Война цветов
Ёсихиса в храме Мёоин в Кацурагаве затворился для молитвы,
и сейчас я отправляюсь за ним.
Храм Мёоин в Кацурагаве находится в горах на севере города Оцу в префектуре Сига.
Город Оцу Кацурагава
Озеро Бива
Храм Мёоин
Начиная с эпохи Хэйан этот храм стал известным центром духовных практик.
С древности множество людей приходили сюда молиться
затворничество для молитвы
богу-стражу Фудо (Фудо-мёо), проводили в затворничестве семь дней,
Текст от автора читает Найто Кэйси
а по окончании моления жертвовали храму таблички.
Жертвенная табличка Асикаги Ёсихисы
Среди них остались таблички когда-то молившегося здесь сёгуна Асикаги Ёсихисы
Жертвенная табличка Хино Томико
и его матери, Хино Томико.
Из Киото до храма Мёоин
Томико предстояло преодолеть примерно 40 км пути через горы.
ВОЙНА ЦВЕТОВ
Часть 33 СЕРЕБРЯНЫЙ СОН
Автор сценария Итикава Синъити
Композитор Саэгуса Сигэаки
В ролях:
Хино Томико / рассказчица – Мита Ёсико
Асикага Ёсимаса – Итикава Дандзюро
Иккю Содзюн – Окуда Эйдзи
Хонэкава Докэн – Ру Осиба
Асикага Ёсихиса – Мацуока Масахиро
Хино Томико (в юности) – Мацу Такако
Дзэнъами – Оримото Дзюнкити
Токудайдзи Кёко – Катасэ Рино
Китиами – Сода Иппэй Кайами – Нисимура Дзюндзи
Исэ Садамунэ – Нагамори Масато Сима – Фудзи Нацуко
Хино Масако – Эгути Томоми Аи – Уэхара Кэйко Сино – Сакураги Хироко
Кадзюдзи Норихидэ – Мидзуно Сунэхико Райко – Гундзи Масато Кумоскэ – Ёсидзава Масато
Монах – Итихара Таканобу Цубаки – Мурасима Аяка Хино Томико (в детстве) – Оно Асана
Синдзися – Дан Фуми
Режиссер Кобаяси Такэси
Девятый сёгун Асикага Ёсихиса
«Господин моих снов...»
"Та, кто находится здесь, – это матушка?"
Мать сёгуна Хино Томико
Ёсихиса...
Твой голос
я слышу из глубин своего существа...
"Так вот где я – в глубинах ее существа..."
Вы наконец вернулись...
Больше никуда не уходите.
Матушка?
Вы пришли за мной?
Позвольте мне тоже помолиться вместе с вами.
Значит, вы получили мое сообщение?
Госпожа Синдзися передала мне его.
Значит, ту слепую зовут Синдзися?
Мы с ней как инь и ян,
как свет и тень связаны судьбой.
То, что вы с ней встретились,
никоим образом не случайность.
Я тревожилась за вас, и, наверное,
мои молитвы связали вас с ней.
А та слепая сказала, что это преподобный Иккю меня привел.
Святой отец Иккю тоже был вместе с ней?
Да.
До меня донеслись звуки музыки, и когда, привлеченный ими, я подошел,
эта слепая рядом с мертвым телом преподобного Иккю
играла на флейте.
С мертвым телом святого отца Иккю?
Святой отец скончался?
Я сам копал ему могилу и вместе с госпожой Синдзися молился за упокой его души.
Что?
«Томико...»
«Не хочешь снова взять меня за руку»
«и вернуться в поместье Цубаки?»
«Ты назвала Синдзё своим вторым я...»
«Наконец ты прозрела...»
Святой отец!
Дворец Огава, восточные покои
Спасибо, что сообщила мне о Ёсихисе.
Это господин Иккю его привел.
Он скончался по дороге в столицу...
Сёгун в отставке Асикага Ёсимаса
Неужели у господина Иккю было в столице настолько важное дело?
