~ Железный префект ~
перевёл sonnyb
Войдите!
- Идеально, осталось как раз несколько минут. - Спасибо.
А я ведь не спала... Мы уже приехали?
Ещё нет. Я должен оставить тебя одну ненадолго.
Ни о чём меня не спрашивай.
Я сяду обратно на поезд на следующей станции.
- Рад снова вас видеть, господин. - И я рад тебя видеть.
- Есть новости? - Господин, ситуация хуже некуда.
Люди не верят в Государство! Никто не готов говорить.
Так или иначе, как только я получил вашу телеграмму, я начал разнюхивать вокруг...
И мне удалось собрать немного информации.
Есть ещё несколько человек, которые ещё не забыли вас и они готовы говорить.
Что ж, это уже что-то.
- За тобой же не следили? - Нет...
но они узнали о вашем назначении ещё раньше, чем я,
ещё раньше, чем все бумаги вышли... вероятно, ещё раньше вас!
Должен признать, я слегка удивился, что они выбрали вас,
учитывая все обвинения, которые вы выдвигали против фашистов в Болоньи.
Да, нелегко тогда было. Да и в любом случае, это уже история.
- Они подозревают в чём-то тебя? - Нет.
Как вы знаете, они не боятся полиции, но они боятся вас!
Они всё ещё помнят тот урок, который вы преподали им, когда были в Трапани,
хоть это и было много лет назад.
Нет, они ничего не подозревают обо мне. По крайней мере, они не подозревают, что я один из ваших людей.
Майор Спано, ты не один из моих людей,
потому что у меня нет моих людей.
Ты... офицер Карабинеров, которым Государство доверяет, пока не доказано обратное.
Мы оба служители Государства, вот и всё.
А теперь давай сделаем все дела. Поезд не будет ждать.
Привет, Василь.
- Быстрее, у нас мало времени. - Ладно. Входите.
Это майор Мори, из Рима. Это с ним ты хотел поговорить.
- Это большая честь. - Итак?
- Хотите вина? - Спасибо.
- Тебе тоже? - Спасибо.
Вы должны извинить подобные обстоятельства, ваша честь,
но я уверен, когда вы приедете в Палермо, нас здесь уже не будет.
Мы уезжаем во Францию. Нас ждёт там работа.
Бароны оставили свои земли мафии. Крестьяне умирают от голода.
Те крохи, что мы можем собрать с полей, мы должны раздавать тем же, кто их собирал.
Наш брат Альфио выступил против них открыто и они убили его.
Он оставил троих детей и теперь он мёртв.
- А эти волки сытнеют. - Кто они?
Кто стоит за этими убийствами? Кто сытнеет?
Ваша честь, вы чертовски хорошо знаете, кто стоит за убийствами.
Те же, которых вы однажды отправили в тюрьму, а теперь они на свободе.
Ваша честь, в Багерии есть нотариус. Он обрабатывает все хозяйственные операции.
Он знает имена всех причастных. Его зовут Корчетто Тардисио.
Когда барон Салеми продавал свой кусок земли, он сделал это через него.
И кто купил его кусок земли?
Кто-то под именем Сальваторе Карузо, из Катании.
Раньше он... изготавливал шляпы.
- Что ж, немного я узнал. - Господин, вы же знаете этих людей,
нам и так повезло, что они согласились на встречу. Вы сами знаете, чем они рискуют.
В любом случае, поехали, Спано. Мне нужно успеть на поезд.
Минуточку... мне кажется, что поезд отправляется немного раньше графика.
Моё почтение, господин.
Собственно говоря, он уже опаздывает на несколько минут.
Но, если поезд отправится раз или два чуть позже обычного,
- это ведь никого не убьёт, не так ли? - Определённо нет...
- Мы опаздываем. Мне доложить об этом? - Вперёд, бездельник!
Моё почтение, господин.
Незачем спешить. Я взял на себя смелость придержать поезд, чтобы вы успели на него.
Он бы не уехал без вас.
Это был довольно неразумный поступок. Незаконно мешать расписанию.
Тогда я извиняюсь. Я сделал это только в знак уважения к вам,
и власти ждут вас в Палермо.
Я узнал вас... вы Антонио Капечелатро и вы на свободе.
Да, это верно. Это верно, что я Капечелатро, но также и верно то, что вы Префект Мори...
- Я доказал свою невиновность. - Вижу, вижу.
К сожалению, ошибки делаются даже в самых лучших судовых системах.
Я вернулся в Сицилию также, чтобы исправить эти ошибки.
Я надеюсь, я смогу вернуть и вам своё уважение очень скоро.
Как только он прибыл, сразу же получил право работать!
Он собрал все местные власти...
278 убийств, 312 ограблений, 59 дел с вымогателями.
65 дел краж скота. 18 похищений.
Голова закрутится, если только подумаешь, что это цифры одного года,
и только одной провинции - Палермо.
И затем, мы должны принять во внимание, что эти цифры могут удвоиться
преступлениями, о которых не донесли властям, опасаясь репрессий.
Эти цифры наглядно показывают, как мафия смогла создать государство в государстве.
И не удивительно, что население разрываясь между
быть "далёким и инертным" и "тихим и активным", выбрала последнее.
Проблема не только в преступной дерзости, но и в отсутствии инициативы местных властей.
Каждый гражданин должен быть уверен, что если его обидели,
он должен искать справедливости не у мафии, а у государства.
Даже, несмотря на то, что печальная реальность показывает, что наша правовая система
недееспособна, непоследовательна, а иногда и непоправимо скомпрометирована.
Господин, вы хотите, чтобы мы передали все судебные полномочия вам?
Синьор прокурор, у меня уже есть некая власть...
Вашей работой будет проследить за тем, чтобы мне оказывалось твёрдое и неоспоримое сотрудничество.
Синьоры.
Наконец-то правительство решило отправить нам нужного человека.
Мне кажется, все мы знаем, кто такой Мори... 6 лет назад в Трапани он заставил всех плакать кровавыми слезами.
Хотя это странно... Если я верно всё помню, Муссолини отправил такого же перфекта в Болонью,
где он даже арестовывал фашистов.
А, он арестовывал каждого, кто нарушит закон,
фашистов, большевиков, анархистов, мошенников...
Это человек, который не боится никого.
Люди доверяют ему...
Он даже не приезжал в Палермо, прежде чем не обнаружил, что кто-то готов говорить.
Только упоминание его имени внушает людям безопасность.
Теперь наступят тяжёлые времена для тех, кто нарушает закон.
Кровавые слёзы, как сказал барон.
