Мой дядя, самых честных правил,
когда ни в шутку за ним мог, он уважать себя заставил.
И лучше выдумать не мог.
Его пример другим наука.
Боже мой, какая скука с больным сидеть и день и ночь,
не отходя ни шагу прочь.
Какое низкое коварство полуживого забавлять.
Ему подушки поправлять,
печально подносить лекарства, вздыхать и думать про себя.
Когда же черт возьмет тебя?
Так думал молодой повес, летя в пыли на почтовых.
Всевышняя воля Узивеса — наследник всех своих родных.
Друзья Людмилы и Руслана.
С героем моего романа без предисловий.
В сей же час.
Позвольте познакомить вас.
Онегин!
Евгений!
Вы, господа, сиротеевец Парижский театра.
Говорят, что тальма совсем ослабел.
Мамзельмарс остарился.
Но только путье по-прежнему в силе.
Просили передать столику окна.
Господа, я оставлю вас на мгновение.
А кто он?
Олег?
Добрый мой приятель.
Надо же, я почти стихами заговорил.
Он не глуп.
Видно, что привык жить на широкую ногу.
Богатый наследник.
Его покойный батюшка не был беден.
Но успешно промотал состояние.
Заручился в поддержке кредиторов и умер в долгах.
А это остатки былой роскоши.
Понимаю, понимаю.
Скорее привычка.
Заскучали?
Или сплетничаете?
Выпьем, князь, за знакомство.
Чем желаете занять вечер?
У нас с князем не было особенных идей на этот счет.
Сегодня дают новый балет.
Хотите смотреть на это уныние?
При всем уважении, Онегин.
Все-таки танцует эстонин.
Не спорьте, господа, туда все одно уже не попасть.
Некин, неужели вас это не трогает и не завораживает?
Представьте себе, для вас, человека,
прибывшего в столицу, в этом есть некая свежесть, а я это наблюдаю всю жизнь.
Поверьте, ничего нового тут нет.
Всех пора менять.
Господи
Ведите красотку в четвертую ложу.
Как думаете, сколько времени потребуется, чтобы добиться ее благосклонности?
Анекин, не тростните моего друга.
До конца спектакля.
Это невозможно.
Она не одна.
Парень?
Бросьте, Анекин, это же не дочка станционного смотрителя.
Сразу видно, бальшин с хорошим воспитанием.
Вы знакомы с ней?
До сего вечера не имел чести.
Но как?
Князь, это искусство,
в котором у каждого свои секреты.
Я своими секретами не делюсь.
Вы сумасшедший.
Ее отец бригадный генерал.
Понимаете, что это значит?
Что ее мать бригадная генеральша?
Главная хитрость не в том, чтобы обольстить девушку.
В том, чтобы сохранить блаженное неведение отца или мужа рогоносца
и остаться с ними в друзьях.
Какое счастье, что я не женат.
Пожалуйста.
Князь, вы смотрите на него так, будто завидуете его успеху.
Я завидую его молодости, его лёгкости.
Должен признаться, он весьма мил.
Но будь я женат, я бы свою жену рядом с ним никогда не оставил.
В тот момент, когда становишься легким для всех, делается безмерно тоскливо.
Ваше счастье, князь, что вы это еще не поняли.
Ну, был ли счастлив мой Евгений?
Свободный, в цвете лучших лет,
среди блистательных побед, среди вседневных наслаждений.
Нет.
Рано чувства в нём остыли.
Ему наскучил светошум.
Красавицы недолго были предмет его привычных дум.
Измены утомить успели, друзья и дружба надоели.
Не Дуг, которого причину давно бы отыскать пора,
подобный английскому сплину.
Короче, русская хандра ему владела понемногу.
Он застрелиться, слава Богу, попробовать не захотел,
но к жизни вовсе охладел.
Как Чайл Гарольд, угрюмый, томный, в гостиных появлялся он.
Ни сплетни света, ни бастон, ни милый взгляд.
Ни вздох, ни скромный, ничто не трогало его, не замечал он ничего.
Бонжур, месье.
Сайт он летр пургу.
Оставь это.
Ты же знаешь, сперва кофе, после письма.
Это от вашего дядюшки.
Пусть накрывают завтрак в столовой.
Бери, собирай дорогу.
Что-то случилось?
Ничего не случилось.
Старик пишет, что при смерти и желает меня видеть.
Сколько себя помню, года не было, чтобы он не собирался помирать.
А в действительности дядюшка доходит от скуки и жаждет, чтобы его развлекали.
Так может не ехать?
Его наследство избавит меня от папенькиных кредиторов
и обеспечит на ближайший полвека.
А кельк шоз малорэ бон, кельк шоз малорэ бон.
Во всём есть свои плюсы и минусы.
Он тебя, батюшка, так ждал.
Каждое утро тебя спрашивал, и вчера в смысле о тебе проснулся.
А после обиды устал, прикорнул, и больше не проснулся.
Светлая душа, ваш дядюшка во сне ушел.
Я, господа, хотел выпить за упокой души представленного.
Господь всегда прибирает к себе самых лучших.
И сегодня от нас ушел добрый наш сосед.
Хорошо.
Примите мои соболезнования.
Ваш дядя был честный человек.
Отчего же вы говорите об этом так тихо?
Это я для вас говорю.
А эти сами себе все расскажут.
Его уход, для меня личная утрата и большая беда.
Он был мне другом.
Кто это?
Пустяков.
Фамилия такая и
да и человек пустяшный.
К слову, дядю вашего он терпеть не мог.
Отчего же он тогда на похороны заявился?
Видно сразу, что вы из столицы.
У нас здесь не так много развлечений,
что подказать себе возможность куда-то выехать, выпить,
опять же, почесать языком.
Звучит не очень учтиво, но ваша издевательность мне нравится.
Благодарю.
Ну, а раз так, заезжайте в гости.
Попрокинем наливочки.
Что с перекинемся?
Про игрок?
Это в прошлое.
Но иногда так хочется дружеской беседы с неглупым человеком.
А я, по-вашему, неглупый человек?
Как знать.
Выглядите вы умнее местного сброда.
Но решили остаться.
Не боитесь заскучать?
А если чего?
Царство ей небесное.
Старшенька, это наша прелесть, как хороша.
Да, одевается во все французское.
Вам непременно нужно познакомиться.
Непременно должны познакомиться.
Геннадий Саныч, я совершенно не шутила, когда говорила вам о том,
что наше семейство, да, конечно, можно сказать, что это женское царство, но
Землица-то отдыхать должна.
