Это было намерением.
В моем понимании это было намерением.
Это не должно было так звучать.
Это должно было звучать как что-то захватывающее.
Добро пожаловать в Dream Asylum Studio X.
Я Даня, я здесь сегодня с вами, ребята, в Mix With The Masters, и мы собираемся
прослушать, вероятно, одну из моих личных любимых записей, когда-либо существовавших,
это будет "Моя любовь" Джастина Тимберлейка.
Я отлично продюсировал эти записи с Тимбалэндом,
и мы работали с ним в его студии в Вирджинии.
Прямо сейчас у меня есть сеанс Pro
Tools, лучше всего пройти его в Pro Tools.
В то время я не использовал Ableton, я использовал
MPC, и я понимаю, как я создал его на MPC.
На данный момент у нас могло быть две или три песни.
Я знаю, что мы сделали "What Goes Around", пора было заняться этим.
Когда появился этот рекорд, мне действительно бросили вызов.
Есть только одна запись, которая не попала в проект.
Мы сделали 10.
Все 10 сделали проект, один из них не попал туда, где
это был трек, который придумал Тим, они написали песню,
это была классная песня, трек был сумасшедшим.
Затем Тим смотрит на меня и говорит: «Твоя очередь».
Врать не умею, на пару дней застрял в том, что делать, как делать.
Все, что вы можете придумать для творца, чтобы
попытаться выяснить, что вы собираетесь делать?
У меня была возможность побыть в
комнате одна, вот как все это произошло.
Я сел с намерением сломать этот битовый блок, и я был на своем MPC 4000.
Я начал с барабанного паттерна только с этого...
Барабаны уже чмокают.
Итак, я уже подумал, с помощью этого простого шаблона,
не было хай-хэтов, больше ничего не происходило,
это была простая схема с, я полагаю, решения, которые
я принял с бочкой и малым барабаном, были просто
идеальное сочетание бочки и малого барабана.
И темп, и все было просто идеальным, он просто фиксировался.
Я подумал: «Есть некоторые звуки, которые я слышал,
и есть целый ряд вещей, которые я хочу попробовать.
Сейчас самое время, особенно потому, что темп был таким правильным.
Именно тогда я нажал на Vanguard и перешел на
все эти трансовые звуки, с которыми я играл.
Я просто знал суть транс-музыки.
Короче говоря... ну, я буду короче.
Я ходил в этот клуб, я был с Демо, его инженером, и я был с Марселлой,
и, возможно, было еще несколько человек, когда мы пошли в этот клуб.
Я просто смотрел, как эти люди танцуют и двигаются.
Конечно, они были под наркотиками, но они двигались и просто
потерялись в этой трансовой музыке, и я впервые увидел это.
И я просто подумал, что мне нужно выяснить, как
каким-то образом включить это в то, что я делаю.
Почему люди так не занимаются тем, чем занимаюсь я?
Я слышу эти звуки, о которых я упоминал ранее,
Купил группу звуков за 1500 долларов.
У этих звуков был плагин Vanguard, он был идеален.
Это были те самые звуки, которые я слышал в клубе.
Я не знал, как это сделать.
Конечно, вы делаете свою первую пару битов и снова пытаетесь
сочинять музыку в стиле транса, но это не работает.
Надо мной посмеялись пара человек, не буду называть никаких имен.
Но справедливо, надо было смеяться надо мной, потому
что мои первые несколько трансовых треков были мусором.
У меня есть этот барабанный паттерн, он чмокает.
Это было.
Я нажимаю "Авангард", я прокручиваю, прокручиваю, прокручиваю,
затем я такой: "Что, если я сыграю аккорды с этими звуками?"
Что, если я сыграю аккорды с этими звуками?
В итоге я играл эти аккорды в такт.
Это был самый безумный момент эврики в моей жизни, один из них.
Я просто подумал, вот оно, вот оно.
И он так идеально вписался в ритм, это было что-то еще.
Вот и все.
Затем люди, слышащие, как я работаю в наушниках, говорят: «Эй, иди послушай это».
Они все спускаются вниз, все еще суетясь в ушах, наконец,
слышат это в громкоговорителях, и это была одна из тех вещей.
где... бесспорно, я знаю, что у всех нас был опыт создания
музыки, насколько бесспорно, когда вы слышите что-то неоспоримое.