В таком случае я предлагаю тост за префекта Мори.
- Да хранит его Мадонна. - Да хранит его Мадонна.
Они убили его здесь, потому что убийство на пороге - это двойное оскорбление.
Но они убили его не только потому, что он говорил.
Можете унести его.
Эй, успокойся. Соберись, ты же солдат.
Погодите минутку, погодите. Подождите, пока не приехала медицинская помощь.
Всё в порядке, Спано. Я хочу попасть внутрь раньше, чем остальные.
Мы никогда не привыкнем к такому...
Закройте дверь, Спано. Сюда проникает пыль.
Почему?
Пружинный нож, нелегальный... Военная обувь...
Это жертвы бандитов, господин. Честные граждане.
Не вините только бандитов. В этом доме нечего было воровать.
Это сделала мафия и вы это знаете.
Или это будет ещё одно дело с недостающими доказательствами?
Эти люди верили в защиту государства и в меня, который это представляет.
И их убили, чтобы попытаться запугать меня...
чтобы заставить людей бояться и не доверять всему, что я делаю.
Если эта дикость останется безнаказанной, как обычно, никто и никогда не будет доверять полиции снова.
Подготовьте мне ордер на арест Антонио Капечелатро.
Но, господин, могу я предложить вам подождать отчёт карабинеров?
Подготовьте ордер... я заеду завтра утром, чтобы забрать его.
Чезаре... почему бы тебе немного не отдохнуть?
- Я задыхаюсь в этой жаре. - Будешь лимонад?
Нет, я только вспотею больше. Сядь, составь мне компанию.
Как пожелаешь.
Вечером кто-то пел, ты слышала?
- Да. - И перестал петь.
Может быть, потому что песня закончилась. В этом нет ничего странного.
Или он умер. Который поёт и говорит... А здесь нельзя ни говорить, ни петь.
Почему они не показывают, какие они есть?
Да, предстань передо мной, настоящий враг. Я буду больше уважать тебя.
Приветствия и поцелуи рук, оставьте их себе.
Объятья и выстрелы себе в рот - делайте такое друг с другом. Со мной такое не сработает.
Я знаю тебя...
Я не буду удовлетворён, пока я не закину всех вас в тюрьму.
Даже, если мне придётся стать ещё более мафиозным, чем вы...
Достаточно, Чезаре, пожалуйста. Я больше не могу тебя слушать.
Это становится одержимостью. Не говори так, хотя бы, когда ты дома.
Если бы у нас был ребёнок, говорил бы ты так?
Анжела, у нас нет детей.
Господин, подождите...
Осторожнее. Если вас застрелят, тогда меня переведут в какую-то дыру.
Осторожность здесь бесполезна.
Вся Сицилия знает, что перфект Мори не принимает ни единого вызова от мафии.
Вот они все, наблюдают...
Они обо всём знают. О жизни, смерти и чудах.
Такое чувство, что они ждали нас.
В этот раз, я не чувствую, что это плохо.
Спано, государство должно внушать в них больше страха, чем мафия.
Женщина, где я могу найти Антонио Капечелатро?
Эй... сюда!
- Кто там? - Это префект Мори.
И чего вы хотите?
У меня есть ордер на арест Антонио Капечелатро.
Его нет здесь.
Тогда передай ему, что я подожду...
и также передай ему, что я один.
Антони Капечелатро, я знаю, что ты там.
Я пришёл арестовать тебя за срыв государственной службы.
Или найди другой, более весомый аргумент, если пожелаешь...
найди смелость и выйди сюда.
Ты сделал большую ошибку, остановив тот поезд.
Ты поставил свою подпись в убийстве семье Василье.
Мори! Пришёл день расплаты.
Этим утром ты пришёл на мою территорию, чтобы умереть.
Ты должен был оставаться в Палермо, сидеть своей задницей в кресле и отдавать приказы!
Эчеленца? Эчеленца...
Стой... иди сюда. Уверен, ты любишь карамельки?
- Вот, купи себе немного... - Оставь его в покое!
Нам не нужна милостыня от государства!
Женщина! Сегодня это государство освободило вас от страха.
Государство должно освободить нас от нищеты!
Во имя Его Величества Витторио Эмануэле 3,
по милости божьей и воли нации, короля Италии...
и в соответствии со статьями 421, пункт 2, и 468 Уголовного кодекса,
суд оправдал подсудимых, Сант-Анджело Винченцо,
Манискалко Джузеппе, Крисачи Сеттимо, Крисафи Паоло,
и Манискалко Паоло, из-за отсутствия доказательств,
и приказывает немедленно их освободить, если они не проходят по другим обвинениям.
Суд завершён.
Майор Спано, мы хотим задать префекту Мори всего один вопрос...
- Пожалуйста. - Только один вопрос!
Эчеленца, простите моё вторжение,
но разве не странно всем нам видеть префекта в это время в зале суда?
Почему странно?
Префект представляет государство. Другими словами, скажем, что государство
хочет взглянуть прямо в глаза тем гражданам, которые произнесли этот приговор.
- Это угроза, эчеленце? - Следите за словами, синьор!
Я знаю, что свидетелям угрожали во время суда.
Когда я приехал, всё уже было закончено.
Всё уже было решено без меня.
Никто не может сказать, что это префект Мори произнёс этот приговор.
Доброго вечера.
Достаточно на сегодня. Достаточно.
Моё почтение, синьор прокурор.
Я просил, чтобы их приговорили к пожизненному...
но без свидетелей, без доказательств...
суд не может продолжаться и осуждать их на одних только слухах.
Всё было согласно закону.
Но я не пришёл сюда, чтобы обвинять кого-то в этом скандальном оправдании,
из-за которого мы выглядим, как посмешище.
В таком случае, чем обязан честью?
Я хочу, чтобы вы обжаловали приговор, который был только что принят судом,
потому что я должен заново их арестовать, прежде чем они сбегут.
Но это невозможно. Я не могу обжаловать его только затем, чтобы их снова оправдали.
Это бы положило конец моей карьере.
Я обещаю вам, что вы получите повышение и перевод.
Нет. Мне не нужны никакие привилегии.
Значит, вы просто боитесь, не так ли?
Кого вы боитесь? Мафии?
Вы не имеете права со мной так разговаривать.
Я предоставлю вам выбор: либо вы обжалуете приговор суда,
либо я доложу на вас Министру внутренних дел
и обвиню вас в антифашистской деятельности!
Это ложь!
Когда вы говорите мне, что не можете подать апелляцию во время судопроизводства, это тоже ложь!
Я хочу узнать... кто мафиозный в этом зале суда?
Итак?
