да! Я слышу тебя, Рамон!
Не путайте задницы с ананасами!
И избавьте меня от вашей демагогии!
Тут вы, иезуиты, непревзойдённые мастера!
Нет, это не совсем так.
Но раз уж вы заговорили о демагогии, то, по-вашему,
достойная смерть - это не демагогия?
Может, избавите нас от ваших эвфемизмов
и громко скажете, что вы хотите убить себя?
Меня просто поражает, что вас так интересует моя жизнь.
Вы же представляете организацию, выступающую за смертную казнь,
а раньше она сжигала
инакомыслящих на костре!
А вот это демагогия!
Ну, конечно! Но я избавлю вас от эвфемизмов!
Так бы со мной и поступили!
Сожгли бы заживо!
За то, что я отстаиваю собственную свободу!
- Рамон, друг мой. -Друг...
Друг мой. Свобода, за которую платишь жизнью, это не свобода.
А жизнь без свободы, это не жизнь!
И не называйте меня другом. Оставьте меня в покое.
Всё, уходим.
Вы все кажетесь мне хорошими людьми.
Пробудите в нём желание жить. Убедите его, что жизнь -
это не только возможность шевелить руками,
и не беготня по полю ради того, чтобы стукнуть ногой по мячу.
Проклятье. Смысл жизни в другом. Жизнь - это нечто большее.
Поверьте мне.
Что же нам делать?
Надеть на него намордник, чтобы он замолчал?
Или купить ему погремушку, как грудному младенцу?
Знаете, выступая по телевидению, вы сказали такое, что я никогда не забуду.
Прекрати, Мануэла.
Вы сказали, что в семье Рамону не хватает любви.
К вашему сведению, в этом доме моего деверя любят все.
Я ухаживаю за ним много лет, я люблю его, как сына.
Я не знаю, кто из вас прав,
и не знаю, есть ли правда в ваших словах о том,
что наша жизнь принадлежит Господу, а не нам.
Но я точно знаю одно.
Вы слишком много на себя берёте!
Роза, я уже сказала тебе, я побрила Рамона вчера.
Да, но я знаю особый способ...
Где крем для бритья?
А, вот и они.
Ничего не слышу.
- Ты уверена, что там есть ребёнок? -Уже семь месяцев, дорогой.
- Он не шевелится. - Кто бы говорил...
Вот! Вот! Шевельнулся!
-Убедился? Он рад встрече с тобой. - Как вы его назовёте?
Мы ещё не решили.
Назовите его Рамон. Когда-нибудь он спросит вас: "Почему?",
- а ты расскажешь ему про меня. - Ты мог бы рассказать ему сам...
Нет.
Тут ещё кое-кто горит желанием увидеть тебя!
- Осторожней, Хавьер! - Не так! Тяните!
Замолчи, дед!
Что? Почему никто не предупредил меня?
- Это сюрприз. -Да.
Такой рождественский подарок!
Я открою окно. Здесь жарко.
Оставим их вдвоём. Уходим, все. Пошли.
Как дела, моряк?
Осторожней, а то они перепутаются.
- На завтра? - Кофе, Марк?
-Да. Пожалуйста. - Как поживаешь, Роза?
- Отлично. - Рамон сказал мне, что ты нашла работу.
Да. Ухаживаю за пожилыми людьми.
Надолго приехала эта дама?
На пару недель. Зависит оттого, как у них пойдут дела с книгой.
Наверно, я сегодня его уже не побрею.
-До встречи. - Пока.
Судебные решения определяются законами.
Мы постараемся добиться официального обращения к правительству
с предложением внести изменения в Уголовный Кодекс.
- К правительству... - Правительство решаеттакие вопросы, Хави.
Твой дядя для нас важней любого правительства.
Окружной суд не поддержит нас, это мы точно знаем.
Всё решится в Федеральном суде.
Хавьер. Пошли, поможешь мне в коровнике.
Послушай. Нужно убедить суд в том, что Рамон психически и умственно здоров.
Если он сам выступит в суде, это нам очень поможет.
Мануэла! Рамону придётся отлучиться из дома.
Что ты там делал?
Ты хоть понимаешь, о чём они там говорят?
А что я должен был сделать? Спрятаться в своей комнате?
До тебя что, не доходит, Хавьер?