Синдзися (Синдзё)
Он хотел лично поведать ее высочеству
о бедственном положении поместья Цубаки,
но теперь уже ничего нельзя поделать.
Вольные земли начиная с поместья Цубаки –
головная боль сёгуната.
Что ж...
Будь жив господин Иккю,
какой выход из положения он указал бы?
Теперь и нам, и поместью Цубаки
ничего не остается, как вверить себя течению времени.
Судьба этого мира печальна...
Синдзё,
прежде чем Томико и Ёсихиса вернутся из храма Мёоин,
я хочу покинуть дворец Огава.
Куда же вы направитесь?
Мне хотелось бы затвориться в деревне Ивакура,
что к северу от Киото, в горной обители Нагатани.
Хотя я и передал пост сёгуна,
пока нахожусь поблизости от Томико и Ёсихисы,
меня поневоле втягивают в политику.
А я вовсе не так привержен власти, как им кажется.
В Нагатани я возьму с собой лишь нескольких доверенных людей и садовников.
Поселю их вблизи обители.
Ну как, Синдзё,
не хочешь побыть возле меня какое-то время?
Моя жизнь изначально переменчива.
Теперь, когда я потеряла господина Иккю, мне некуда идти.
Коль скоро ваше высочество выражаете такое намерение,
позвольте мне сопровождать вас.
Когда я впервые встретил тебя,
я солгал, назвавшись монахом-отшельником Тоами.
Но теперь эта ложь наконец перестанет быть ложью.
В 11 месяце 13 года эры Буммэй (1481)
князь Ёсимаса покинул дворец Огава,
где прожил пять лет после пожара во Дворце цветов,
и перебрался в горную обитель Нагатани к северу от Киото.
Его высочество распорядился, чтобы после его переезда в Нагатани
сёгун из временного дворца, моей усадьбы,
Глава политического ведомства Исэ Садамунэ
переселился в восточные покои дворца Огава.
Он освобождает для Ёсихисы восточные покои?
Да.
Это я вынудил отца уехать.
Я отправлюсь за ним в деревню Ивакура.
Ёсихиса!
Даже если вы отправитесь за ним, ваш отец не вернется.
Если вы хотите его отблагодарить, прежде всего
вы должны стать достойным сёгуном и затмить своего отца.
Ведь именно с этой целью ваш отец
уступил вам
собственный дворец.
Ёсихиса...
В деревню Ивакура, чтобы вернуть его высочество,
вместо вас, его сына, хотела бы поехать я, его жена.
Но я не поеду.
Своему мужу я предпочла вас, своего сына.
Чтобы посадить сына на место девятого сёгуна,
я поставила жизнь на карту,
пролила кровь множества людей.
Всей душой желая, чтобы мой сын стал сёгуном,
я подняла смуту,
враждовала с мужем и родичами, отреклась даже от поместья Цубаки...
Но всё это неважно...
Если вы
станете достойным человеком, которого будут почитать как прославленного сёгуна,
я ни о чем не буду жалеть.
Прошу вас,
не заставляйте меня сожалеть о том, что я прожила жизнь демона.
Пожалуйста, не заставляйте меня раскаиваться...
Матушка!
14 год эры Буммэй (1482), весна
Горная обитель Нагатани
Ну что, каждое утро встаем ни свет ни заря?
Садовник Дзэнъами
О, как вкусно пахнет!
Доброе утро!
Китиами, Кайами, вы тоже здесь заночевали?
Да. Вчера после поэтического вечера мы вчетвером
беседовали о китайской живописи.
Как-то незаметно засиделись допоздна,
и госпожа Синдзися любезно разрешила нам переночевать здесь.
Я сейчас принесу вам завтрак.
Не нужно нести, я здесь поем.
Давайте сядем в кружок и все вместе поедим.
Мы не посмеем...
Здесь же не дворец.
Не нужно церемониться.