Очень хорошо... завтра я подпишу соответствующий приказ.
Нет, не завтра. Сейчас!
Эчеленца...
Я тоже желаю восстановить достоинство государства,
- ... но через надлежащие юридические процедуры. - Большего я и не прошу.
Может быть, когда-то вы станете моим гостем, чтобы мы могли обменяться мнениями наедине?
Как пожелаете.
Буду рад свалить отсюда... Слава богу.
К вашим услугам, эчеленца.
Капитан, я потребую у вас ответа за эти неуместные братания
между офицерами и преступниками.
Вы должны простить меня, эчеленца, но этих людей оправдали.
Завтра после всех формальностей их выпустят из тюрьмы.
Завтра никто их не выпустит.
Королевский прокурор подал апелляцию в суд.
Эти люди останутся в тюрьме.
Вот необходимые документы, чтобы заключить их обратно под стражу.
Я приказываю вам, чтобы вы сопроводили их лично к начальнику тюрьмы.
Майор Спано, пройдите с капитаном и убедитесь, что мои приказы исполнятся.
Надеюсь, ты сгоришь в аду. Сукин ты сын!
Ах ты, негодяй! Ты сгниёшь в тюрьме весь остаток своей жизни.
Спано, эти люди должны понимать, что перед законом нет неприкасаемых...
никто неприкасаем!
- Войдите... уважаемый Галли. - Эчеленца...
Только что с печати. Это специальный выпуск, посвященный вашему назначению,
подчёркивает доверие партии к вам.
Я бы предпочёл меньше шума. Пожалуйста, садитесь.
Спасибо. Вы научили нас, что нет ничего эффективнее, чем пресса...
в формировании общественного мнения.
Общественное мнение является палкой о двух концах. Но я понимаю это...
и думаю, что и мафия должна это понимать. Сигару?
Э... нет, спасибо. Я предпочитаю свои.
Это новая газета. Для новой Сицилии... для новой Италии.
Газета, которая будет на вашей стороне, во время вашей трудной кампании,
Она никогда не постесняется хвалить ваши героические усилия...
в освобождении этого острова от его многовековой чумы.
Поверьте мне, я сделаю всё, что нужно будет.
Вы будете иметь прямую поддержку фашистской партии и каждого фашистского гражданина.
Извините меня... что вы имеете ввиду под "прямой поддержкой"?
Что партия готова вмешаться и быть на стороне закона и порядка...
чтобы искоренить мафию и антифашизм, где бы это ни проявлялось.
Проблема в том, что мафия редко показывает себя в открытую.
Однако, я должен поблагодарить вас за это щедрое предложение.
Это, безусловно, будет принято во внимание.
И раз уж партия беспокоится, я знаю, что много мелких преступников
пытаются переступить через себя, чтобы присоединиться к вам в надежде на лучшую репутацию.
Однако я убеждён, что вы, как партийный... секретарь
захотите остановить этот неизбирательный поток.
Поверьте мне, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить это, эчеленца.
В то же время, позвольте мне предложить вам этот маленький подарок,
я вижу, что на вас такого нет.
Я благодарю вас, но я всегда верил, фашист ты или нет,
тебе не нужен значок, чтобы это показывать.
- До встречи, эчеленца. - Рад был встрече.
Нет, это не идёт вам. Поля слишком тугие. Мне не нравится.
Давай попробуем другую.
- Дай посмотреть. - Эта? - Да, эта хороша.
Будь ты проклята! Будь ты проклята и твой муж!
Всех наших мужей отправили обратно в тюрьму. Гори в аду!
Остановитесь! Вы с ума сошли?
Это я виноват...
Я не должен был позволить тебе ехать со мной в Палермо.
Я поняла, что они ненавидят нас и считают нас за чужих, за врагов.
Это изменится... Мне только нужно время, но его у меня очень мало.
Я должен дать им позитивный результат... и очень быстро.
Ты бы предпочёл, чтобы я осталась? Я не боюсь.
Я бы хотел этого. Но это невозможно.
Нет, я буду уязвим, если ты останешься со мной.
Они ни перед чем не остановятся. Как и я.
Извините, эчеленца. Машина готова и поезд отправляется через 20 минут.
Спасибо.
Пообещай мне, что ты будешь заботиться о себе и не будешь подвергаться опасности,
и будешь держать со мной связь?
Уезжай. Уезжай теперь.
Начальник полиции, синьор, его превосходительство скоро вас примет.
Попытайтесь понять... это был очень тяжелый день.
Докторе, я убеждён...
что традиционная преступность, поощряется кумовством,
эксплуатацией, неграмотностью, вмешательством политиков, крайней нищетой и малярией.
- Я так понимаю, вы согласны со мной? - Да, конечно, эчеленца.
А теперь, раз вы согласились, почему бы вам, как врачу этой провинции,
не выполнять свои обязанности в этом?
Почему распространение хинина в отдалённых деревнях
или вовсе не было, или это были единичные случаи за последние 8 месяцев?
И почему дома врачей общей практики в этой провинции,
такие же редкие, как и белые комары?
Простите меня, эчеленце. Но нам не хватает квалифицированных кадров. Это большая территория.
С завтрашнего дня, вы будете иметь 200 полицейских на лошадях,
для распределения товаров медицинского назначения.
Что касается врачей, работы у них будет предостаточно.
Это ваша ответственность, гарантировать, чтобы они выполняли свои обязанности.
Я ожидаю доклада о положении в течение двух недель.
- Хорошего дня. - Хорошего дня, эчеленца.
- А, начальник полиции... - Доброе утро, эчеленца, доброе утро...
Дела у нас идут плохо, начальник...
- Солдаты... - Ты видел их оружие? - Это война?
- Ты Анна Торрини? - Эй! Это ты Анна Торрини?
А что? Что случилось?
Этот ящик тебе. Это из ратуши в Палермо.
В нём есть одеяла, лекарства и всё остальное, что вам нужно.
Будьте вы прокляты! Нам не нужно всё это!
Проклятые!
Почему ни один из вас не умер от холеры?
В доме Винченцо Торрини у нас каждый день есть хлеб на столе!
У нас есть одежда, шерстяные одеяла, вино и еда...
достаточно, чтобы наполнить наши желудки, как воздушные шары!
Будьте вы прокляты! Здесь нет шпионов!
Решительные действия префекта Мори.
Эчеленца Мори имеет один успех за другим.
Он сам подписывает себе ордера сам казнит их,
и затем он же выносит обвинительные заключения.
В этом нет ничего нового, он всегда так делал. У него полная свобода действий, мы его знаем.