Знаешь, что будет, если они добьются своего?
Твоему дяде сделают укол, и он умрёт, как собака.
И ты больше никогда его не увидишь.
Никогда, Хавьер.
Или ты думаешь, что смерть - это не навсегда?
Раз в жизни пошевели мозгами! Всё это очень серьёзно!
Ты навсегда расстанешься со своим мёртвым дядей.
- Отстань от меня! - Хавьер!
А инвалидное кресло... Он ненавидит его.
Вытащишь его из дома раз или два
-за год, и уже радуешься. - Это необходимо сделать.
Рамон должен совершить это путешествие.
Когда?
Слушания начнутся весной.
Ещё есть время на уговоры.
Очень плохо, когда сын умирает раньше отца.
Но ещё хуже, если он сам этого хочет.
За работу.
Поклоняться тебе и войти в тебя навечно,
мой соблазн, моя любовь, моё море...
Ты, правда, даже отсюда чувствуешь запах океана?
Да. Иногда по утрам, если на море бриз, и окно открыто.
Словно я
стою на берегу.
Отличное обоняние.
Да, это, наверно, единственное чувство, возбуждающее меня,
вызывающее фантазии.
Например, твой запах.
Мой запах?
Когда в моих фантазиях появляешься ты,
я сразу же вспоминаю твой запах.
Что же происходит в твоих фантазиях?
Разное.
Их объединяеттолько то, что я в них всегда владею своим телом.
И я встаю и отправляюсь туда,
где ты находишься.
А если я воображаю, что ты здесь,
тогда я просто подхожу к тебе и делаю то,
что мне всё время хочется сделать.
И твой запах становится всё сильнее, и у меня кружится голова.
И я чувствую, как бьётся твоё сердце.
Потом я чувствую твои руки.
А потом я уже ни о чём не думаю. Ни о чём.
- Вода нормальная? -Да.
Хулиа! Хулиа, ты не спишь?
Нет.
Я не могу заснуть.
- Почему? - Нога чешется.
Зайди, почеши её. Нога чешется.
Я принесла ему лепёшки.
- Но, Роза... - Они ему нравятся. Домашние.
Но, милая, я же говорила тебе, не надо для него готовить,
не надо его мыть, не надо брить. Этим занимаюсь я.
Ладно, пусть он сам мне это скажет.
Нет, он уже всё это сказал мне.
К тому же, он очень занят. Ты понимаешь?
Он с ней?
Плохо, что мы все не можем быть
адвокатами.
Не плачь, Роза. Не плачь.
Конечно, я хочу тебя видеть.
Дело совсем не в этом.
Роза. Роза!
Бросила трубку.
Не могла бы ты набрать её номер? И дай мне одну минутку...
Что у тебя с этой девушкой?
Хулиа, умоляю!
Разве я обязан тебе что-то объяснять?
Тогда какого чёрта? Что я здесь делаю?
Может, ты думаешь, что между нами ничего не произошло?
И этот вчерашний поцелуй ничего не значит?
Посмотри на себя.
Это ты.
Посмотри на себя и посмотри на меня.
К чему это нас приведёт?
Посмотри на нас.
Я ещё не всё сказала.
Ты что, действительно полагаешь, что я не думаю о своём состоянии?
Думаю. Постоянно.
Ежедневно.
Я живу в кошмарном сне.
Я знаю, мне будет становиться всё хуже, а потом я превращусь в овощ.
И я уже приняла решение, я...
Я сделаю это, Рамон.
Я убью себя.
Но сначала, если ты хочешь этого, любимый,
я помогу тебе.
И мы уйдём вместе.
Молчишь? Не ожидал?
Когда?
Не знаю.
Мы почти закончили книгу и...
Я поеду в Барселону, найду издателя, и
ты выпустишь книгу.
А потом, когда я вернусь с авторским экземпляром...
В тот день, Рамон. В тот самый день.
Послушай меня! В любом случае, он получит общественную поддержку.
Даже если мы проиграем, это вызовет дискуссии, споры. Нельзя быть такой упрямой.
- Не понимаю, почему... - Ты в порядке?
Да, да. Новости? Какие новости?
Марк, прошу тебя. Смотри на дорогу.
- Всё в порядке. Что случилось, Рамон? - Приехали.
Я понимаю. Понимаю, но всё же... Но всё же, Рамон.