Посеял, скажем, один год репу,
на другой сей рожь, овёс и чмень.
Он ему, что ж ты, брат, хмурится?
Али псарня моя тебе не нравится?
Тот отвечает, мол, псарня-то чудная.
Да только поди людям здесь, поплоше собак живёт.
Тут один псарь на это обиделся и говорит
Вы сказали про Турнепс не так давно, а я вот
Я про Турнепс слова не говорил.
А, это я говорила про Турнепс.
Ну, хорошо.
Значит, а Лютецию вы сажаете?
Лютеция.
Лютецию я тоже не сажаю.
Кто же её в наших днях сажает?
А знаете, где он так отличился?
Это же просто богатство ему вот так вот так жало ему все портмоне и кардманы,
что он решил пустить пыль в глаза, да пригласил гостей, да множество.
И говорит, господа, сегодня лето, а хотите, завтра будет зима?
А что же ты, батюшка, не в постели?
Мы тебе покои гостевые приготовили.
Ни к чему, Илья.
Отведи меня в дядину комнату, там и поселюсь.
Может, все ж в гостевые.
Там обои штофные, печь с изразцами.
Полагаешь, меня обоями удивить?
Побрайтесь спать.
Мне завтра понадобится свежая голова.
Что ты стоишь, как из воения?
Где мой кофе и маншир?
В хозяйстве вашего дядюшки нет кофе, а наш еще не прибыл.
Значит, пока поживем без кофе.
К вам приехала ваша соседка.
Мэдам Скатинина.
Это та, у которой четыре дочери все на выдане?
Уи, скажи, что меня нет.
Она уже вошла и ожидает.
Проводить ее к вам или сказать, что вы выйдете?
Конь мой поседлан?
Ком-то обидет, уи.
Скажи, что меня нет.
Как же так?
Вы же говорили, что он здесь.
Вы меня за дуру держите?
Я не хорошо понимаю русский.
Силь ву плей, пардон ма.
И очень рад, что прежний путь переменил на что-нибудь.
Два дня ему казались новые уединённые поля,
Прохлада сумречной дубравы, журчание тихого ручья.
На третьей роще холмы поля его не занимали более.
Потом уж наводили сон.
Потом увидел ясно он, что и в деревне скукота же.
Ахандра ждала его на страже и бегала за ним она как тень, или верная жена.
Остановись!
Оленька.
Сколько же времени прошло?
Не так много.
Вы не изменились, похорошели только.
Володя, вы
А помнишь, как мы раньше играли?
Твой батюшка думал нас поженить.
Папенька умер.
Пор Юрик.
Что?
Нет, ничего.
Это Шекспир.
Он был добр.
Я помню, мальчишка играл с его очаговской медалью.
Он позволял и совсем не сердился.
Володь, вы простите, мне пора.
Да и вы, должно быть, торопитесь.
Вовсе нет.
Я провожу вас.
Стало быть, вы к нам из Германии.
Два года я не был в родных Палестинах.
Хожу, узнаю и не узнаю.
То ли все изменилось, то ли я изменился.
Да что же у нас может здесь измениться?
Ну вот разве что наша старшенькая.
Просто прелесть как хороша стала.
И одевается во всё французское.
Вам непременно нужно познакомиться.
Да, конечно.
А как она на гитаре играет?
Как поёт?
Да, у нас ведь новый сосед.
В самом деле
Да.
Старый Онегин отдал Богу душу.
И теперь в его поместье живет молодой племянник.
Приехал к нам из Петербурга.
Должно быть, он образован?
Не очень.
И с ума сброд.
Никого не принимает у себя.
Живет в своей усадьбе один.
И целыми днями пьет вино стаканами.
Да.
Говорила, Палыч к нему приехал.
Так тот, вместо того, чтобы принять его по-соседски,
Заднюю дверь наконяй и прочь, будто бы его нет.
Формазон и берюг.
Вы так говорите,
будто он и таким образом обошёлся с вами, а не с Гаврилом Павловичем.
Я слышала о нём довольно сплетен, но мы не представлены.
Вот и не надо с ним иметь дел.
Он грубиян.
Илья,
распорядись расседлать коня и принеси чаю, там роса, я продрог.
В гостиной?
Нет, лучше коньяку.
Там лучше коньяку и чаю.
Я принесу коньяк.
Чем обязан?
Я ваш сосед, Владимир Ленский.
Я приехал из Готтингена.
Это вас не извиняет.
Или к Германии правила приличия позволяют поздние визиты?
Если говорить о приличии,
то не слишком учтиво спекать от визитера в черном ходу.
Неучтиво делать замечания хозяину в его доме.
Что вам угодно?
Познакомиться.
Евгений Онегин.
Будем считать, что наше знакомство состоялось.
Я в полной мере разделяю ваше неудовольствие.
Местную публику я знаю, как никто иной.
Сам признаюсь, маялся и не раз желанием сбежать от разговоров об охоте,
щенокосе, о дальних родственниках.
Я понимаю, как человеку образованному
не достает острого разговора среди деревенской простоты.
Поэтому я явился к вам с желанием задружиться.
О чем желаете беседовать?
Ну, разве два образованных человека не найдут тему для разговора?
Хоть бы о шивере и гетто.
Вы ценитель поэзии?
Я сам поэт.
Садитесь, господин поэт.
В ногах правды нет.
Они сошлись.
Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень не столь различны между собой.
Сперва взаимная разноту, а они друг другу были скучны.
Потом понравились.
Потом съезжались каждый день верхом.
И скоро стали неразлучны.
Так люди, первый каюсь я, делать нечего, друзья.
Меж ими всё рождало споры.
И к размышлениям влекло.
Племён минувших договоры, плоды наук, добро и зло,
И предрассудки вековые, и гроба тайны роковые,
Судьба и жизнь, в свою череду всё подвергалось их суду.
Поэт в жару своих суждений читал, забывшись, между тем,
Отрывки северных поэм.
И снисходительный Евгений Хоть их немного понимал,
Прилежный юноша внимал.
Любовь – высшее чувство.
Оно приходит к человеку один раз и остаётся с ним на всю жизнь.
Правда в том, что любое чувство разбивается о быт.
Страсть проходит, на её место приходит усталость и скука.
Ты просто никогда не любил.
Отнюдь.
Я влюблялся много раз.
Просто ты от чего-то исключаешь, что можно влюбиться на одну ночь.
Я говорю о большом чувстве, а ты о простом желании.
А-а.
