ЛУКА ДЗИНГАРЕТТИ
ИЗАБЕЛЛА РАГОНЕЗЕ
АННА БОНАЮТО
БАРБОРА БОБУЛОВА
– Бруно. – Привет, Пьяцца.
Заходи.
Почему ты ко мне раньше не пришел?
Хотел сначала проверить мои предположения.
– И что ты предполагаешь? – Теперь я в этом уверен.
В моей тюрьме...
действует джихадистская ячейка.
Что это?
Копия «1001 ночи». Книги напечатаны в Сан-Микеле.
С ее помощью они общаются с волей.
Хорошо, я отправлю это в работу.
Спасибо.
Это действительно важно.
Я знаю.
Не беспокойся.
Есть еще одна проблема, с которой ты должен мне помочь.
Думаю, пользы от трояна больше нет.
Конечно.
Но сцена, которую он мне закатил, кое о чем говорит.
– О чем? – Ну....
Невиновный не скажет:
«Не суй нос в мои дела».
Он скорее возмутится и спросит:
«И что же ты нарыла?»
Ясно, тогда спрошу я, что ты нашла?
Ты его чуть ли не в туалет провожала.
– Что у тебя есть? – Он очень осторожен. Слишком осторожен.
Но с тем, что мы нашли, можно восстановить события.
Минута за минутой.
От смерти Йаккарино до смерти Лацковича.
Двое суток.
С той секунды, когда Тестори находит мертвым своего лучшего друга,
до момента, когда умирает его убийца.
Ты будешь доволен.
Я займусь делом об убийстве...
и забуду про методы Тестори, как ты и хочешь.
Поверь, сейчас «доволен» – это совсем не про меня.
Ты должна закрыть дело, Лаура.
– Кто это решил? – Я.
Для суда у тебя полный ноль.
Быть осторожным – не преступление.
Мне жаль, но дело уходит в архив. У нас ничего нет.
– Это не твое решение. – Конечно мое.
Я тебя знаю.
Ты трусоват, но не идиот.
И ты знаешь, что это дело закрывать нельзя.
Во-первых, я твой шеф.
Извини, если обидела, но ты должен был к этому привыкнуть.
Во-вторых, я решаю, какими делами тебе заниматься, а какими – нет.
Этим ты не занимаешься!
Прости, но ты, похоже, зациклилась на этом деле.
Есть труп. Есть убийца.
– И есть самоубийство. – Ну да, конечно.
Даже не знаю, почему я тут оправдываюсь.
Я знаю. Потому что сам не веришь в то, что говоришь.
Я пойду.
Мне жаль, что так с твоим другом...
КОРОЛЬ
Арис, на выход.
Что случилось?
Тебя временно переводят.
Зачем мы здесь?
Он сказал, что должен с нами поговорить. Здесь надежнее.
Я обратился к спецслужбам.
Мы знаем про убийство лидера джихада.
И это сильно повлияло, не знаю как и почему,
на то, что здесь происходит.
Теперь у спецслужб есть доступ к нашей системе наблюдения.
Они будут внедряться к заключенным, если уже не сделали этого.
Их задача – найти и обезвредить вирус, проникнувший в Сан-Микеле.
Наша – обеспечить функционирование тюрьмы.
Так, как нам нужно. Это не меняется.
Спасибо.
Понятно.
– Да? – Пирас.
Заходи.
Доброе утро.
Почему ты никому не даешь покоя?
О чем ты, Пирас?
О новых дежурствах в прачечной?
Я бы с радостью этим не занималась.
Но меня бесит,
когда наши люди делают вещи похуже, чем заключенные.
Хочешь знать, сколько у нас выходит?
Нет.
500 евро в месяц.
Плюс-минус. Директор не получает ни хрена, если интересно.
Не интересно.
Хочешь знать, что я делаю с этими деньгами?
Нет.
Я плачу няньке моих детей,
потому что я всё время здесь и их почти не вижу.
Еще скажи, что тебе без этого на жизнь не хватает.
Мне не хватает, чтобы жить немного лучше.
Я не говорю про новую машину или отпуск на Карибах.
Я за месяц получаю столько, сколько они за пару недель.
Никто тут не разбогател.
Мы просто хотим, чтобы все выжили.
И да, мы получаем бабки.
И что плохого, если каждый получит лишние 500 евро?
Это не плохо. Это неправильно.