Сейчас настали тяжёлые времена для преступности, которая позорит остров.
Отец Николо, куда это вы спешите в такую жару? Вы уже весь потный.
Да хранит вас господь, синьор барон, но я спешу увидаться с епископом.
В связи с чем, отец?
Иногда в исповеди приходится слышать довольно странные вещи...
Незаконные романы, а?
Хотелось бы, чтобы было так. Нет, это куда серьёзней.
Вещи, которые оскорбляют святую церковь.
- Не держите нас в напряжении, отец. - Можете доверять нам...
Это касается поместья Загара, собственности Ватикана, как вы знаете,
в котором я имею честь выступать в качестве администратора.
У крестьян больше нет никакого желания работать на земле.
Они говорят о забастовке, и в то же время урожай пропадает. Они все повстанцы.
К тому же, они чувствуют себя под защитой нового префекта, которого правительство отправило к нам.
"Крестьянский префект", как они его называют.
У него есть и много других имён, отец.
Но не переживайте, я уверен, святой дух сотворит чудо.
- Передавайте моё почтение его высокопреосвященству. - И моё.
Поехали.
Как всё прошло?
Демонстрация закончилась. Они все разошлись по домам.
Человек, который их организовал - Кармело Ло Скьяво.
Давайте поздороваемся с ним.
Эй, офицеры! Что вы там делаете? Считаете овец?
Лучше быть осторожнее, они очень опасны.
Капрал, это люди Дино. Что будем делать?
Посмотрим, работает ли эта штука. Префект в Палермо так любит всё современное...
Алло? Алло? Это патруль 3...
- Моё почтение, дядя Кармело. - Моё почтение.
Ты уже закончил со своей политикой?
Что привело тебя сюда?
Дядя Кармело! Я думал, что ты добрый христианин,
уважаемый, как и все мы. А вместо этого я слышу, что ты и остальные
отказываетесь возделывать землю, которая принадлежит церкве.
- Это же кощунство! - Кто тебя послал? Епископ?
Епископ? Святой отец собственной персоной послал меня... ты понимаешь?
Что мне доложить ему? Что завтра он обнаружит свою пшеницу подрезанной?
Я не смогу сделать это в одиночку! И остальные не будут работать, если им не заплатят.
Они получают одну только нищету, а Дон Никколо ничего им не платит.
Он говорит о Сан Джузеппе, святом Антонио и Мадонне, но он никогда не платит.
Если святой отец призовёт тебя на небеса, уверен, ты и у него попросишь денег на дорогу!
Нечего здесь болтать попусту, ты просто должен ответить: да или нет!
Вот, что я должен доложить.
- Нет. Я не могу! - Ты вывел меня из себя!
- Кармело! - Предатель!
Ты должен быть осторожнее. Если и дальше будешь себя так вести - сгоришь в аду.
Кармело!
Эй! Сегодня у нас будут сосиски!
Иди сюда! Чего же ты убегаешь!
Я вернусь завтра и я хочу увидеть, чтобы земля была вспахана.
- Гори в аду! - Поехали!
Итак, полковник! Полевые телефоны сыграли свою роль.
Первая группа, заряжай!
Франческо, карабинеры!
Вторая группа, заряжай!
Целься!
Что за негодяй предал нас?
Франческо Дино, ты закончил? Слезай с лошади!
Бросай оружие и слезай.
И прикажи своим людям сделать то же.
- Вперёд, полковник. - Огонь!
Извините меня, эчеленца, мы не узнали вас.
Эчеленца, мы тут просто охотились.
Вы должны поверить мне. Я клянусь всем святым!
Прости нас, эчеленца.
Полковник, закуйте эту мразь в цепи.
Наручники на всех!
Это он! Зачем он приехал сюда?
Женщина, если ты и дальше будешь бить эту блузку на камнях, в ней появится много дырок.
В ней и так много дырок.
Я отправил новую одежду твоему сыну. Также и одеяла, книги и лекарства.
Но ты не приняла их.
А чего ты ожидал? Что с небольшой стрельбой...
и старой одеждой ты можешь прийти сюда и завоевать всю Сицилию... да?
Я не понимаю, почему ты упорно продолжаешь молчать.
Почему никто из вас не поможет мне?
Разве вы, люди, не понимаете, что ведь это вы страдаете в первую очередь?
Я приехал сюда, чтобы бороться с теми, кто эксплуатирует вас.
Бороться с теми, из-за которых вы ходите голодные. Бороться с теми, кто убивает вас.
И, тем не менее, вы все ведёте себя так, будто вы на их стороне.
Мы не на их стороне... но и не на твоей тоже.
Ты продолжаешь настаивать на том, что ты освободишь нас ото зла...
но вместо этого, ты делаешь всё только хуже.
Это неправда! Здесь, на Сицилии всё меняется!
Неужели? Всё меняется? Идём, и сам взгляни!
Поехали, Бруно.
Эй, женщина, уходи отсюда. Пусть ребёнок работает.
Вперёд...
Эчеленца, вы говорить о мире, о боге и короле...
но всё это не имеет смысла для меня.
Я только знаю, что бандиты... избивают меня, когда воруют овечку.
И мой босс избивает меня за каждую украденную овечку.
И полиция приходит сюда и также избивает меня,
когда они хотят узнать имена бандитом... Вот и всё, что я знаю.
Как зовут твоего отца?
У меня нет отца... и матери нет.
Босс нашёл меня на ступенях церкви.
Ты можешь в это не поверить, но у нас есть кое-что общее,
меня тоже бросили на ступенях церкви.
Вот почему я всегда верил в государство.
В правосудие, которое выше всего, даже твоей матери и отца,
о всех защищает. Но пока ты не можешь этого понять. Прощайте.
Моё почтение.
Скажи мне кое-что, почему многие из вас называют меня Пьемонтезе?
Я же не из Пьемонта.
Это имя мы всегда давали... своим врагам.
Ристагни, ты совершенно уверен в этом? Сальваторе Карузо госпитализирован в этом месте?
Что мне сказать вам? Сальваторе Карузо, шляпочник, тот, которого вы искали, он здесь.
Его посадили сюда год или около того назад.
А теперь я пойду, иначе у меня будут неприятности.
- Моё почтение. - Невероятно...
Да будет бог с вами.
Извините, это вы Сальваторе Карузо? Шляпочник?
Простите меня...
Извините, что беспокою, но я приехал из Палермо, потому что у меня есть просьба.
Можете ли вы принять моего родственника, чтобы он работал на вашей земле, которую вы купили год назад?
Помните? Землю, которую вы купили у барона Салеми. Салеми.