Садитесь в кружок.
И что же вы обсуждали в беседе о китайской живописи?
Мы высказывали свои предположения о том, кто будет расписывать перегородки
в загородной усадьбе Хигасияма, которую ваше высочество собираетесь построить.
Вот как... И что же, какой художник лучше?
Здесь наши мнения разошлись.
У меня уже есть кое-кто на примете.
Угадайте, кто.
Дзэнъами, ты за кого?
Прежде всего,
может быть, это лучший ученик господина Огури Сотана – Кано Масанобу?
А я бы сказал – Кисэй Рэйгэн, он тщательнее прорабатывает детали.
Нет, ни тот, ни другой.
Мы не угадали?
Синдзё, а ты бы кого выбрала?
Я? Никого.
Скажи. Если угадаешь, о каком художнике я думаю,
в награду обещаю исполнить любое твое желание.
Полагаюсь на твой духовный взор.
Ну как?
Мне нравится господин Сэссю.
Синдзё, скажи, какое у тебя есть желание?
Сэссю?
Я уже давно собираюсь поручить ему
роспись загородной усадьбы Хигасияма.
Госпожа Синдзё, пока его высочество не передумал,
говорите любое свое желание.
Проси что угодно.
Тогда у меня есть одна просьба.
Какая?
Мне очень неловко,
но я хотела бы попросить ваше высочество нарубить дров.
Нарубить дров?
Мне слепота не позволяет рубить дрова,
а все, кто сюда приходит, старше вашего высочества,
и, хотя я их прошу, всячески стараются этого избежать.
Ну-ну, просить его высочество рубить дрова – это уж чересчур.
Давайте я нарублю.
Ничего-ничего. Раз это желание Синдзё, я его исполню.
Как-никак изначально я глава воинского сословия.
Если не справлюсь с таким противником, как дрова, стыд мне и позор.
Так, это кто у нас будет?
Может быть, господин Ямана Содзэн?
Я буду только рад сразиться с таким противником, как Содзэн.
Держись, Содзэн!
Превосходно!
Кто следующий?
Господин Хосокава Кацумото.
Держись, Кацумото!
Так, готово! Кто следующий?
Господин Оути Масахиро...
Отец...
А, вот и мой сын.
И госпожа Масако здесь.
Хорошо, что вы приехали вместе.
Какая она, супруга сёгуна?
Как и следовало ожидать от госпожи из рода Хино.
Кого-то она мне смутно напоминает.
Она похожа на ее высочество?
Нет. Если уж говорить, на кого, то на вас.
На меня?
В последнее время иногда сердце прихватывает...
Больно?
Пока не увижу загородную усадьбу его высочества в Хигасияме,
мне нельзя умирать.
Пить сакэ, налитое моим сыном, весьма необычно.
Я тоже впервые принимаю чарку из рук отца.
Что скажете, госпожа Масако, какой муж Ёсихиса?
Можешь говорить без стеснения.
После нашей свадьбы еще и двух месяцев не прошло.
Супруга сёгуна Хино Масако
У нас пока не было времени не спеша побеседовать с его высочеством.
Как это – за два месяца муж с женой даже не поговорили?
Сейчас я усердно занимаюсь стрельбой из лука, верховой ездой
и другими воинскими искусствами, так что у меня совсем нет свободного времени.
Занимаешься воинскими искусствами?
Став сёгуном, я должен стараться восстановить влияние сёгуната.
Воинским искусством ты сможешь возродить сёгунат?
Как глава воинского сословия я должен рано или поздно
облачиться в доспехи и шлем и выехать на поле боя –
вот мой истинный путь.
Какие смелые устремления...
Я вырос
под колыбельные из боевых кличей воинов и топота боевых коней
и своими глазами видел бессилие великой справедливости,
не поддержанной силой оружия.
Дети вырастают, глядя на своих родителей.