Неправильно. Конечно.
А всё остальное в этом мире правильно, да?
Твои доводы работают только здесь.
В реальном мире они не стоят ни хрена.
Скажи, кто тебя подучил?
Директор?
– Как прошло? – Плохо.
Упрямая как осел.
Сдайся она сразу, я бы удивился. Дадим ей время.
А пока приведи Амира в театр, только по-тихому.
Хочу выяснить, что он об этом знает.
Вроде этим спецслужбы теперь занимаются?
Пирас, давай, приведи его.
Минутку.
Амир, пойдем на кухню, какая-то проблема с мясом.
Они не знают, можете ли вы его есть.
– Я же дал полный список? – Похоже, им этого мало.
Ты идешь?
– Да. – Вперед.
Мы потом договорим.
Но на кухню сюда.
Пошли, Амир.
Г-н директор, что случилось?
Садись, Амир.
Я позвал тебя сюда, чтобы тебя не убили, как Ибрагима.
Ты не знал?
Кто его убил?
Не знаю.
Да пребудет с ним Аллах.
Но почему?
Думаю, потому что я попросил его помочь.
А теперь Вы хотите попросить меня.
Если хоть слово из того, что я скажу, выйдет за эти стены,
я сам лично тебя убью.
Ясно?
Среди ваших кто-то занимается джихадистской пропагандой.
– Это невозможно. – Это не вопрос.
Это утверждение.
Найди его и приведи ко мне.
Я знаю всех братьев, всех и каждого.
Я не верю, что кто-то из них пропагандирует джихад.
Амир, ты в тюрьме потому,
что однажды уже недооценил такую возможность.
Я здесь потому,
что кто-то убедил одного из членов моей общины,
что Аллах приказал ему...
в один прекрасный день расстрелять людей в парке.
Для судьи этим кем-то был ты.
Но Вы так не думаете. Иначе нас бы тут не было.
Да, я так не думаю.
Но кто-то снова хочет ввести вас в заблуждение.
Узнай, кто это, Амир.
Идем.
Прости, я не хотел тебя будить.
– Еще рано. Ты уходишь? – Да.
– Твой скутер не заводится. – Угадала.
Опять.
Почему? Что случилось?
Ничего. Наверное, сломалось что-то.
Я поеду на 06:45, а то опоздаю. Пока.
Подожди.
Посиди, я тебя отвезу.
Ты уверена?
Но сначала... кофе.
Так, я не поняла, что со скутером?
Коленвал полетел.
Он дороже меня стоит.
Не понимаю, как он сломался.
– Ну? Что там? – А что должно быть?
Вон у того ломка началась.
Скажи своим начальникам. Ломка может плохо кончиться.
– Они мне не начальники. – Да ну?
Когда ломка, лучше поесть.
На хрена мне эта бурда?
Когда всё это кончится?
Мы работать не можем.
Здесь у нас куча врагов и только два друга.
Время и терпение. Подружись с ними.
С комендантшей нужно терпение.
– Пусть поварится в собственном соку. – Как осьминог.
Точно.
У тебя проблемы?
У меня – нет.
Кроме того, что мы теряем кучу денег.
Бабки мы вернем.
– Подумай о своем здоровье, Фарид. – Сделай лучше еще кофейку.
Ходи давай.
– Скопа! – Это круто.
Мастерство не пропьешь.
БРУНО ТЕСТОРИ – ЭНОТЕКА РЕНАТО
Синьора?
Пеллегрини, пробейте мне срочно один номер.
– Есть чем записать? – Вы получили разрешение?
Что с Вами случилось?
Ведь прокурор Саммарко закрыл расследование.
То, что нельзя делать, и то, что нужно делать, часто совпадает.
Я хорошо Вас знаю, и Вы не трус.
– Запишите, пожалуйста. – Почему это важно?
Тестори звонил по этому номеру даже чаще, чем своей дочери.
Возможно, его любовница.
Это последний звонок, который Тестори...
сделал перед смертью Лацковича.
– Может, это совпадение... – Вы не верите в совпадения.
– Давайте номер. – Супер. Вижу, Вы поняли.
Спасибо.
Всё точно.
Номер принадлежит хозяину магазина, Ренато Занону.
Похоже, наш Тестори страстный любитель вина.
Вы его видели?
Он ничего не купил.
Как и двое до него.
Очевидно, вино тут паршивое.