Ферму в Монте Фьорито. Припоминаете?
Нет, нет. Кое-кто попросил меня позаботиться об этом. Спрашивайте у них.
Так вы действительно её купили?
Эй! Ты! Здесь запрещаются такие разговоры.
- Послушайте, я... - Ну?
Извините. Вы правы. Я, кажется, ошибся человеком.
Итак, согласно земельному офису в Катании, этот Карузо владеет 5000 гектарами?
- Верно. - Но ты только что сказал, что он старый бедняк,
о котором заботятся в доме для престарелых?
Я бы не сказал, что заботятся. Он больше похож на заключённого.
Мне кажется, его госпитализация так никогда и не была зарегистрирована.
Теперь я понял. Они используют завещание.
Вы хотите сказать, что они находят старика, который одной ногой уже в могиле,
покупают от его имени землю, которая стоит небольшое состояние и просто ждут, пока он умрёт.
И когда это случится, кто, по-твоему, унаследует имущество?
Свидетельство о праве собственности постоянно меняет своих владельцев и в конце уже теряешь след...
кто действительно хотел купить землю, что и является кражей.
Это точно. Ты сделал хорошую работу, Спано, но этого недостаточно.
Чтобы мы могли отправить этих жуликов за решётку, нам нужны жертвы, дающие показания.
Но, чтобы привести их в зал суда, сначала нужно избавить их от страха.
Начнём с проблемы с бандитами.
Во-первых, беглецы... Нам нужно расколоть сильнейшие банды.
...и настоящим уполномочивает немедленной реквизиции любого оборудования...
Стой!
Что ты делаешь здесь, в Палермо, Анна?
Я хотела поговорить с вами, эчеленца, но карабинер, он не хотел впускать меня.
Садись.
- Поехали. - Куда мне ехать, эчеленца?
Как это куда? В мои апартаменты.
Входи.
Кто они?
Принцы, короли... те, кто правил Сицилией много лет.
Знаете, что мы говорим о них?
Короли такие же, как блохи. Едут туда, куда пожелают,
сосут кровь у всех, у кого захотят.
Нарисуют ли когда-нибудь и ваш портрет, эчеленца?
Мой? Я очень в этом сомневаюсь.
Скажите правду, вы пришли сюда, чтобы я освободил вашего мужа?
Моего мужа?
Бедный Винченцо. Мне было 16, когда Франческо Дино, бандит, которого вы арестовали,
пришёл в дом моего отца и забрал меня с собой.
И затем, когда он устал от меня, он выбрал какого-то несчастного мужчину в посёлке и заставил меня выйти за него замуж.
Мой муж... он хотя бы не умрёт из голода в тюрьме.
Итак?
Если вы хотите показать своё великодушие, увезите моего сына отсюда.
Куда-то далеко от Сицилии, где его никто не знает.
В недоступное место для зла, которое преследует нас.
Ваш сын, это сын Франческо Дино?
Он... мой сын!
Ганджи... это главная крепость бандитов.
Считается безопасным укрытием. Люди скрывают их и поддерживают их.
Раньше бандиты были на содержании у мафии,
но теперь они стали настолько могущественными, что мафии приходится с ними считаться.
Они все там: восемь больших групп.
И там же самый главный их босс: патриарх Альбанез.
27 обвинений в убийствах, 45 лет скрывается.
Без сомнений, они все там...
но всякий раз, когда мы пытаемся захватить их, они бесследно скрываются.
А теперь ты понял... почему я сделал все эти аресты недавно?
Сами жертвы стали сообщниками.
В этом месте нет никого, кто бы остался невиновным.
Слушайте, слушайте, слушайте...
по приказу префекта Мори
все беглецы должны сдаться в течение 24 часов,
иначе город будет оккупирован.
Слушайте, слушайте, слушайте.
Уходите, уходите, уходите отсюда!
Вам нельзя находиться в церкве!
Вам нельзя здесь быть!
Убирайтесь, убирайтесь прочь отсюда!
Дядя Каложеро... посмотри.
- Почему пастухи нас не предупредили? - Их всех арестовали.
Не переживайте об этом, мы всех их убьём.
Ты будешь бороться против их пушек? Да поможет тебе Дева Мария.
Дядя Каложеро, там повсюду карабинеры, они окружили Ганджи.
Никто не сможет ни войти, ни выйти, их там миллионы.
Я видел их. Пошли.
Нам удалось их удивить.
Впервые их никто не предупредил о нашем наступлении.
Солдат...
Это уже победа.
Дальше всё будет только труднее,
поймать их и живыми. Я не хочу, чтобы они стали мучениками.
Этим трусливым убийцам придётся идти в цепях на глазах у своих жертв.
Только в этом случае граждане начнут верить в государство.
Полковник, проверьте дорожные преграды.
Никто не выйдет и не войдёт в город, эчеленца.
- И реквизируйте животных. - Немедленно, эчеленца.
Взвод, к дорожному блоку №3.
Следующий взвод за мной.
Идите в укрытия.
Город полностью окружён. Никто не может ни выйти, ни войти.
Не переживайте. Они никогда не находили нас раньше и не найдут в этот раз.
Мори говорит, что он всех нас перережет.
Когда грянет буря... сидите в укрытиях.
У вас есть какая-то бумага, подтверждающая, что вы их владелец?
Сержант, идите сюда.
Спано, я принял решение.
Я хочу, чтобы вы перекрыли всю воду, которая течёт в Ганджи.
Но, эчеленца, это же невозможно. Там есть дети и женщины.
Сейчас неимоверная жара и они наверняка умрут от жажды.
Там нет ни лимонных, ни апельсиновых деревьев, чтобы сделать сок из них.
Там только бандиты и скалы.
Когда дети почувствуют жажду, они быстро сдадутся.
У них не будет выхода. Полковник, какова наша ситуация?
Эчеленца! Вы не можете перекрыть воду.
Это бесчеловечно, относиться к женщинам и детям, как к бандитам.
Они не забудут подобное и это вопреки интересам государства.
С кем вы так говорите, Спано?
Я не хочу никаких жертв, что означает, что мы должны что-нибудь сделать, верно?
И маленькая жажда никого не убьёт.
Запомни... когда краны высохнут, их первой реакцией будет паника, а не жажда.
Они испугаются, прежде чем будут страдать от чего-то.
Именно на это я и полагаюсь.
Я не могу не подчиниться приказу, эчеленца, но мне кажется, вы неправы.
Спано, если ты не можешь этого сделать, можешь просить перевод.
И я приму его незамедлительно.
Чего ты хочешь?