Именно поэтому, говоря о больших чувствах, в поэзии женщину называют желанной.
Тебе, говорит, молодость.
Но горячка юности пройдет, и ты поглядишь на это совсем иначе.
Поедем ко мне отужинаем.
Гильо обещал что-то из французской кухни.
Извини, но не могу.
Я поеду.
Куда?
Ох уж мне эти поэты.
После хорошего ужина желание обижаться и спорить у тебя пропадет.
Я не в обиде, но мне в самом деле пора.
Меня ждут.
Опять?
Слушай, тебе не трудно там каждый вечер убивать в пустопорожных разговорах?
В этом есть своя прелесть.
Простая семья, домашний уют.
Безмерная скука.
Хотя две дочери на выдании, как я слышал.
Так вот откуда разговор о высоком чувстве.
Позволишь взглянуть на эту русскую эфелиду,
которая занимает твои мысли и вдохновляет Пиро?
Не смейся.
Нисколько.
Представь меня.
Шутишь?
Когда?
Да хоть сейчас.
Это, на самом деле, не насмешка?
Поедем.
Они прекрасные люди.
Нас охотно примут.
Они от тебя наслышаны.
Попробуйте это варенье.
Оно исключительно.
Божественно.
Никогда не догадаетесь, из чего оно.
Вишня.
Крыжовник.
С вишневыми листьями.
Да.
Листья дают вишневый вкус и аромат.
Удивительно.
А вот там дальше, за деревьями, сад,
те самые вишни.
Но я люблю больше эту часть парка.
Здесь покойно.
А в знойные дни тень и прохлада.
Осенью листья шуршат, и такое умиротворение.
Позвольте узнать, что вы так увлечённо читаете?
Не пугайтесь, я всего лишь гость в вашем доме.
Живу здесь недалеко.
Евгений Онегин.
А вас как величать?
Татьяна.
Ричард Сонн.
Никогда бы не подумал,
что девушка вроде вас может увлечь пошлый сентиментальный роман.
В нем нет пошлости.
Только чувства.
А вы полагаете, повесть о чувствах не может быть пошлой?
Верните книгу.
Вы должны быть без ума от сыра Чарльза Грандисона.
Он умен, красив и добродетелен.
И безмерно скучен, как и само повествование.
В романе нет счета авторским рассуждениям и разговорам на отвлеченные темы о
действии страдают.
Вы так говорите из зависти, поскольку вы уж точно не Грандисон.
Это верно.
Таня, отчего ты не вышла к чаю?
Увлеклась чтением.
Простите.
А, я вижу, вы уже познакомились.
Она всегда была такой.
С самого детства живет в своих фантазиях.
И романы этому способствуют.
Должно быть, вы правы.
Но я не могу их ей запретить.
Признаться, я сама в юности увлекалась Ричардсоном.
Угу.
А ваш супруг как относится к подобным увлечениям?
Мой покойный супруг, он никогда не видел зла в романах.
Возможно, от того, что никогда их не читал.
Зеваешь?
Не больше, чем обычно.
Признайся,
эта поездка навеяла на тебя чрезмерную скупку.
Не больше, чем обычно.
Эта Ларина, при всей своей простоте, довольно милая дама.
А дочери?
И которая из них занимает твои мысли?
Младшая.
Ольга?
Вот странность.
А чего же?
Если бы я был поэтом, как ты, я бы выбрал другую.
Почему?
Ты в самом деле хочешь что-то услышать?
Ольга красива.
Мила.
А Татьяна вечно сидит по углам с книгой
и печальным видом, как будто бы ее весь свет расстроил.
Именно.
Господи.
Мне в самом деле приходится все это объяснять поэту.
В Татьяне есть глубина и осмысленность.
Есть жизнь.
А младшая, уж извини, похожа на куклу с милым личиком.
В ее чертах жизни не больше, чем в «Мадонне» какого-нибудь Ван Дейка.
Хочешь сказать, что она глупа?
Линский, не горячись.
Если бы я не знал, что ты пил чай, я подумал бы, что в тебе говорит вино.
Спасибо.
Обиделся.
Не глупи.
Значит, теперь и я глуп?
Знаешь, тебе бы стоило поучиться манерам.
Германии.
Из общения с тобой я делаю вывод, что там учат неучтивость и отчёпорность.
Смеёшься надо мной?
Ну ничего, когда-нибудь я на тобой посмеюсь.
Ну что за вспыльчивость?
Куда тебя понесло?
Шею не сверни!
Итак, она звалась Татьяной.
Ни красотой сестры своей,
ни свежести её румяной не привлекла бы она очей.
Дика, печальна, молчалива,
как лань лесная, боязлива.
Она в семье своей родной казалась девочкой чужой.
Она ласкаться не умела к отцу, ни к матери своей.
Дитя сама в толпе детей играть и прыгать не хотела.
И часто целый день одна сидела молча у окна.
Таня!
Не спишь?
Не спится.
Милая моя, я хотела говорить с тобой о сегодняшнем твоем поведении.
Это было неучтиво.
Евгений Александрович гость.
При этом гость молодой, не бедный, и
Маменька, неужели я настолько в тягость,
что вы решили сватать меня за всякого небедного соседа?
Таня, не в тягость.
Нет.
Просто время идёт.
Я старею, а Коля меня не станет.
Ну, кого прикажешь оставить заботу о тебе,
если ты и дальше будешь шарахаться от людей,
как наше старое кобыло от каждого куста?
Я не шарахаюсь.
Просто не хочу поспешности.
Ищешь любви, как у Ричардсона?
Как у вас с папенькой.
Чтобы был покой и уют.
Чтобы один раз и на всю жизнь.
Душа в душу.
Как у нас?
Милая моя,
когда я была как ты,
а папенька еще ходил в женихах,
я ведь была влюблена совсем не в него.
Да.
То, о таком я грезила, был
сержант гвардии.
Красавец.
Франц.
Соткан из достоинств.
Почти грандисон.
А вы дали меня за Дмитрия Ларина вот так.
Хочешь сказать, ты его не любила?
Он меня любил.
А я привыкла.
Привычка – великий дар.
Заменяет счастье.
Ступай спать.
И в другой раз прошу тебя, будь любезнее с гостями.
И мне жаль, что он тебе настолько не понравился.
Илья!
Где ужин, Моншерр?
Кто же ужинает в такое часы и после гостей?
В гостях был чай с вареньем, брусничная вода из-за унылой разговора.
Пусть подадут ужин.
Я смотрю, тоже заскучал.
Я спал.
И не нахожу это занятие скучным.