Мой отец, князь Ёсинори,
злоупотребляя влиянием сёгуна,
творил ужасный произвол,
причинял невыносимые страдания народу и в конце концов
пал от рук своих подданных.
Я с детских лет
дал себе слово, что не стану таким сёгуном, как отец.
Я полагался на мнение главного советника и старейшин,
не вмешивался в права наследования в знатных семьях,
старался по возможности поручить дела правления им.
И что в итоге?
Все главные правящие семьи
погрязли в распрях за право наследования
и развернули борьбу за владения,
которая в конце концов переросла в войну Онин.
Так что ты видишь перед собой совершенно никчемного отца,
который оказался беспомощным сёгуном.
Ты, в свою очередь, осознал,
что восстанавливать влияние сёгуната надлежит военной силой.
Ты во что бы то ни стало
стремишься стать идеальным сёгуном?
В любом случае, если ты желаешь уподобиться
сёгунам былых времен,
тебе ничего не остается, как идти тем путем, в который веришь.
Его высочество рубил дрова?
В самом деле, невероятное зрелище.
Мой муж рубил дрова?..
Хотелось бы и мне увидеть это своими глазами.
Замечательно...
Замечательно!
Матушка, вы тоже найдите случай навестить отца.
Да. Тогда я тоже помогу ему рубить дрова.
Прошу прощения.
Только что пожаловал императорский докладчик, господин Кадзюдзи Норихидэ.
Прибыл?
Позволю себе выразить беспокойство тем, что восстановление
императорского дворца осуществляется крайне медленно.
Если восстановление дворца не будет продвигаться,
император грозит удалиться в свои владения, в уединенное горное жилище,
Императорский докладчик Кадзюдзи Норихидэ
и стать отшельником.
Император отречется от престола?
Даже если это противоречит
воле сёгуна и ее высочества, государь не изменит своего решения.
Если император будет ставить нам такие условия,
и двор, и сёгунат станут посмешищем для всей страны.
Полагаю, его величеству необходимо
успокоиться и еще немного подождать.
Да.
Что касается средств на восстановление императорского дворца,
как только по всей стране установится мир и мы начнем
собирать налоги в прежнем объеме,
я хотела бы предоставить эти средства из нашей казны.
Мы ни в коем случае не относимся небрежно к нуждам императора.
Господин докладчик, прошу вас
в точности передать мои слова
его величеству.
Это усадьба отставного сёгуна? Бедновато выглядит.
Никакой охраны не видать.
Хонэкава Докэн
В самый раз для нас.
Хоть он и строит из себя отшельника, всё ж таки он отставной сёгун.
Небось, найдется у него и драгоценный меч, и парочка китайских кувшинов.
Глянуть, что ли, как там дела в доме?
– Ждите здесь. – Ага.
Синдзё?
Кто здесь?
Это я, Докэн.
Господин Докэн...
Как я рада, что вы меня навестили!
А?
От кого вы узнали, что я здесь?
Да ни от кого, просто слухи носились...
Вы по-прежнему глава пехотинцев?
Нет. В столице война кончилась,
пехотинцы больше не нужны.
Только почему-то никак не могу покинуть столицу.
Всё мне кажется, что где-то в этих краях я смогу отыскать Хотаруби.
Госпожи Хотаруби в столице нет.
Что?
Ты знаешь, где Хотаруби?
Знаешь?
Расскажи мне!
Где Хотаруби?
Вы опять своим буйством будете причинять ей страдания, так что извините...
Да я вон уже до седых волос дожил.
Ей тоже уже лет немало.
Больше я не буду буянить.
Просто хочу на нее одним глазком взглянуть.
А еще, если возможно, мне хотелось бы жить возле нее.
Если ей неприятно, я не стану силой ее принуждать.
Это я обещаю.
Госпожа Хотаруби живет в поместье Цубаки на юге Ямасиро.
Поместье Цубаки?
Спасибо, Синдзё!
– Идем в поместье Цубаки. – Что?