- Я хочу увидеться с Доном Каложеро... немедленно. - Проходи.
Иди сюда.
Итак, что стряслось?
Они перекрыли воду, у нас совсем нет воды.
Без воды дети скоро умрут.
Тури, ты и твои парни, слушайте меня внимательно.
Мори перекрыл нам воду. Завтра утром...
я хочу увидеть в Ганджи столько воды, сколько в море в Палермо.
- Идите. - Как пожелаете, Дон Каложеро.
Возвращайтесь в город. Передай всем, что дядя Каложеро говорит:
- "Завтра везде будет вода." - Да хранит вас Мадонна.
Где вода? Они не вернулись! Где вода?
Где вода, которую вы обещали нам?
Вашего племянника арестовали. Где вода, которую вы нам обещали?
Ты не человек слова!
Твоему правлению конец!
Будь ты проклят!
Святой отец, услышь наши молитвы.
Вода и соль, Святая Дева Мария.
О, освободи нас от нашего проклятья.
Вода и соль, святой Иосиф!
О, освободи нас от нашего проклятья!
Вода и соль, вода и соль...
Яд и кости на его могиле.
О, освободи нас от нашего проклятья.
Вода и соль, Дева Мария...
Ниспошли нам свой дух...
О, освободи нас от нашего проклятья.
Святой Иосиф, Пресвятая Дева, освободите нас от наших бед.
Стойте вот так, стойте...
Майор, Альбанезе идёт сюда.
Ты уверен?
Я вижу одних только женщин.
Невероятно... это действительно он.
- Префект Мори был прав. - Альбанезе, бандит!
Предупредите кто-то префекта!
Уйдите! Назад!
Эчеленца, главарь бандитов Альбанезе сдался.
Снимите наручники.
Я бы не советовал этого, эчеленца.
Человек, который сдался, заслуживает нашего уважения.
Он признал государство и его законы.
Снимите их.
А теперь оставьте нас. Разойдитесь.
Твоя капитуляция делает тебе честь, но это только начало.
Здесь у меня важная цель.
И я не могу достичь своей цели без твоей помощи.
Мы должны освободить народ Ганджи от других бандитов.
Пьемонтезе...
Ты можешь ослепить меня, если захочешь. Можешь избить меня, если захочешь.
Отрезать мне яйца, если захочешь! Я никогда тебе не помогу!
- Такое могут сделать только твои бандиты. - Это верно.
Мы так делаем и вы называете нас бандитами. Вы же делаете многое другое.
Вы создаёте голод, болезни, войны, пожизненные сроки. Разве это не хуже?
Я сдался не потому, что хочу умолять тебя о чём-то,
или, чтобы показать свою слабость или, чтобы предать своих друзей.
Когда я увидел, как наши женщины на коленях умоляли всех святых,
это заставило меня понять, что меня больше не любят.
Бандит живёт, только если его народ любит его или боится его. Иначе он умирает.
И я пришёл сюда, чтобы умереть перед тобой,
только чтобы обменять свою жизнь на воду, в которой нуждается мой народ.
Таким образом, я могу сдержать последнее обещание, которое я дал себе.
Я должен просить у тебя одолжения: не позволь мне ни за что попасть в тюрьму.
Дай мне бритву или отраву...
Нет...
Я не могу этого сделать.
Если ты хочешь покончить с собой... тебе придётся сделать это одному.
Сыновья мои! Это конец!
Альбанезе был только одним из них. Нам всё ещё нужно поймать остальных.
Стоять! Кто идёт?
И если они не выйдут, мы не сможем их поймать.
Что там происходит?
Что с вами такое? Я мэр Ганджи.
Отведите меня к префекту Мори. Я должен поговорить с ним.
- Вперёд. - Давай, шевелись.
Эчеленца, мне удалось сбежать. Они настоящие дикие животные!
Другими словами, вы наконец-то поняли, в какую сторону дует ветер.
И вы пришли ради укрытия. Но мы здесь не предоставляем защиту.
Услуга за услугу.
Разумеется. Я помогу вам, если смогу, эчеленца.
Конечно, сможете. Давайте покончим с этим.
Я хочу, чтобы вы предоставили мне детальный план города.
И я не имею ввиду обычный его план.
Мне нужны все их секретные тоннели, которые вы позволили им вырыть.
Но... я не понимаю, эчеленца...
Вы не понимаете?
Что ж, в таком случае, я прикажу отвести вас под охраной обратно в город.
Нет! Один момент, момент...
Позвольте мне подумать... я попытаюсь.
- Хорошо, я попробую. - Это уже лучше.
Спано, принеси бумагу и ручку для мэра.
Завтра мы атакуем Ганджи.
Осторожно! Идёт армия!
Все, быстрее, прячьтесь! Идут солдаты.
- Что будем делать, эчеленца? - Пока ничего.
Здесь нам не нужны винтовки...
здесь больше подойдут кирки. Дайте это мне.
- Подвиньте это. - Да, эчеленца.
Я спущусь первый. Это моя ответственность.
Эчеленца, если вы не вернётесь через несколько минут,
- я спущусь за вами. - Хорошо.
Иди, ублюдок. Вперёд!
Они прячутся за стенами!
Поставьте тут охрану, полковник. А теперь остальные.
Да, эчеленца.
Выставить охрану.
- Где они прячутся? - Я не знаю.
Давай же, где они?
Клянусь Святой Девой, я не знаю, где они.
Какого чёрта ты делаешь? Кто приказал тебе это?
Ты даже хуже, чем эти бандиты! Вон!
- Что сказала тебе женщина? - Там.
Это здесь! Уберите отсюда коз!
Вытаскивай его!
Продолжайте.
- Прекратить огонь, они сдаются. - Мы сдаёмся!
На выход! Всем наружу! Станьте против стены!
Вперёд!
Эти бандиты всего лишь трусы.
Мужчины без чести, у них нет храбрости сражаться.
Они прячутся как мыши.
Что он сделал?
Эчеленца, он отказался принимать участие в бое.
Почему?
Эчеленца, как я могу? Здесь живёт мой брат. Я здесь родился.
Уведите его. Мне нужно будет имя этого офицера.
А что у нас здесь, полковник?
Мы ни за что не можем туда попасть, эчеленца. Там настоящий ад.
Давайте разберёмся с этим.
Эта семья скрывала их. Что будем делать с ними?
Оставьте их в покое.
Мы слышали, что там внутри целая семья бандитов:
отец, мать и сыновья. Они держат заложников,
и угрожают перерезать им глотки, если мы войдём.
Один из них пытался сбежать, но мы поймали его.