Особенно ночью.
Как ваша поездка?
Развлекла?
Подарила повод для сплетен.
О-ля-ля.
В пяти верстах от Красногория, деревни Ленского,
живёт и здравствует ещё доныне в философической пустыне Зарецкий.
Некогда буян, к артёжной шайке атаман,
глава повес, трибун трактирный.
Теперь же добрый и простой отец семейства, холостой,
надежный друг, помещик, мирный и даже честный человек.
Так исправляется наш век.
Прошу меня простить.
Провожал соседей.
А вчера я был у Скотининых.
Если бы вы слышали, дорогой мой, что они про вас говорят.
Меня уже сосматривали.
Прошу.
Более того, у вас уж и свадьба была оговорена.
И батюшка готов был вас венчать, но модных колец не достали, а того отложили.
Ну-с, не заскучали вы здесь без меня?
Не успел.
Чем бы вас еще развлечь?
Коли попаду в третий раз, с вас бутылка коньяку.
А ежели промажете, то с вас и шелк на стену.
А что же ваш приятель?
Влюблен, да нельзя.
Похоже, юный жар его сменился юным бредом.
Ничего.
Женится.
Остепенится, успокоится.
Как считаете?
Обрастет хозяйством, забудет о рифмоплетстве.
Станет скучным.
Батюшка!
Ты что творишь-то?
Детей напугаешь?
Зачем же ты, Остолбень, под руку говоришь?
У нас с господином Онегиным спор, а ты вламываешься без доклада.
Туантип на конюшню.
Ступай, Прохор.
Не до тебя теперь.
Погоди, Прохор.
А где же ваш приятель теперь?
Можно было его пригласить для компании.
Пульку бы расписали.
Вот теперь иди, Прохор, и коньяку принеси.
Пыльную неси.
А приятель мой сегодня занят, так что пулю мы с вами по-гусарски распишем.
Если бы я имел столько сил над ее сердцем,
то мог бы некогда возмутить сию ее чела ясность и веселость.
Уста ее.
Ну что же вы замолчали?
Право, я
Здравствуйте, Анна Дмитриевна.
Здравствуйте.
А вы снова один?
Мой приятель, если вы о нем,
редко выезжает за пределы своего имения.
Он нелюдим.
Это черта характера.
Но я передам, что вы о нем справлялись.
Не стоит права.
Вы так и глуши ему.
Все кажется скучным.
А нам и вправду нечем блеснуть перед человеком, приехавшим из столицы.
Сестрица, а ты не видела маменьку?
Она о тебе спрашивала четверть часа тому.
Я вас оставлю.
Вы остановились на трепетном моменте.
Ты чего?
Танюша, девочка моя, ты чего?
А ну-ка спать немедленно.
Не спится.
Душно мне.
Няня, сядь, расскажи что-нибудь.
Помнишь, как ты раньше рассказывала сказки?
Ну, когда это было?
Да я уж и не помню ни одной.
Да ты, моя дорогая, уже и не ребенок.
А ты расскажи про себя.
Ты в молодости была влюблена?
Да полно тебе, Тань, какая любовь?
Я и не слыхала, что такое любовь.
А как же ты венчалась?
Да как-как?
Свой кровь так решила, сваху послала.
Она к нам, к нашей родне,
наверное, недели две ходила, пока отец не благословил.
Ну и все.
Мне косы распылили и в церковь повели.
Я так боялась.
Страшно мне было.
Очень.
Все-таки всю жизнь с родителями.
А тут чужая семья.
Ну что такое, девочка?
Ты же не слушаешь меня.
Чего ты?
Что с тобой?
Ужасно мне извелась я.
Да что ж ты такой?
Ой, ой, ой, ой, ай.
Так смотри-ка, ты, ты вгоришься, надо маменьку скорее позвать, я не больна.
Да что это?
Ну?
Ну дай мне хоть тебя, святой водицы, окропить.
Я здорова.
Пойди, оставь меня одна.
Я скоро лягу.
Иду, иду, иду.
Иду.
Господи, пойми, спаси и сохрани.
Господи ты, Боже мой.
Я к вам пишу.
Чего же боле?
Что я могу еще сказать?
Теперь я знаю, в вашей воле меня презрением наказать.
Но вы к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня.
Вы не оставите меня.
Сначала я молчать хотела.
Поверьте, моего стыда вы не узнали бы никогда.
Когда бы надежду я имела,
хоть редко, хоть в неделю раз,
в деревне нашей видеть вас.
Чтоб только слышать ваши речи.
Вам слово молвить,
и потом все думать, думать об одном, день и ночь до новой встречи.
Зачем вы посетили нас в глуши забытого селения?
Я никогда бы не знала вас, не знала бы горького мучения.
Души неопытные, волнения, смирив со временем, как знать?
По сердцу я нашла бы друга, была бы верная супруга.
И добродетельная мать.
Другой.
Нет.
Никому на свете не отдала бы сердце я.
То Вышнем суждено совете,
то воле неба.
Я твоя.
Вся жизнь моя была залогом свидания верного с тобой.
Я знаю, ты мне послан Богом.
До гроба ты хранитель мой.
Кто ты?
Мой ангел или хранитель?
Или коварный искуситель?
Мои сомнения разреши.
Быть может, это все пустое.
Обман неопытной души.
И суждено совсем иное.
Но так и быть,
судьбу мою отныне я тебе вручаю.
Перед тобою слезы лью.
Твоей защиты умоляю.
Страшно перечесть, стыдом и страхом замираю.
Но мне по рукой ваша честь, и смело ей себя вверяю.
А ну-ка, стой.
А ты кто такой?
И что здесь делаешь?
Я
это
грамотку передать.
Какую грамотку?
Барину.
От барыни.
А ты вообще кто такой?
Барин?
Не, не похож.
А так?
Похож.
Ну, давай сюда грамотку.
Все, беги.
Я вижу, что с кем вы обращаетесь не столь ловко,
сколь с пистолетом.
Я давно не практиковался.
Ничего.
Начнет с осеннее распутиться,
потом выпадет снег,
и от скуки вы наверстаете выпущенные.
Чем меньше любишь женщину, тем скорее ей нравишься.
Я знаю искусство обольщения не меньше вашего.
Но речь не идёт об обольщении, я не хочу её обидеть.
Мне было бы проще дать вам совет,
если бы я знал о ком идёт речь.
Но ведь вы не скажете?
Тогда жениться.
Вы с ума сошли.
Обидеть вы боитесь?
Обольщать не собираетесь?