Послушай, если никто не решится на это, если все мы спрячемся,
будем делать это тайно, если мы не предъявим
наши требования правительству...
Простите. Возьмите.
Перезвони ему. Уговори его.
-Да. Хорошо, но... Ты в порядке? - Нет, нет, нет, нет.
Позвони и позови Мануэлу. Мне нужна Мануэла. Давай.
- Вам надо отогнать машину. -Да, да, я в порядке.
Что будем делать, Мануэла?
Я про поездку в Ла Коруну. Стоит ли мне тратить на это время,
я же знаю, они меня не услышат.
Думаю, что для тебя это и будет пустой тратой времени.
Но когда-нибудь твой поступок
может помочь кому-то другому.
Ладно. Послушаем, что скажут эти судьи.
Хави, где моё кресло-каталка?
Кресло? Наверно, в кладовке.
Хорошо. Достань его и почисти.
Потом позовёшь деда, и придёте ко мне.
-Займёмся ремонтом кресла. Давай. - Мотор поставим?
- Нужно обрезать здесь и здесь. - Оно что, откидывается назад?
Точно. Слушай, эти трубки внизу нужно подрезать.
А потом скрепить их вместе болтами и гайками. Понимаешь?
-Да. Да. -А ты, папа?
Спинка всё время будет откинута назад. Ты заснёшь в суде.
Только если мне будет скучно, папа.
УМЕРЕТЬ ЖИВЫМ
ПИСЬМА ИЗ АДА
И подушку под голову. Боюсь упасть и сломать себе шею.
Дошло? Сломать себе шею. Сломать себе шею.
Дедушка... Спасибо, что не помог.
- Слишком туго? -А я откуда знаю?
Подожди секунду, Рамон.
Мануэла, прошу тебя. Я буду выглядеть ещё глупее.
Зато не простудишься.
И чтобы никто из вас не посмел её снять!
Вы Рамон Сампедро? Это честь для меня.
Достоинство! Достоинство!
Жизнь - это дар, жизнь - не игрушка!
Вы только посмотрите на это!
Мы что, кого-то убили?
Вы не чувствуете себя одиноким? Вы единственный испанец, просящий об эвтаназии?
Я первый прошу об этом открыто.
Но это уже давно делают, только тайно.
Что вы скажете судьям?
Я скажу им, что я умственно и психически здоров.
Тишина!
Тишина в зале!
Если мы живём в светском государстве, где признаётся частная собственность,
где конституционные права защищают каждого от пыток и унижений,
можно предположить, что человек, считающий своё существование унизительным,
такой, как Рамон Сампедро, имеет полное право распоряжаться собственной жизнью.
И, действительно, человек, совершивший неудачную попытку самоубийства,
никогда потом не преследуется законом.
Однако, когда для того, чтобы умереть с достоинством, необходима
помощь другого лица,
правительство вмешивается и отказывает человеку в праве решать собственную судьбу.
Понятно, что оно поступаеттак, исходя из метафизических представлений,
религиозных воззрений.
Но, как я уже сказал, считается, что мы живём в светском государстве.
Господа, я прошу вас вынести не просто законное решение, но разумное и гуманное.
А теперь Рамон Сампедро просит суд
разрешить ему зачитать краткое заявление.
Просьба отклоняется.
Ваша Честь, мой клиент хочет обратиться к суду.
Вам известна процедура, советник.
Разумеется. Я её знаю.
Но, простите, я не понимаю, почему нельзя уделить
три минуты вашего времени человеку,
который ждал этого дня двадцать восемь лет.
Если вы хотите изменить процедуру, сначала измените законы.
Да, конечно. Я понимаю.
Отлично. Мы вас выслушали. Всего доброго.
Я знала, что ты будешь смеяться.
Так ко мне относятся все мужчины.
Они смеются надо мной. Ты такой же, как все.
Извини, Роза. Просто за эти дни я немного устал.
И я не ждал этого оттебя.
Почему? Кто сказал, что я не могу влюбиться в паралитика?
Неужели это так странно?
Давай спокойно разберёмся.
Ведь речь идёт о любви, а это очень сложная штука.
- Сложная? - Сложная, Роза.