- Вы пытались взять их силой? - Нет, эчеленца...
мы не знаем, сколько их там или где именно они.
- Внутри там целый лабиринт тоннелей. - Что ж, скоро мы всё узнаем.
Я спущусь туда с 10 солдатами. Остальные оставайтесь здесь.
Он пойдём с нами.
- Я хочу сам их поймать! - Но, эчеленца, это слишком опасно!
Если они убьют вас, это будет смертельным ударом по закону.
Закон и так уже раздирается здесь на куски, в Ганджи, Спано.
Только победа сможет всё поставить на свои места... может быть.
Вперёд, следуйте за префектом.
- Это невероятно, эчеленца, они прячутся здесь как мыши! - Двигайся!
Разойдитесь, не сбивайтесь в кучу.
Приведите сюда ублюдка!
- Вы негодяи, сдавайтесь. - Нет, отец!
Убийцы, сдавайтесь!
Мы разорвём вас на куски! Мы сожжём вас живьём!
Стреляйте!
У вас не будет могил, как у животных!
Нет, отец, не слушай его!
Вы просто трусы! Убийцы! Не заставляйте меня убивать вашего сына!
Нет, не слушай его! Отец, стреляй. Убей его!
Мы сдаёмся!
Я граф де Каро. Долгой жизни карабинерам.
Долгой жизни карабинерам. Наконец-то, вы пришли, чтобы освободить меня. Долгой вам жизни!
Обезоружить всех. Всем стать у стены.
- Вы готовы к снимку? - Да.
Вы готовы?
Погодите, сержант, куда вы идёте?
Станьте рядом с бандитом.
Я сделаю прекрасный снимок.
Юность (Giovinezza) — поют гимн итальянской Национальной фашистской партии.
А вот и они. Довольно-таки быстро они приехали.
Готов поспорить, что завтра утром во всех газетах будет статья о том,
что это фашисты очистили Ганджи?
Мы ликвидировали бандитов...
а теперь пришло время позаботиться и о "синьорах".
Вижу, вы уже слышали новости.
Как я мог не слышать?
Имя Мори стало практически нарицательным в Америке.
Американские журналисты пишут, что им нужен такой человек,
чтобы очистить Нью-Йорк и Чикаго.
Мы получаем письма от всех американских сицилийцев,
они не рады, какая слава ходит теперь про Сицилию.
Если ты сицилиец, тебя автоматически считают мафиози.
Мне кажется, пришло время, чтобы правительство вмешалось и восстановило доброе имя Сицилии.
Правительство наблюдает. Барон, незачем беспокоиться, мы наблюдаем.
Что происходит?
Это злоупотребление властью! Вы разрушаете меня!
Я доложу на вас в самые высшие инстанции.
Это отрытое нарушение!
Докладывайте обо мне, кому пожелаете.
Убирайтесь отсюда и дайте мне работать.
Все ваши записи - это гора мошенничества.
Не прикасайтесь ко мне. Как вы смеете со мной так обращаться?
Отпустите меня, отпустите меня!
Вот, эчеленца. Выпейте воды.
Здесь так много пыли... вам пойдёт это на пользу.
Взгляни на это, Спано.
Но, это же барон... А здесь и генерал...
С такими доказательствами мы должны арестовать пол Сицилии.
Я ждал 10 лет такую возможность. Позвольте мне разобраться с этим.
Я хочу, чтобы вы арестовали всех их, Спано.
От самого низшего... и до самого высшего из них.
Не останавливайся, пой.
Вероятно, это костюмированная вечеринка.
Онофрио Исузио, Николо Андалоро, Николо Феррарелло,
Каталдо Патерно, Каложеро Бенчивенни, Франческо Пулвино,
Джузеппе Амадоре, Джиролами Аммирата.
Во имя Его Величества, вы арестованы.
Арестовать всех.
Как вы смеете? Уберите свои руки от меня. Я барон, вы понимаете?
Барон, ублюдок ты! Наручники на него.
- Вы делаете очень глупые вещи. - Это мы решим на суде.
Пошли.
В вашем случае, генерал, я бы предпочёл избежать наручников.
Вы проследуете за мной?
Я благодарен вам. Я в вашем распоряжении.
Это фарс!
Всё это из-за него! Он хочет впечатлить правительство.
Кто знает? Может, он хочет стать королём Италии?
И вы веселитесь, арестовывая всех этих синьоров.
Я бы хотел передать ему послание,
что мы не какие-то дешёвые, второстепенные бандиты,
как те, которых он арестовал в Ганджи.
У нас есть важные друзья в Риме.
Они тоже нас знают и они уважают нас.
Эти руки не сделаны для тюрьмы!
Тюрьма никогда не испугает людей чести!
Это предатели должны бояться!
Те, кто предал нас!
Не опускай свои чистые ручки, Патерно!
Держи их у себя над головой, как вор, который пойман с поличным!
Мори... я скоро выйду. И ты заплатишь за эту ошибку!
Это ты заплатишь за всё.
Вон там, люди всего Палермо ждут...
чтобы увидеть тебя арестованного, с наручниками на запястьях.
А теперь уведите его. Уведите его отсюда!
И остальных тоже. Вон!
Эчеленца, извините меня.
Это будет первый суд в Палермо...
со времён вашей триумфальной кампании против бандитов.
Наши читатели спрашивают, почему такие суды не устраивают...
в другой части страны, чтобы избежать предвзятого суда,
учитывая напряжённую обстановку в городе в данный момент?
Суд больше не будет меняться. Чтобы избежать предвзятого суда...
все процессы будут происходить здесь, в Сицилии.
- Сицилийцы должны сами выступать в роли судей. - Я сказал тишина!
Секретарь суда, приведите Кармело Ло Скьяво.
Кармело Ло Скьяво.
Кармело Ло Скьяво, помните, что вы под присягой.
Итак, Спано, целый год работы пропадёт даром, если сейчас он откажется.
Ваша честь, я бы хотел спросить у свидетеля, Ло Скьяво,
есть ли среди подсудимых в этом зале суда
человек, который угрожал убить его, если он не вернётся на работу?
- Да, ваша честь. - Тогда опознайте его.
Я узнал его... да, это он: Франческо Дино.
НЕТ! Он лжёт! Ваша честь, он лжёт! Я невиновен!
Посадите его за решётку!
Вы не можете так поступить со мной! Старик лжёт! Меня оклеветали!
Это невероятный результат!
Опознаний не было последних 20 лет,
особенно на судах Ассизы.
Невероятно! Отныне никто не будет бояться выйти вперёд и дать показания.