Остается женить бы.
Совершенно невозможно.
Какой из меня семьянин?
Да, семьянин не бог весть.
Прямо скажем, сомнительный.
Неплохо.
Я думаю, мне надо с ней объясниться.
Подобрать слова, чтобы не ранить.
И расстолковать,
что между нами ничего не может быть.
Вы теперь не шутите часом?
Я совершенно серьезен.
Что скажете?
Обещаю, что вы проиграете.
Вчистую.
Ну, что это такое, деточка моя?
Ну, что ты опять такая бледная?
Няня, скажи, а внук твой передал письмо?
Ну, как же?
В тут же часть?
Что же он мне отвечает?
Ну, уж это знаешь, кто их разберет.
А хочешь, я Ванечку за ответом пошлю?
Он шустрый, мигом обернется.
Нет?
И чтобы у каждой до темна полная лукошка была.
И чтобы пели.
Услышу, кто не поёт – накажу.
Вступайте!
Давай, парни.
Вы так любите народные песни?
Ничуть не бывало.
Пока они поют, они не могут таскать и есть мои яблоки.
Житейская премудрость, Володенька.
Учитесь.
Вот из таких хитростей состоит семейный быт.
А что же ваш приятель?
Или мы его обидели чем-то?
Ничуть.
Как раз сегодня он собирался к вам со мной.
Но задержался.
Должно скоро нагонит.
Девицы-красавицы, душеньки-подруженьки,
Раскройтесь, девицы, разгуляйтесь, милые,
Затяните песенку, песенку заветную.
Заманите, молодца, караводу нашему.
Как заманим, молодца, как завидим издали.
Разгуляйтесь, милые, загидаем вишеньем,
Вишеньем малиною, красною смородиной.
Не ходи подслушивать песенки заветные,
Не ходи подсматривать игры наши песни.
Вы мне писали.
Не отпирайтесь.
Я прочел ваше письмо.
Мне мила ваша искренность.
Признаюсь, я давно не сталкивался с таким душевным порывом.
Я отвечу вам такой же искренностью.
Если бы я захотел заиметь семью, стать мужем, отцом
оградить свою жизнь домашним кругом,
и я не мгновение, не раздумывая, выбрал бы вас невестой.
Я
Выслушайте до конца.
Беда моя в том, что я не гожусь для спокойной семейной жизни.
Я не достоин вас.
И супружество это будет для вас мукой.
Я могу полюбить ваши черты, влюбиться в вашу искренность,
но завтра так же легко разлюблю.
Вы станете страдать, но это меня не тронет.
Я стану пропадать, доводя вас до слез.
Или буду скучен, молчалив и хмур.
Что может быть хуже такой семьи?
Не об этом же вы мечтали, когда писали мне?
Поверьте, я вас люблю, как брат любит сестру.
А может, еще нежнее.
И я знаю женщин,
вы полюбили не меня, а просто пришла пора влюбиться в кого-нибудь.
Если бы не я, был бы другой.
И будет другой, который, я уверен, составит ваше счастье.
Но только вы уж впредь не открываетесь так сразу.
Не каждый вас поймет.
Благодарю вас за совет.
Вот и славно.
Останемся друзьями?
Так проповедовал Евгений,
сквозь слез, не видя ничего, едва дыша, без возражений, Татьяна слушала его.
Он подал руку ей, печально,
как говорится, машинально, Татьяна молча оперлась, головкой томною склонясь.
Пошли домой в круг огорода, явились вместе, и никто не вздумал им пенять за то.
Имеет сельская природа свои счастливые права, как и надменная Москва.
Прогулки, чтения, сон глубокий.
Лесная тень, журчание струи.
Порой белянки черноокая, Младое свежее поцелуй.
Узде покорный конь ретивый, Обед довольно прихотливый.
Бутылка светлого вина, Уединение, тишина.
Вот жизнь Онегина святая, И нечувствительно он ей предался,
Красных летних дней в беспечной Негине считая,
Забыв и город, и друзей, И скуку праздничных затей.
Но наше северное лето – Карикатура южных зим,
Хоть мы и признаться не хотим.
Уж небо осенью дышало.
Уже реже солнышко блистало.
Короче, остановился день.
Лесов таинственная осень с печальным шумом обнажалась.
Ложился на поля туман.
Гусей крикливых караван тянулся к югу.
Наступала довольно скучная пора.
Стоял ноябрь уж у двора.
Ваш ход.
Да-да.
Скоро пойдет снег,
а потом Рождество.
А там у Тани именинное будет полный дом гостей.
Приезжайте и берите своего друга.
Мне кажется, Таня будет рада.
Не думаю, что он согласится.
Он не любит больших сборищ.
Володя, вы сегодня как-то по-особенному задумчиво.
Что?
Ваш ход.
Вы
Вы съели собственную ладью.
Что-то случилось?
Оленька, мне нужно кое-что тебе сказать.
Так скажите.
Оленька
Ольга Дмитриевна, я хотел вас просить
Будьте моей женой.
Знаешь, Онигин, ты не поверишь, но к моей радости
Она ответила согласно.
Да.
Уже ребят почти назначили.
Неделю через три после рождества.
Ты как будто не рад за меня.
Как тут не радоваться?
Через месяц после Рождества
ты расстанешься со своими музами, женишься,
влезешь в стёганный халат,
освоишь деревенские хитрости.
От скуки станешь есть и пить без меры, толстеть.
К сорока годам займеешь подагру.
И чудесные ветвистые рога, которые тебе наставит
твоя благоверная жёнушка.
Но будешь счастлив.
Потом захереешь.
И отойдёшь на постели среди детей, лекарей и подбывающих баб.
Но и мир иной ты отойдёшь счастливым.
Опять надо мной смеёшься.
Не над тобой.
Только над жизнью и скудной её фантазией.
Сыграем ещё?
Смейся, смейся.
Да иначе я на тобой посмеюсь.
Моё!
Ха-ха-ха!
Я тебя не звал!
По-твоему, это смешно?
Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.
Ты ещё здесь?
Роман читаешь?
Нет, сонник.
Приснился дурной сон.
Пытаюсь разобрать, что он значит.
И что поняла?
Должно случиться что-то нехорошее.
Что плохого может случиться в доме, полном гостей, в день твоего ангела?
Тревожно мне, Оленька.
Идём.
Тебя все ждут.
Идём, идём.
Позвольте, сударыня, я не могу не оставить именинницы и поздравления.
Волновались.
Простите, девочки.
Добрый день.