Ты можешь сколько угодно говорить мне о любви,
но я же не знаю, где заканчивается твоя истинная любовь,
и начинаются фантазии о мужчине твоей мечты, которого ты ещё не встретила.
О чём ты говоришь?
Не запутывай меня. Любовь - это порыв. Это необъяснимо.
Хорошо. Но, в таком случае, что ты хочешь от меня?
Я просто хочу знать, могу ли я иногда заходить к тебе.
Конечно, можешь. Конечно.
Да, но сколько это продлится?
Роза, не проси меня продолжать жизнь ради тебя.
А если я скажу,
что ты даёшь мне силу, чтобы жить дальше?
Подожди секунду.
Присядь.
Слушай.
- Ты любишь своих детей? - Конечно.
Тогда они дадут тебе эту силу.
Для меня это слишком тяжкая ноша.
Ты говоришь, что любишь меня?
И заставляешь жить, хотя я не хочу этого?
Послушай. Тот, кто любит меня, поможет мне
умереть.
Это и есть любовь, Роза. Это и есть любовь.
Дорогая Хулиа. Вчера Федеральный суд вынес решение.
Судьи поняли, что я хочу умереть,
но заявили, что тот, кто поможет мне, совершит уголовное преступление.
Раньше это привело бы меня в отчаяние,
я снова оказался бы в тупике, во власти этих бесконечных дней и ночей.
Но сейчас я знаю, что конец близок, ведь книга скоро будет опубликована.
И приедешь ты, Хулиа, моя Джульетта.
Это будет невообразимо прекрасная смерть.
Истинная любовь позволит мне умереть.
И маятник жизни качнётся в нужную сторону.
Равновесие восстановится.
С наилучшими пожеланиями...
Пока.
Открыть?
Здесь книга!
Смотри, на обложке ты!
Вкусно пахнет.
Это тебе.
Пойду, покажу маме.
-За что? За что? За что? -Успокойся, Рамон.
Почему я не могу быть таким, как все? Почему мне не нужно то, что у меня есть?
Я дам тебе успокоительное.
Почему я хочу умереть? Почему? Почему?
Почему я хочу умереть? Почему?
Запей. Ну.
Дай мне ещё две. Ради всего святого.
Две таблетки меня не убьют. Дай мне ещё две.
Сейчас тебе станет лучше.
Как ты себя чувствуешь?
Хорошо. Сколько времени?
Одиннадцать. Не хотела тебя будить.
Девчонка из Бойро звонила уже три раза.
-Зачем? - Хочет поговорить, утверждает, что это важно.
Она всегда так говорит.
Набери мне её номер.
Подожди, она сама перезвонит.
У неё нет денег на телефонные счета.
Прошу тебя, набери её номер.
Ох, Рамон, ты слишком добрый.
- Рамон? -Да, в чём дело, Роза?
Мне нужно увидеть тебя.
Ты просил звонить заранее.
Да, но что случилось?
Мне можно приехать?
Слушай, Рамон. Ты говорил, что у тебя есть план.
Что у тебя есть план на тот случай, если суд
тебе откажет.
Прости меня за это. Но я же просил тебя забыть об этом.
Да, но я не могу! Не могу, понимаешь?
Ведь суд сказал тебе "нет".
Я подумала, что это тебя не остановит.
И это тебя тревожит? То, что я могу поступить так, как хочу?
- И всё же? - Это не так просто, Роза.
Не беспокойся, тебе я ничего не скажу.
Рамон!
Я всё поняла.
Я поняла.
Ты сказал мне в Коруне: "Тот, кто любит меня, поможет мне умереть".
Я уверена в своих чувствах, Рамон.
Я люблю тебя.
Тебе нужна моя помощь?
- Роза... - Я не шучу, Рамон.
Ты хочешь, чтобы я помогла тебе?
Проклятье! Так я и знал! Отстань от меня!
Что скажешь?
- Отстань! - Хосе, постой!
Я не допущу этого!
Что же ты сделаешь? Что ты сделаешь? Привяжешь меня к кровати?
Но ведь я и так привязан? Или накачаешь меня снотворным, как это делают в больницах?
Никто не остановит меня.
- Вот как? -А о тебе и говорить нечего.
Вот как? Ну, мы ещё посмотрим. У меня что, нет права голоса?
Я твой старший брат! Глава семьи!
Ну и что? Какое мне до этого дело?