Вот как это произошло, это была
суть альбома, это была концепция.
Так возникла концепция записи.
Затем мы получили это в Pro Tools, и Джастин, без кого-либо в комнате,
писал, он написал весь альбом, кстати, ни с кем в комнате, ни с кем другим.
влияние помимо Тима, давшее ему понимание и вдохновение на нескольких записях.
Я смотрю, как этот человек пишет каждую песню без блокнота, без ручки,
Я все время говорю людям: если я найду листок бумаги с
лирикой из этого альбома, он должен стоить миллионы долларов.
Я говорю это, потому что знаю, что не найду его.
Этот человек написал каждую песню, каждую лирику, каждую мелодию,
каждую гармонию в своей голове и просто так выплюнул весь альбом.
Прогуливаясь, если вы его знаете, вы знаете, что он... по его
бороде или усам, и он это выяснил, и он придумал весь этот альбом.
Это то, что он придумал, и его подход к пению
фальцета и песне о любви на этом треке был такой:
это было потрясающе.
Итак, вернемся к треку, именно здесь началось волшебство.
Я сделал, я думаю, что я также проложил другой... Я тоже проложил эту линию.
Итак, все, что у меня было на треке, это бочка,
малый барабан, мясо, которое было аккордами, и...
У меня была эта штука...
Просто что-то, чтобы прорезать происходящее.
Я просто хотел, не знаю как, но мой мыслительный процесс заключался в
том, чтобы еще больше усилить этот аккордовый узор с помощью искусства,
и сделать эту мелодию, чтобы перерезать, и это стало
отдельным крючком, своего рода [неразборчиво]...
Вот как это было.
А потом все сходят с ума, участвуют, бросают,
Тим битбоксинг, бросание [неразборчиво], добавить «ребенка».
Весь звук, это звук ангела, который я использую, был взят из
SampleTank, и это был просто вокал, который я использую по сей день.
Просто то, как он двигался, и то, как он звучал, позволяет
мне создавать любой тип странной мелодии, какой я захочу.
Он смог мелодично сформулировать мой мыслительный процесс на пластинке, и мне
нравится, как этот ангельский звук сделал это, и он просто создал этот дополнительный
неземная вещь, которая была в треке.
А потом, конечно, я добавил больше аккордов,
потом баса и всего остального, и так все началось.
и так оно стало тем, чем стало.
Звучит как много, но на самом деле это не так много, не так много
звуков и не так много музыки, которая на самом деле продолжается.
во всем треке.
Я думаю, что арпеджиатор проделал столько работы, что покрыл много вопросов.
Удар был открыт, и Тим отлично справился с битбоксом.
чтобы просто добавить нужный ему ритм без того, чтобы нам приходилось делать хай-хеты.
В записи нет хай-хэта, он этим занимается.
Он всегда может найти способ дать вам то, что вам нужно,
без использования того, что вы, очевидно, использовали бы.
Итак, битбокс создал движение, мы подпрыгиваем, мы подпрыгиваем.
Арпеджиатор создал еще больше движения, поэтому хай-хеты нам не понадобились.
Вам не обязательно было иметь эти лишние элементы.
Кроме того, с битбоксом он просто заполнялся так много по частоте
что он добавил эту дополнительную трещину поверх малого барабана, он добавил
эту дополнительную... поверх бочки, он добавил эту дополнительную...
он просто заполнил много места, вместе с человеческим
элементом рыхлости битбокса, это было не так уж и плотно.
Вот почему этот трек так отличается, потому что мы используем что-то вроде
арпеджиатора, который, очевидно, в записях транса и танцевальных записях,
очень квантованный, очень синкопированный, в ритме и во времени.
Но поскольку я сделал сэмпл и запустил его в MPC, у меня это получилось, я запустил его,
Я даже не играл на точке,
но и не запускал ее на точке.
Итак, если вы действительно внимательно слушаете арпеджиатор, он начинает
и это было немного не так, но это хип-хоп,
это искусство хип-хопа, это недостатки.
И если взять такой тип записи и послушать ее сейчас, я могу услышать
все, что я бы сделал заново или попытался сделать идеальным.
Но опять же, мне нравится сырость, сырость - вот что делает его таким, какой он есть.
Очевидно, в то время это был очень интенсивный период обучения.
Но также я был очень уверен в своем звучании и своем стиле.