Прошу вас.
С днем рождения.
Благодарю.
Поздравляю.
Твой альбом пользуется успехом.
Месье Треке похвалялся, что привез тебе поздравления в стихах.
Неужели ты сам сочинил?
Говорит, что сам.
А на самом деле, помнишь детский стишок из старого альманаха?
Он его переписал, чуть поправив под обстоятельства.
Как ты догадалась?
А вот и именинница.
Господа.
Поздравляю, Танечка.
Всех два.
Танечка с именинами вас.
Поздравляю, Таня.
Вы великолепны.
Поздравляю.
Господи, Татьяна Дмитриевна, я же вас помню вот такусечкой-карахатулечкой.
А сейчас-то просто невеста на выдове.
А Олечка, просто нет слов.
Благодарю.
Ну что же, господа, прошу к столу.
А что Ларина?
Что Татьяна?
Все здоровы, Белли кланятся.
А у Олинкой как похорошела.
Плечи ты бы видел.
А грудь
Что за душа?
Так это ее душа поразила твоего воображения?
Ты опять.
Поедем к ним как-нибудь вместе, ты их обяжешь.
Ты сам посуди.
Два раза заглянул и пропал.
Хочешь зазвать меня на свадьбу?
Нет, друг мой.
Наблюдать скопление местной богемы выше моих сил.
Я знаю твое любовь к затворничеству, но зачем же свадьба?
Прежде и вот эти анбитровные именины.
Ты зван, и я не вижу смысла тебе не поехать.
Прости, но там будет все тот же сброд.
Никого.
Это тихий семейный праздник.
Будет только семья.
Поедем.
Сделай одолжение.
Милости просим, господа.
Проходите, будьте любезны.
Вас уж заждались.
Видишь, мой дорогой, нас вы ждете.
Я в нетерпении.
Счастья вам, Татьяна Дмитриевна.
Спасибо.
Ты говорил, что кроме семьи дома никого не будет.
Ну, не тебе же все время смеяться надо мной.
По-твоему, это смешно?
Хорошо смеется тот, кто смеется последнему.
Обязательно попробуйте этот пирог, что перед вами.
У нас с господином Петушковым спор вышел, в меру ли он посолим.
Как по мне, так тому, кто его готовил, шею намылить надо было,
чтобы руками не трясли, когда в них солонка.
А теперь танцы, господа.
Договорились.
Тебе весело, Оленька?
Чудесный вечер.
Я пропустил вальс.
Надеюсь, я могу рассчитывать на котельё?
Я не могу.
Мне нельзя.
Отчего же?
Я обещала этот танец вашему приятелю.
А вы что, не любите танцевать?
Не слишком.
Мне нравятся более мужские развлечения.
У меня охота, скажем, на оленя.
Вы прекрасно танцуете.
Благодарю за комплимент.
Не откажете моей старшенькой о следующем танце?
Увы.
Мне пора.
Не привык ложиться поздно.
Формазон.
Месье, s'il vous plait.
Доброе утро.
Я не назвал бы его добрым.
Извините, что нарушил ваше одиночество, но у меня до вас дело.
Стало быть, вызов.
Наш общий знакомец изволит стреляться со мной?
Прошу, избавьте меня от объяснений того, что и так ясно изложено.
А вы, стало быть, приняли на себя роль картельщика?
Вы знаете мое к вам отношение.
Но у меня мало времени.
Почитаете меня неправым?
Полагаю, вам не следовало смеяться над чувствами,
даже если юноша повел себя глупо.
Ну, а ж теперь Свет решит, кто прав.
Свет посмеется надо мной, ежели я отвечу отказом.
Евгений, удостоите меня ответом.
А зачем же вы вчера так рано уехали?
А мы чай пьём.
Садитесь с нами.
В самом деле, Володенька, ну что же вы стоите?
Садитесь.
Все чувства в Ленском помутились, и молча он повесил нос.
Исчезла ревность и досада пред этой ясностью взгляда,
пред этой нежной простотой, пред этой резвою душой.
Он смотрит в сладком умилении, он видит, он еще любим.
Ушен раскаяньем томим, готов просить у ней прощения.
Трепещет, не находит слов, он счастлив, он почти здоров.
И вновь задумчивый, унылый пред милой Ольгой у своей,
Владимир не имеет силы вчерашний день напомнить ей.
Он мыслит, стану ей спаситель.
Не потерплю, чтоб развратитель огнём и вздохов, и похвал
младое сердце искушал.
Чтоб червь презренный, ядовитый, точил лелея стебелёк.
Чтоб и двухутренний цветок увял ещё полураскрытый.
Всё это значило, друзья, с приятелем стреляюсь я.
Что с вами?
Ничего.
Мне пора ехать.
Куда вы удалились, весны мои злотые дни?
Что день грядущий мне готовит?
Его мой взор напрасно ловит,
В глубокой мгле таится он.
Нет нужды, прав, судьбы, закон.
Подули я стрелой пронзённой.
Или мимо пролетит она.
Всё благо в день ей сна
Приходит час определённый.
Благословен и день забот,
Благословен и тьмы приход.
Манжер, начинать день с изверцания твоей физиономии – не самая большая радость.
Вы просили вас разбудить.
Подавать кофе?
Пусть подадут сани.
Поедешь со мной, и вот еще.
Прихвати боевый ящик.
Прошу извинить меня, господа, что заставил ждать вас целый час.
Где же ваш секундант?
Моншер, иди сюда, ты нам потребен.
Моншер Гильо.
Мой друг и секундант.
Вы смеетесь?
Отнюдь.
И не предвижу возражений по этому поводу.
Гильот, конечно, человек неизвестный, но честный, мало ли.
Что ж, начнем?
По правилу я должен вас спросить, господа, не желаете ли вы примириться?
Стреляться на десяти шагах.
Теперь расходитесь.
Теперь сходитесь.
2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10.
Володь.
Что ж вы наделали?
Что же вы наделали?
Благословен и день забот.
Благословен и тьмы.
Приход.
Господь всегда прибирает к себе лучших.
Вот и сегодня ушёл от нас добрый наш сосед.
Да.
Не ждал вас здесь увидеть.
Я сам от себя не ждал.
Однако ж он был мне другом.
Подойдете попрощаться?
Нет.
Мне там вряд ли кто-то обрадуется.
Я домой вас подвезти?
Благодарю, я на своих.
Расстелись, друг мой?
Расстелся совсем.
Собирай вещи, мы уезжаем.
Куда?
Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
Куба, вылезай.