В моём-то возрасте?
Я хочу, чтобы люди думали головой!
А у тебя мозгов не хватает! И я не буду больше рабом твоего невежества,
твоих детских церковных предрассудков!
А я? А я что, не раб?
Что я, по-твоему, чувствовал, когда мне пришлось навсегда отказаться от моря?
Чтобы жить здесь, чтобы вкалывать на этом проклятом огороде?
Из-за тебя и ради тебя! Я, моя жена и мой сын!
Мы все твои рабы!
- Привет. - Привет.
- Твой дядя собирается в Бойро. - В Бойро? Зачем?
Говорит, ненадолго.
С этой женщиной, с Розой.
Они хотят пожениться?
Не говори глупости.
Ты уезжаешь?
-Да. - Надолго?
Возьми мою книгу, вон она.
- Её что, не издадут? - Издадут, но это авторский экземпляр.
Открой там, где закладка.
- "Моему сыну". -Да. Прочти.
Моему сыну. Прости меня, сын, за то, что ты не родился.
Я не повинен в том, что ты не появился на свет.
Праздник жизни не удался, но моей вины в этом нет.
Прости меня за то, что я не играл с тобой.
И если ты родишься, когда я уйду,
навсегда запомни: я люблю тебя.
Поцелуй за меня свою маму.
И не злись на меня. Ненависть - это скверная штука.
- Ну, как? Понял? -Да.
- Объясни. - Ну, это про сына, которого
у тебя никогда не было.
Как будто ты разговариваешь с ним, просишь прощения.
Хорошо. Что написано внизу?
Хавьеру.
- Ну? - Что "ну"?
Не доходит?
Но я не твой сын.
Да, я знаю. Но я почему-то посвятил
это тебе, так?
- Но я же не твой сын. - Чему вас только в школе учат?
-Ладно, проваливай. Иди. - Вы всё ведёте себя так странно...
Рамон, привет. Подожди, я тебя не слышу.
Что нового, красавец?
- Ничего. Завтра я отправляюсь. - Роза уже сказала мне.
- Наверно, ты волнуешься. - Немножко.
Послушай, я тут поспрашивала... Ты знаешь, о чём.
- И что? - Видишь ли...
Да, порошок. Да. Доза должна быть точной. Двести миллиграмм.
Это может быть больно. Ты должен знать.
Жене. Думаю, тебе уже пора отойти в сторону.
Я боюсь, что потом у тебя могут быть неприятности. Поэтому я и позвонил.
Нам лучше попрощаться навсегда.
Ради твоей безопасности.
Не говори об этом даже Марку.
Да, да. Я понимаю.
Значит, это прощание.
Да. Так будет лучше.
Позволь мне сказать только одно.
Рамон, подумай ещё раз, ладно?
Не поддавайся давлению.
Я хочу сказать, не делай это только потому, что ты заявлял об этом, или
чтобы не разочаровывать общественность, или нас, или нашу организацию...
Не позволяй никому вынуждать тебя...
Ты слышишь меня, Рамон?
И... ты тоже, Жене.
Прости, Рамон.
Прощай, Жене.
Ступай с миром, мой друг.
Прощай, Мануэла.
Веди себя хорошо, Хави, обещаешь?
Я понял то, что ты написал...
Подойди ко мне.
Обними меня.
Выполни мою просьбу. Позаботься о дедушке.
Ну, Рамон. Поехали.
Хави, закрой дверь.
Всё, закрывай.
Что будете делать в Бойро, босс?
Отправлюсь на пляж. Подышу свежим воздухом.
Свежий воздух. Это хорошо.
Это лучшее, что я смогла снять на твои деньги.
Я искала квартиру с хорошим видом из окна. Нравится?
Где я должен подписаться?
-Зачем? - Чтобы жениться на тебе.
Он уснул. Я старался не шуметь.
Рамон. Если это правда, что есть жизнь после смерти,
я знаю, это глупо, но
подай мне оттуда знак.
-Знак? -Любой. Я никогда не боялась призраков.
Я буду настороже... Буду ждать.
- Ты подашь знак? - Конечно.
Но вот что... Вот что... Только между нами.
Я думаю, что после смерти ничего нет.
Как и до нашего рождения. Ничего.
А откуда ты знаешь? Этого никто знать не может.