– Какое еще поместье Цубаки? – А здесь-то что?
Видать, денег нет.
Китиами еще не вернулся?
Я слышу шаги...
Я вернулся.
Как Дзэнъами себя чувствует?
Лекарство, присланное вашим высочеством, он уже не принимает.
Похоже, близится его последний час.
Теперь, когда макет усадьбы наконец готов,
неужели он уйдет, так и не увидев его?
Кашу, что я приносила ему утром и вечером, он со вчерашнего дня не ел.
Я обещала сегодня вечером сыграть ему на флейте.
Если ваше высочество хотите что-нибудь ему сказать, я передам.
Я хочу показать ему этот ящик.
Китиами... Все вместе не отнесете его к Дзэнъами?
Да.
– Я тоже его навещу. – Ваше высочество лично пойдете?
Мне нужно было пойти к нему раньше.
Прости, Дзэнъами...
Это храм Тогудо.
В нем будут книгохранилище и мой рабочий кабинет.
Это храм богини Каннон.
Воистину это райская земля...
Эту загородную усадьбу Хигасияма создали мы с тобой.
Когда придет весна, я прикажу начать сооружение сада.
В этой усадьбе господствует сад.
Тебе никак нельзя болеть.
Так много лет прошло...
В тяжелые для меня дни
только когда мы с тобой возились с этим ящиком,
я находил краткие минуты покоя.
Если вдуматься, только этот сад в ящике
был моим единственным прибежищем.
Ваше высочество,
не доверяйте другим обустраивать этот сад.
Конечно. Разве кто-нибудь, кроме тебя, может это сделать?
Потому-то я и говорю, что если ты не поправишься, мне будет нелегко.
Я слышал, ты не принимаешь присланное мной лекарство?
Сейчас приму.
– Примешь? – Приму.
– Вон оно. – Вот это?
Ну-ка, давай...
Вот и молодец, выпил, отлично...
Хочу сказать вам по секрету...
Возле храма Тодзиин есть сосна с красивыми ветвями.
Хорошо бы пересадить ее в этот сад.
В храме Тодзиин? Хорошо, доверь это мне.
А еще в Рокуондзи хорошие садовые камни.
Что? Выкрасть садовые камни из Рокуондзи?
Хорошо, хорошо. Я понял.
Тебе пора ложиться.
Что ж, утром опять поговорим спокойно.
Что-то еще...
Чего-то не хватает?
Что же это?
Дзэнъами...
Храм Каннон, залитый лунным светом, сияет серебром.
Верно! Серебро!
Павильон в Рокуондзи, покрытый золотой фольгой,
освещенный ночными огнями, испускает золотое сияние.
А этому храму Каннон подходит лунный свет.
Серебряная фольга!
Нужно покрыть храм Каннон серебряной фольгой!
Дзэнъами...
Дзэнъами?
Дзэнъами...
Дзэнъами!
15 год эры Буммэй (1483), весна
Разрешите доложить! Его высочество обложил князей всех провинций
чрезвычайным налогом на строительство загородной усадьбы в Хигасияме.
Что?
Кроме того, в провинции Ямасиро он ввел дополнительный налог на строительство.
Нет!
Сейчас необходимо в первую очередь
восстановить императорский дворец, а не строить загородную усадьбу.
Мне не удастся оправдаться перед императором.
Я сейчас же отправлюсь в горную обитель Нагатани
и попрошу его высочество отменить чрезвычайный налог.
Если пойдете вы, вероятнее всего, он к вам не прислушается.
В горную обитель Нагатани отправлюсь я.
Немедленно всё подготовьте.
Есть!
Его высочество сегодня плохо себя чувствует.
Он говорит, что никого не хочет видеть.
Прибыла его супруга.
Он даже с ней не встретится?
Прошу прощения.
Конец 33 части СЕРЕБРЯНЫЙ СОН Перевод с японского morgenstern3 Редактирование и корректура Yaguarundi