Блеснет за утро луч Деницы.
И заиграет яркий день.
А я, быть может, я гробницы,
Сойду в таинственную сень.
И память юного поэта
Поглотит медленное лето.
Забудет мир меня, но ты
Придёшь ли, дева красоты,
Слезу пролить над ранней урной?
И думать,
он меня любил, он мне единый посвятил рассвет печальный, жизни бурный.
Сердечный друг, желанный друг, приди, приди, я твой супруг.
Я попрощалась.
Идём.
Как легко у тебя это вышло.
Ты же его так любила.
Это он меня любил.
А теперь его нет.
А жизнь продолжается.
Ты окончательно решила?
А чего ждать?
Или ты предлагаешь страдать, вздыхать и передаваться воспоминаниями?
Нет, Танюша, мне не столь много лет, чтобы жить одной только памятью.
Имеешь ли ты, Михаил, произволение, благое и непринужденное, крепкую мысль
взять себе в жену эту Ольгу, которую видишь здесь, пред собой?
Имею, честный отче.
Не обещался ли другой невесте?
Не обещался, честный отче.
Имеешь ли ты, Ольга, произволение благое и непринужденное и мысль твёрдую
взять себе в мужа всего Михаила, которого видишь здесь пред собой?
Имею, честный отче.
Не обещалась ли другому мужу?
Не обещалась.
И ты готова к гарнизонной жизни?
Лучше хоть какая-нибудь жизнь, чем жить в вечном унынии.
Теперь здесь и вправду станем грустно.
Без тебя, без твоего смеха.
Оставь это, сестрица.
И то я расплачусь.
И ты здесь не задерживайся.
Мой тебе совет.
Мне здесь хорошо.
Ты себя утешаешь.
Скука тут, а одной и вовсе будет тошно.
Ну что ж, давай прощаться.
Не надо.
Маменька, все будет хорошо.
Мы будем к вам приезжать в отпуск.
Да, да, Оленька, обращай внимание, это старческая.
Я
я рада за вас.
Нам пора.
Ну, с Богом.
В добрый час.
У камина барин обыкновенно один время проводил.
Хотя, бывало, они с нашим соседом Ленским покойным выпивали.
Так как они спорили
Ну, вот это покой барина.
Здесь он почивал, кофе и по утрам кушал.
Книжки читал.
Барыня, ежели охота, вы тут-то побудьте, а я своими делами займусь.
Я часто думал, скорбью утомлённый, Что мрачен я не по своей вине,
Себя жалел, пылая, как в огне, Твердил, так не страдал ещё влюблённый.
Лишь мёртвая любовь, Ванужева.
Глаза внимательной девицы устремлены на них живей.
Татьяна видит с придыханием,
какую мыслью, замечанием, бывал Онегин поражён,
в чём молча соглашался он.
И начинает понемногу моя Татьяна понимать.
Теперь яснее, слава Богу, того, о ком она вздыхать осуждена судьбой властной.
Чудак, печальный и опасный.
Создание ада или небес?
Сей ангел, сей надменный бес.
Что ж он?
Уже ли подражание?
Ничтожный призрак.
Илющий москвич в горольдовом плаще.
Чужих причуд истолкования.
Слов модных, полный лексикон.
Уж не пародия ли он?
Если это возможно, я бы хотела приходить сюда иногда почитать.
Вы позволите?
Почитать?
Чудная ты барыня, ей-богу.
Ну, заходи, коль не шутишь.
А то можешь какую книжицу с собой взять, а после ей вернешь.
Благодарю.
И как тут быть?
Татьяна не дитя.
Её давно пора бы пристроить.
Оленька, её младше, а теперь уж замужем.
А эта всё по лесам бродит и с книжками грустит.
Может быть, она влюблена?
В кого?
Буянов сватался, она отказала.
Ванечке Петушкову тоже.
Пыхтин гостил.
Такой статный мужчина.
Красавец, гусар, умница.
Так за ней ухаживал, я думала, ну хоть с ним дело пойдет.
Как такому мужчине можно отказать.
Нет, снова не сложилось.
Не там вы и ищете.
Вам в Москву надо.
Дохода мало, в Москву ехать дорого.
Вы же не совсем туда?
Неужто средств на полгода не хватит?
А коль не хватит, так подолжить можно?
У кого?
Да хоть бы у меня.
Как вам всегда, со всем уважением.
До свидания, барыня.
Уж вы не забывайте нас со всем.
В добрый путь.
Ну вот, поедем, потихоньку.
Куда мы едем?
Зачем?
К моей кузине.
Я же тебе говорила.
В Москву тебе надо.
Здесь толку не будет.
Алина.
Ну, уна уж.
Моя милая кузина.
Как же мы давно не виделись.
А это моя дочь Татьяна.
А я помню тебя совсем крохой.
Мы с твоей матушкой тогда были молоды и нравились мужчинам.
Что ты улыбаешься?
А ты помнишь своего Грандисона?
Какого Грандисона?
Это она норовится хранить реноме.
Брось хитрить.
Твоя дочь уже взрослая.
С ней можно говорить на всякие темы.
А ну и что же он?
Вернулся в Москву, заезжал ко мне в Сочельник.
Недавно сына женил.
Впрочем, об этом после.
Танюша, неинтересны разговоры о женатых мужчинах?
Должно быть, её привлекают неженатые.
Ты её смущаешь.
Завтра покажем тебя родне, а потом выведем в свет.
Не надо так пугаться, милая.
Смущение оружия женщины.
Ему не надо поддаваться стихии, но им нужно пользоваться на своё усмотрение.
Извините, я не привыкла быть на таких собраниях.
Привыкнешь.
Дело не хитрое.
Посмотрите-ка туда.
Сейчас он повернулся боком.
Кто тот генерал?
Левее.
Ну, здесь с победою поздравим, Татьяну милую мою.
И в сторону свой путь направим, чтобы не забыть, о ком поёт.
Олегов!
Евгений!
И я уехал.
Сначала в Москву, потом в Нижний Новгород, Астрахань.
Оттуда на Кавказ, в Тавриду.
И путешествую несколько лет.
Теперь вот здесь, в Одессе.
Зачем?
Просто.
Бесцельно.
Можете считать, что я сбежал.
От меня Света?
От себя.
Пью за вас.
Не смотрите на устрицы, ешьте, они здесь свежайшие.
Устрица, вино.
Прежний Онегин пригласил бы в оперу.
Там всего не дают российских.
А нынешний пригласил на устриц и вино.
Вы как-будто стали ещё мрачнее.