Конечно, я не уверен. Это только моё предчувствие.
Иногда мой отец смотрит на небо и говорит: "Завтра пойдёт дождь".
И оказывается прав. Это предчувствие.
Запомни вот что.
Я буду приходить к тебе в твоих снах. По ночам я буду с тобой в постели,
и мы будем любить друг друга.
А на тот случай, если я забуду сказать тебе это в твоих снах,
скажу сейчас...
Благодарю тебя, Роза.
От всего сердца.
Почтенные судьи, политики и религиозные деятели,
что такое достоинство?
Не знаю, что вам говорит ваша совесть, но я уверен, моя жизнь лишена достоинства.
И всё, что я могу сделать, это с достоинством умереть.
Я устал от безразличия общества,
и мне придётся сделать это тайно, как будто это преступление.
Вы должны понимать, что весь процесс подготовки к моей смерти
состоял из незначительных поступков, совершённых моими друзьями,
и ни один из этих поступков сам по себе не является преступным.
Но если вы всё-таки решите покарать моих соучастников,
я бы посоветовал вам отрезать им руки. Это всё, что они приложили к этому делу.
План родился в моей голове, и решение лежит на моей совести.
Как видите, передо мной стоит
стакан с водой,
содержащей дозу цианистого калия.
Когда я выпью это, я перестану существовать:
моё тело, моё самое ценное достояние, откажется от меня.
Я считаю, что жизнь - это право, а не обязанность,
а в моём случае, я был вынужден исполнять
эту чудовищную обязанность на протяжении двадцати восьми лет,
четырёх месяцев и нескольких дней.
Я вспоминаю все эти годы, и, по моему субъективному мнению,
их просто невозможно назвать счастливыми.
Это было время, когда я существовал, не желая этого,
и так прошла почти вся
моя жизнь. А теперь время на моей стороне.
Время и эволюция человеческого сознания
когда-нибудь вынесут свой вердикт о моём прошении:
было оно обоснованным или нет.
Становится жарко.
Вот оно...
- Где Марк? - Они на берегу.
- Надеюсь, они не купаются. - Нет, слишком холодно.
- Как ты? - Хорошо.
Она поймёт меня? Она сможет
поговорить со мной?
Конечно. Ей это уже трудно, но...
Да. Ясно. Пойду к ней.
Давай. До встречи.
-Здравствуй, Хулиа. - Привет.
- Как дела? - Отлично, а у тебя?
Я ещё здесь.
Тут хорошо.
Знаешь, Рамон оставил очень много писем.
Ему нравилась мысль о том, что его слова доходят до нас даже после его смерти.
Я нашла вот это письмо тебе...
Какой Рамон?
Рамон.
Рамон Сампедро.
Твой друг, Рамон.
Это я вас познакомила.
Ты помнишь?
Ты?
Да.
Здесь очень мило.
В море. В море и в невесомость глубины,
туда, где сбываются мечты,
где сливаются две души,
и исполняется самое заветное желание.
Наши глаза встречаются, и безмолвное эхо разносит вокруг неслышные слова,
глубже и глубже, за пределы того, что есть плоть и кровь...
Но я всегда просыпаюсь и всегда жажду смерти,
и я навечно прижался губами к твоим волосам...
ФИЛЬМ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ
РЕЖИССЁР АЛЕХАНДРО АМЕНАБАР
ПРОДЮСЕРЫ: ФЕРНАНДО БОВАЙРА, АЛЕХАНДРО АМЕНАБАР
АВТОРЫ СЦЕНАРИЯ: АЛЕХАНДРО АМЕНАБАР, МАТЕО ДЖИЛ
ХАВЬЕР БАРДЕМ
БЕЛЕН РУЭДА
ЛОЛА ДЮЭНАС
МАБЕЛ РИБЕРА
СЕЛСО БУГАЛЛО
КЛАРА СЕГУРА, ХОАН ДАЛМАН
АЛБЕРТО ХИМЕНЕЗ, ФРАНСЕСК ГАРРИДО
ТАМАР НОВАС, АЛЬБЕРТО АМАРИЛЛА
ХОСЕ МАРИЯ ПОУ
ОПЕРАТОР ХАВЬЕР АГИРРЕСАРОБ
КОМПОЗИТОР АЛЕХАНДРО АМЕНАБАР