– Запросить ордер? – Нет, ради бога.
Подождем еще немного.
– Сигарету? – Вы же знаете, я не курю.
Ну и зря.
Войдите.
Что там?
Это чьи? Ваши?
Должно быть, твои.
Вы не поняли, что я не продаюсь.
Как с тобой сложно, Массини.
С этими деньгами можешь делать что хочешь
Йорио оплачивает лечение своей матери.
Пирас трахает нигериек в машине.
Хочешь быть не такой, как другие? Хорошо.
Хочешь быть такой, как другие? Хорошо.
Мне плевать, что вы делаете по ночам.
Мне важно знать, что мы все на одной стороне.
ДЕЖУРСТВА ПО КУХНЕ
– Скопа. – Ну и везет же тебе.
– Ты играть не умеешь. – В Марокко в карты не играют?
– Я в Милане родился. – Всё равно марокканец.
– Комендант. – Комендант.
Комендант, можно нам проветриться?
Здесь совсем дышать нечем.
Фарид, Сале, давайте за работу.
Вперед, Саленто.
Я кофе сделаю.
Пойдем.
Казарини.
Смена состава.
– Но я даже смену не доработал. – Приказ коменданта.
Доволен?
Аккуратно.
Ты узнал что-нибудь? Кого-нибудь?
Я его не нашел.
Амир, я не верю, что ты хочешь помочь террористам.
Я хочу защитить тех, кто не является террористами.
А вы чего хотите?
Я, как мисс Италия, хочу мира во всем мире.
Ты меня разочаровал.
Я думал, ты понял, что зло не во мне, а среди вас.
Когда я был с моими братьями, в моей общине,
я не смог увидеть зло.
Для меня ислам абсолютен.
Это не идеология.
То есть?
Если мы не можем распознать и отделить зёрна от плевел,
разделите нас всех.
Поставьте каждого в такое положение, когда он не сможет причинить зла.
Эту общину надо разделить.
Даже если это станет поражением.
– Так идти мне? – Вы думаете, что мне?
Я в жизни не выкурил ни одной сигареты.
Небольшой бунт пойдет Вам на пользу.
И не возвращайтесь с пустыми руками.
Постарайтесь выглядеть поубедительнее.
Ладно, идите.
Простите.
– Добрый вечер. – Добрый.
– Что-нибудь желаете? – Да.
Слушаю?
Мне нужно кое-что... особенное.
Конечно.
Нет. Не то, что на витрине.
А тогда что?
– Две штуки. – Чего?
Извините, но Вы ошиблись адресом.
– Если хотите купить вина... – Нет. Я не хочу вина.
Тогда ничем не могу помочь.
Мой друг сказал, что купил это здесь.
Почему Вы мне не хотите продать?
Вы же не хотите покупать вино.
Послушайте. Видите вон ту дамочку?
– Ну. – У нее полно денег.
Можете потерять хорошего клиента.
Подождите здесь.
Ну что?
А я-то, честно говоря, и не надеялась.
Молодец.
Никаких вопросов?
Почему я здесь в такое время? Почему ты меня не впустишь?
Мы не задаем вопросов.
Оно и лучше.
– Как Адель? – Ночует у подруги.
Ты наконец попросил помощи.
На условиях полной конфиденциальности.
Ты правильно сделал. Пьяцца не подведет.
Нет. Для меня это поражение.
Я знал, что у меня проблема, думал, что знаю тюрьму как свои пять пальцев...
Ты правильно сделал, перестань.
Оставь, ты же не можешь контролировать всё.
Мы говорим о работе? Мы для этого здесь?
Бруно, я больше ничего не понимаю.
Сегодня мы с Роберто первый раз могли нормально провести вечер.
Он заказал номер с ужином. В «Марино».
– Все прошло плохо? – Все прошло замечательно.
Вообще-то, я сейчас должна быть с ним.
Не должна. Если ты не хочешь.
А ты должен быть с ней.
Или с ним?
Так оно и кончится?
Мы спим с другими...
и нам это...
За несколько часов до смерти Лацковича Тестори звонил своему дилеру.
Постоянному, судя по распечатке звонков.
Это был последний звонок за день –
своему дилеру.
Похоже, ему что-то потребовалось для храбрости.
Похоже?
Мы уверены, что в тот день Тестори купил кокаин?
Я не хотела спугнуть возможного свидетеля...