К чему радоваться?
Тоска, мой друг, тоска.
Иногда я думаю, почему я не лёг там в поле с пулей в груди?
Почему я всё ещё жив?
И всё ещё молод?
Мне кажется, внутри я давно старик.
Бросьте это упадничество.
На будущей неделе дают балет.
Я вас приглашаю.
На будущей неделе,
друг мой, меня уже здесь не будет.
Я возвращаюсь в Петербург.
Зачем так поспешно?
Незачем.
Жизнь вообще штука бессмысленная.
А Нинген?
Где вы пропадали?
Был в отъезде.
Много путешествовал.
И только?
А сколько слухов было?
Вы помните, вы обещали мне танец?
Боюсь, что и сегодня я останусь вам его в должности.
Омегин, вы!
Какая встреча!
Ну, что я вижу, любезный друг, вы и не танцуете.
Мы все не молодеем.
Я рад вас видеть.
И я рад вас видеть.
Особенно после стольких лет вашего отсутствия.
Пойдемте, я представлю вас жене.
Так вы женаты?
Да.
Не знал?
Просто вы давно не были в свете.
Женат и счастлив.
Уже два года.
Кто же ваша избранница?
Пойдемте, я вас представлю.
Монадж.
Хочу представить себе моего друга.
Мы знакомы с Евгением Александровичем.
Здравствуйте.
Давно вы здесь?
Нет.
Считанные дни.
Я только вернулся.
Не из наших ли краев?
Анигин, в ближайшую пятницу я даю обед.
Приходите, расскажете о своих путешествиях.
Непременно я рад вас видеть.
Пойдем, душа моя.
Здравствуйте, Татьяна Дмитриевна.
Здравствуйте, Евгений Александрович.
Давно ли вы бывали в родных местах?
Уж более двух лет не была.
Скучаете?
Немного.
А как ваша матушка?
Я всегда с теплотой вспоминаю ее приемы.
С маменькой все хорошо.
Она иногда приезжает к нам в гости.
А вы?
Довольно обо мне, Евгений Александрович.
Душа моя, ну где же ты?
Онегин, вы?
Рад.
Идемте к столу, там все уже в сборе.
Да, разумеется.
Предвижу все, вас оскорбит печальной тайна объяснения.
Какое горькое презрение ваш гордый взгляд изобразит?
Чего хочу?
С какой целью открою душу вам свою?
Какому злобному веселью, быть может, повод подаю?
Случайно вас, когда-то встретя, В вас искру нежности заметя,
Я ей поверить не посмел.
Привычки, милый, не дал ходу, Свою постылую свободу Я потерять не захотел.
Еще одно нас разлучило.
К несчастной жертве Ленский пал,
а до всего, что сердцу мило, тогда я сердце оторвал.
Чужой для всех, ничем не связан.
Я думал,
вольность и покой замена счастью.
Боже мой, как я ошибся, как наказан.
Нет.
Вспоминутно видеть вас.
Повсюду следовать за вами.
Улыбку уст, движение глаз, ловить влюбленными глазами.
Внимать вам долго.
Понимать душой все ваше совершенство.
Пред вами в муках замирать, леднеть и гаснуть.
Вот блаженство.
Знаю, век уж мой измерен, но чтоб продлилась жизнь моя,
Я утром должен быть уверен, что с вами днём увижусь я.
Когда б вы знали, как ужасно томиться жаждой любви,
Пылать и разумом сейчас насмерять волнение в крови,
Желать обнять у вас колени.
И, зарыдав у ваших ног, излить мольбы, признания, пении.
Всё, всё, что выразить бы мог.
А между тем притворным хладом Вооружать и речь, и взор,
Вести спокойный разговор, Глядеть на вас весёлым взглядом.
Но так и быть.
Я сам себе противиться не в силах, Боле.
Всё решено.
Я в вашей воле и предаюсь моей судьбе.
Парласов приглашает отобедать.
Нина Вронская устраивает собрание.
Будет рада видеть вас.
Приглашение
Нет, ничего не передавали.
Две недели.
Вы уверены, что вы ее увидели и сразу ее отравили?
Конечно.
Вы уже 14 дней кряду задаете мне один и тот же вопрос.
Почему же она тогда не отвечает?
Что же вы наделали?
Я все понимаю, но спать, не раздевшись, это уже мовит он.
Ну, знаешь, Глеб, молодость – время глупостей.
И тут важно не совершать глупости непоправимых,
которых потом будешь сожалеть.
Или научиться вовсе не сожалеть о совершенном.
Три приглашения.
Но вы ведь никуда не поедете.
На письмо ответ не передавали.
Распорядись об экипаже.
И всеятельства нет дома.
А княгиня?
Были у себя, но
Встаньте.
Пожалуйста.
Я прочла Ваше письмо и должна объясниться.
Помните, как Вы были откровенны тогда в нашем саду?
Я помню вашу отповедь.
Теперь мой черед — быть с вами искренней.
Тогда вас полюбила мечтательная девочка, полюбила беззаветно, всем сердцем.
И что же теперь?
Вас не встревожена любовь смиренной девочки.
Она была для вас не новость.
Нет, я вас не виню за вашу проповедь.
Тогда вы поступили благородно.
Я вам благодарна.
Я вам не нравилась, вы об этом сказали со всей честностью.
Но зачем же вы преследуете меня теперь?
Я
Полюблены?
С вашим умом пошло быть рабом мелкого чувства?
А вы жестоки.
Я искренна.
Знаете, и я вас понимаю.
Мне неприятно и утомительно вся эта светская мишура.
Я с радостью и не задумываясь, применяла бы
от столичной флёры и богатого мужа на наш старый дом.
Тихую, спокойную жизнь.
Зачем же вы тогда вышли замуж?
В ту пору все жребия были равны.
А этот успокоил мою маменьку.
Посему вы должны меня оставить.
Я знаю, у вас есть и честь, и гордость.
Я не могу лукавить с вами, Никита.
Я люблю вас.
Всем сердцем.
До сих пор.
Но я другому отдана.
И буду век ему верна.
Она ушла.
Стоит Евгений, как будто громом поражён.
В какую бурю ощущений теперь он сердцем погружён.
Но шпор внезапный звон раздался.
Ему же Татьянин показался.
И здесь героя моего, в минуту злую для него.
Читатель, мы теперь покинем.
Надолго.
Навсегда.
За ним довольным и путём одним бродили по свету.
Поздравим друг друга с берегом.
Ура!
Давно б не правдали.
Пора.