Я ушел, избегал делать что-либо, отдаленно
напоминающее Тимбалэнд давным-давно.
Очевидно, что он оказал влияние, на
меня повлияло множество разных людей.
Я делал треки, которые звучали так же, как Pharell, я делал треки,
которые звучали так же, как Rodney Jerkins, я делал треки, которые звучали
точно так же, как Тедди Райли, очевидно, треки, которые звучат так же, как Тим.
Создавая все эти разные стили треков, я нашел свой собственный путь.
В конечном итоге я стал тяготеть к тем звукам, которые мне нравятся, к последовательностям аккордов, которые мне нравятся.
Я часто приходил, играя аккордовыми последовательностями вокруг Тима, у которого
было какое-то морщинистое лицо, и мне всегда приходилось показывать ему, где,
нет, ты можешь спеть ту же мелодию, я
просто играю мелодию, это не имеет значения.
Я всегда хотел делать аккорды, которые немного вскружили вам
голову, и когда вы пишете песни, вы учитесь как музыкант,
мы можем сделать ошибку и стать слишком музыкальными,
но вы только впечатляете своих друзей-музыкантов.
Итак, мне нужно было придумать, как это сделать, но
также сделать так, чтобы можно было написать песню.
Цель не всегда в том, чтобы попытаться вскружить кому-то голову и заставить их
почувствовать себя сбитым с толку, вы хотите, чтобы они чувствовали, слушали.
Итак, к тому времени, когда синхронизация произошла со мной и Тимом, я думаю,
У меня был свой подход, и у него был свой подход, и это сделало
то, что мы делаем вместе, таким разным, но мы понимали роль
что мы собирались играть.
Иногда это он управляет ритмом, иногда это я управляю ритмом.
И, например, эту запись я начал с бочки и малого барабана.
Я имею в виду, что другие записи, такие как, даже "Promiscuous",
я начал с ударных и некоторых мелодий трека, но не сказать
что все это было одно лицо, на которое была возложена одна ответственность.
Это мог быть он, как мы вместе написали последовательность аккордов
для "Promiscuous", но ритмически это уже было то, что было.
Мы берем такие записи, как "Give It To Me", где у него было...
у него были барабаны.
Я только что вошел, он был в будке, клал барабаны,
я был в диспетчерской только с моей клавиатурой.
Я помню, как однажды я просто сижу на диване и играю, пока он делает свое дело,
я прокладываю дорожку за дорожкой, пока он прокладывает дорожку за дорожкой,
Именно там мы и сформировали Vegito.
Это были Гоку и Вегета, вы синхронизировались, и мы
просто понимали друг друга, это был просто другой язык.
Кроме того, к вам приходит кто-то вроде Джастина, который сам по себе является продюсером,
который также может вести вас в том направлении, в котором он хочет двигаться, и у него есть все
другой подход, особенно когда дело касается дропов и тому подобного.
То, как он делает дропы, совсем другое, он смотрит на что-то другое.
Он смотрит на сцену, на свет, на него как на танцора, хореографа.
Его падение зависит от того, как его тело будет двигаться.
Мое падение основано на том, как музыкант, или падение Тима просто
основано на том, как музыкант, или на какой-то странной вещи.
Итак, когда вы собираетесь вместе и все вместе, у всех
разные взгляды, вот что сделало эти вещи такими разными.
Это команда, и это то, что мы делали и продолжаем делать.
Даже на таких записях, как "Say Something",
мы просто знаем, чего ждем друг от друга.
Это роль, которую мы все играем и придерживаемся друг друга в этом отношении.
Итак, синергия.
Нет ничего лучше синергии, чувак.
Когда вы видите, что два, три, четыре или более людей синхронизируются
вместе с одной и той же общей целью и не мешают друг другу,
это продукт того, что вы получаете.
И снова самое замечательное в работе с таким человеком, как
Джастин, - это то, что он собирается поместить вас в коробку.
Если он решит поместить вас в коробку, это будет действительно очень
большая коробка, так что ваши параметры на самом деле не ограничены.
Он просто хотел допинг для своей песни.
Итак, как творческий человек, который позволяет вам, вы ограничены только своим воображением,
а у меня очень бурное воображение, когда дело касается музыки и создания музыки.
Так было в команде, все друг
друга понимают, и это продукт.