и мне нужно ваше разрешение на его допрос.
Он не мог просто заказывать вино? Это же винный магазин.
Вызовем продавца и зададим ему этот вопрос.
Ну, что скажете?
Оставь Тестори в покое.
Наконец-то!
Но теперь ты должен мне сказать почему.
Это вне нашей юрисдикции.
Лаура, я не могу тебе дать никакого разрешения.
Ни на прослушку, ни на обыск, ни на допрос, ни на слежку.
Ты должна оставить Тестори в покое!
Я поняла.
– Не думай, что мне это нравится. – Конечно, нет.
Да, забери это.
Нет, оставь себе.
Вдруг тебе что-нибудь потребуется для храбрости.
Мусульманский блок нужно расформировать.
Но вы это знаете лучше меня.
Как там Глория?
Хорошо, спасибо.
Передавай привет.
Обязательно.
Ты меня слышал?
Переведите мусульман в другие места. Так мы разрушим их сеть.
Когда случается эпидемия,
закрывают все двери, чтобы она не распространялась.
Или представь себе класс, полный хулиганов.
В который ты бы никогда не отдал свою дочь.
Если их распределить по разным классам, все станут хулиганами.
А вместе они подожгут школу.
Пока ты считаешь, что мы ничего не делаем,
всё в порядке.
Но что вы, черт возьми, делаете?
– Мы следим за ситуацией. – Следить надо было за книгой. Что с ней?
Эту информацию я не...
Вы ее изучили? Или вы ее потеряли?
Эта книга не покидала тюрьму. Понятно?
Ни эту, ни другие никто не спрашивал.
Она в регистрационном отделе.
Они обнаружили наблюдение.
Или же это просто книга сказок.
Нет, я уверен, по крайней мере эту использовали для связи.
Ты делай свою работу, а мы – свою.
То есть ничего.
Уж для тебя мы свою работу сделали.
Проблема, о которой ты говорил, решена. Так?
На данный момент.
– Вы недооцениваете ситуацию. – А ты переоцениваешь свое мнение.
Речь о безопасности моей тюрьмы.
Бруно Тестори, может, ты еще не понял,
но это больше не твоя тюрьма.
– Мам, привет. – Привет.
– Как дела? – Хорошо.
Да?
Отвези скутер в ремонт.
Я получила премию за переработку.
Этого хватит?
Да. Да-да.
Если нет, куплю ремонтный.
Спасибо.
Хорошо. Только не привыкай к этому.
Там тебя синьора ждет.
Какая еще синьора?
Какая-то. Она там.
Простите, что беспокою Вас дома.
Он мне разрешил.
Не беспокойтесь.
Хотите чего-нибудь? Кофе, вино, вода?
Спасибо, Ваш сын уже всё предложил.
Альберто, иди в свою комнату.
Пойдемте сюда.
Можно спросить, почему Вы здесь?
Потому что я верю, что Вы хорошая девушка.
Хотите сказать, что Ваш пес узнает хороших людей?
Нет, он любит всех.
Он и Гитлера бы облизал, дай тот ему поесть.
И ему хорошо живется.
Но я могу распознавать хороших людей.
Соня, Вы живете и работаете...
каждый день под началом человека,
директора тюрьмы,
который, возможно, убил заключенного.
И я уверена,
что Вы тоже об этом думали.
Почему Вы мне не сказали?
Я рассказала всё, что я знаю.
Какая разница, что я думаю?
Соня, без Вашей помощи я не смогу узнать, что произошло.
Вы построили там средневековую крепость,
в которую мне хода нет, в отличие от Вас.
Почему Вам не сбросить этот груз?
Вам еще лет тридцать там жить.
И если он невиновен, тем лучше.
Мы здесь одни.
Так всегда было, и так будет.
Я попросил внешней помощи. Это было ошибкой.
Потому что они ничего не знают об этом месте.
Они его не знают.
И рады этому, потому что мы делаем всё, чтобы они не беспокоились.
Но если они думают, что могут наблюдать за пожаром,
то они не поняли, с кем имеют дело.
Посмотрите вокруг.
Только этим людям вы можете доверять.
Мы потеряли контроль над собственным домом.
И я скажу так:
мы его вернем.
Перевод и субтитры Михаила Евсеева группа МИР ИТАЛЬЯНСКОГО КИНО https://vk.com/kino_italii