Посмотрите на судью, он потерял дар речи.
- Теперь мы можем уйти. - Да хранит вас господь, эчеленца.
- Моё почтение, эчеленца. - Идём.
Я бы предпочёл, эчеленца,
устраивать их транспортировку при меньшем количестве зрителей.
За последние несколько дней
я получил некую информацию из Рима, которая имеет непосредственное отношение... к нам.
Правительство не очень довольно нами...
и с вашими радикальными действиями.
Возможно, они бы предпочти больше дыма и меньше огня?
В принципе, правительство предпочло иметь прессу в своих руках,
чем проводить специфические расследования.
Очевидно, они боятся, что подобные расследования могут привести к ним.
Первый взвод, к докам.
Второй взвод, проверить набережную.
Назад, всем назад!
Каложеро Бенчивенни...
Николо Феррарелло...
Франческо Пулвино...
Талальдо Патерно...
Джузеппе Амадоре...
Джироламо Аммирата...
Тонино Альбанезе...
Ванни Дино...
Франческо Дино...
Винченцо Торрини...
Кармело Дино...
Джузеппе Феррарелло...
- Салюте Дуче (римский салют). - Добрый вечер, синьор заместитель.
Зрелище, достойное пера Д'Аннунцио,
или цвета холста Болдини.
Зрелище настолько сильное, насколько и лирическое. Зрелище, достойное фашизма.
Проверить набережную.
Помните Карузо, шляпочника из Катании?
Что ж, он умер две недели назад.
Вот копия его завещания.
Он оставил всё тому дому для престарелых, в котором он жил.
И посмотрите, кто его душеприказчик: синьор Галли, заместитель в фашистской партии.
В этот раз он попался, Спано.
Узнай, где Галли находится и не позволь ему увидеть тебя.
Это он дёргает за ниточки.
Езжай в офис государственного прокурора...
скажи ему, что мне нужен полный ордер на арест Галли.
И скажи ему, что в моё распоряжении есть документы,
которые позволят мне доказать его связь между
фашистскими властями и местной мафией... а теперь иди.
- Отпусти меня, сукин сын! - Бросай, бросай! Иначе...! Бросай!
Они убили префекта!
Стоять. Я хочу, чтобы вы все вошли сюда.
Двигайтесь, вперёд. Все внутрь!
Давайте. Все внутрь!
Гамбини, закрой за собой дверь.
Нам увести его, эчеленца?
Стойте все на своих местах.
- Бентини! - К вашим приказам, эчеленца.
К чьим приказам, Бентини? - Вызывайте начальника полиции.
А теперь... кое-кто скажет мне, кто из вас кричал...
"Они убили префекта"? Кто это был?
Хм... Итак, я так понимаю, Галли перепродал земельный участок,
который Карузо оставил дому престарелых?
Да, эчеленца, правильно. И всё было в рамках закона.
Но кому он его продал? Тут этого не указано.
Досье Галли, пожалуйста. Ты помнишь?
Итак?
Эчеленца, досье Галли помечено как "конфиденциально".
Помните, что вы говорите с префектом Мори.
Насколько я осведомлён, нет частных досье.
Если, конечно, в этом досье не замешан кто-то...
более влиятельный?
Вот, как всё обстоит? Кто?
Эм... его превосходительство, министр внутренних дел.
Я хочу знать, что тут происходит.
Эчеленца, эта земля была продана государству,
и они собираются построить там аэропорт,
и новую штаб-кваритиру для фашистской партии.
А где счёт продажи?
В Риме. Мы ждём, чтобы они прислали нам копию.
Какую цену они заплатили?
Сколько государство заплатило за украденную землю?
Я не знаю, эчеленца. Ходят слухи...
- Какие слухи? - Говорят, что...
- Итак, что же говорят? - Говорят, что 1000 за квадратный метр.
Где Галли?
Слишком поздно, эчеленца. Кажется, он исчез.
Говорят, он в Риме и что его вызвал министр внутренних дел.
Можете идти.
Товарищи. День света приветствует новую эру.
Обещание, которое фашизм дал Сицилии сдержало до последнего слова.
Вековая преступность, которая была проклятьем этого острова
теперь уничтожена.
И всё благодаря одному человеку,
человеку, который завоевал уважение всего мира,
который заслужил своё место в истории,
и чьи достижения уже стали легендами!
Его превосходительство, префект Мори!
Его невероятные навыки уже выгравированы...
похвалой Дуче.
И сегодня вознаграждены, назначением его сенатором,
что ведёт его в Рим, чтобы сидеть среди отцов нации.
Глава правительства не забыл и молодых фашистских солдат,
которые никогда не бросали его превосходительство Мори.
И их мужественный лидер Галли
на этом щедром острове Сицилия
будет продолжать работу сенатора Чезаре Мори.
- Поздравляю, товарищ Галли. - Я салютую Дуче.
Преподобный, начинайте.
Нет, не жмите мне руку...
давайте отсалютуем в римском стиле.
- Так будет более подобающе. - Как же вы правы, сенатор.
Сенатор Мори!
- Извините, эчеленца. - А, Спано.
С вашего позволения, я бы хотел воспользоваться возможностью попрощаться с вами, эчеленца.
- Как вы себя чувствуете? - А как, по-твоему, я должен чувствовать?
Я похож на хирурга, который делал свою операцию,
но не закончил её...
что вызвало страдание пациента.
Люди здесь запомнят меня только за ту боль, что я причинил.
- Нет, не говорите этого, эчеленца. - Это правда, Спано.
И не останется даже никаких шрамов...
А, кстати, я хотел поздравить тебя,
слышал о твоём повышении.
Да, моё повышение... кто знает, зачем они это сделали?
В любом случае, я решил, что с меня достаточно, эчеленца.
Я иду в отставку. С вами я служил государству,
а кучка злодеев, которая сейчас у власти, они не государство.
Если вы не против, я скажу, что мы сделали кардинальную ошибку.
Мы забыли, что мафия - это шлюха, которая продаёт себя тому, у кого больше власти.
И эта ошибка сыграла свою роль.
В любом случае, есть много других занятий в мире.
Я не могу сказать, что я согласен с твоим решением, но ты заслужил моё уважение.
В этом мире всегда трагически не хватает таких людей, как ты.
- Я только исполняю свой долг. - До встречи, Спано.
Спасибо, эчеленца. Спасибо...
- Быстрее... - Не беги! Что мы делаем?
- Быстрее! - Подожди!
Давай, быстрее. Ну же.
Мама! Мама!
Бери его, быстрее!
Мама!
Русские субтитры от sonnyb. 14/07/2013