Сделай погромче!
Чувствуешь?
Окружение, в котором я пребывал всю жизнь,
было в меньшинстве.
Когда я оказался по ту сторону океана,
там всё было иначе.
Я подумал: "Им настолько нравится хаус-музыка?"
Всего за три года хаус из Чикаго завоевал все танцполы от Манчестера до Ибицы.
Когда ты впервые слышал эту штуку, она выносила тебе мозг.
Комбинация хауса и экстази изменила английское общество.
Люди впервые в жизни дали себе оторваться по полной.
Это было революцией. Мы знали, что всё изменится...
Изменится музыка, всё изменится...
Это история о музыке и людях, которые создали лето любви.
Всё менялось. Менялось для людей на танцполе, для меня, находящегося в диджейской будке...
и менялось на огромной скорости.
В тысяча девятьсот восемьдесят пятом году хаус существовал только в одном городе -
...Чикаго.
Все были ди-джеями, и нам нужно было нечто, что перенесло бы нас в другую категорию, чтобы зарабатывать больше.
И таким образом мы стали выпускать пластинки.
Ди-джеи Чикаго создали новую музыку из пепла диско.
В тысяча девятьсот восемьдесят пятом легендарный продюсер Стив Силк Хёрли
создал свой первый хит.
Отпечатали, и он поднялся на вершину.
Хёрли поднял хаус на девятую строчку американского танцевального чарта.
но у него не было шанса выпустить свой следующий хит.
Сегодня мой лучший трек в Британии это "Love Can Turn Around"
Он родился из безумных идей, которые были в голове у Стива Силка Хёрли.
Фарли говорил, что был в доме Джесси, когда ему пришла в голову эта идея.
Сам бы он не смог ее реализовать.
Но знал, что трое смогут.
Дуэйн сыграл соло на фортепиано.
Притащили Винса, потому что он писал стихи.
Вот так всё началось.
Все мечты разбились, ведь я хочу тебя.
Мы не будем прежними, ведь ты играешь в глупые игры, но я хочу тебя.
У нас не было вокалиста.
Я только-только записал песню с Дэррилом Пэнди. Она называлась "Climax" и вышла на лейбле Рэя Барни Bright Star Records.
Он был охренительным певцом. Я слышал, что он исполнил партию трусливого льва
в местной версии "Волшебника из страны Оз".
Он был геем.
И мы такие... "Мы не хотим с ним дело иметь"...
Потому что он постоянно говорит нам, что он хотел бы с нами сделать.
У него был сильный голос, очень церковный.
Мы представляли, как дети впадают в религиозный экстаз, когда он выкрикивал свои слова.
И подумали, что он станет королем в клубе.
Мы пригласили его и как же он спел...
У Фарли появилась мысль поставить ее на радио,
и копии разлетелись во все стороны.
Песня прозвучала в эфире и была продана миллионом копий.
Но "Love Can Turn Around" разделила друзей, которые её создали.
Ты хочешь, чтобы все кричали только твоё имя: "Фарли! Фарли!", и это немного разделило нас тогда.
Через тридцать дней...
я приехал в офис Рокки Джонса, и он выписал нам чек на тридцать тысяч долларов.
Я подумал тогда, что не особо многого ждал от пластинки...
но я заработал.
Ты работаешь с друзьями...
и ты думаешь, что все отнесутся нормально, когда кому-то заплатят,...
что все получат поровну, но в итоге оказывается,
что всё не так.
Я не получил ни одного пенни.
Я не уверен, что Дэррил получил деньги, которые он определенно заслужил.
Но это был трек, который катапультировал хаус в Великобританию.
Он попал в десятку лучших в августе восемьдесят шестого.
Я сыграл его в клубе Heaven, и знал, что он порвёт всех, и так и вышло.
Потом сыграл его в клубе Mud. Там произошло то же самое.
Когда я начал ходить в клубы, лучшие из них были гей-клубами.
Мы ходили туда...
не притворяясь геями, но старались не быть шокированными от увиденного.
Ходили, чтобы услышать лучшую музыку.
Ди-джеи, игравшие хаус в лондонских клубах для натуралов,
получили менее восторженные отклики.
Ко мне подошли ребята, когда я играл в Лондоне...
с одетыми на головы беретами...
в ботинках Док Мартин с металлическими вставками, в белых носках, в 501-ых Levi's-ах и лётных куртках.
Такой внешний вид позже имела группа Bros.
И сказали: "Ну-ка выключи эту музыку для педиков"
Я до сих пор получаю вопросы типа "Почему ты играешь музыку гомосексуалистов?"
В меня пару раз прилетали предметы.
И называли "геем".
В большинстве клубов играли rare groove или хип-хоп, медленную, расслабленную музыку.
Большинство фанатов хип-хопа считали эту музыку довольно голубой.
Они её не понимали. Большинство людей её не понимало.
Для всех она была непривычна своим темпом и энергией.
Так что это заняло какое-то время, но...
на севере все были её поклонниками.
Задолго до нас они танцевали под примерно такую же музыку.
Начиная с начала семидесятых, фанаты соула с севера Англии
танцевали под быструю музыку.
"I'm on my way" и всё такое...
Мы выросли под северный соул.
Когда в восьмидесятых появился хаус...
он отлично подошел танцевальной культуре северного соула.
В них было много общего.
Это очень душевная, быстрая музыка с прямой бочкой.
Когда в "Хасиенде" стали играть пластинки из Детройта и Чикаго,...
это, возможно, не сильно отличалось от того, что играли ди-джеи поколение назад.
Когда мы начали свои пятничные вечеринки, на них приезжало много ребят с севера.
Когда я играл что-то вроде "No Way Back" Адониса, я видел, как они танцуют северный соул.
Открытый Factory Records в тысяча девятьсот восемьдесят втором году...
клуб "Хасиенда" повторял многие нью-йоркские клубы...
такие как "Дансетерия".
Первые пять лет тут был совсем пусто.
Потом, в начале восемьдесят шестого появилось какое-то движение...
...пятничные ночи...
...были так себе, не очень массовые.
Именно там Пикеринг и Парк играли хаус-музыку.
Пикеринг, Парк и Джон да Силва, про которого я часто забываю, потому что его имя не на букву "П".
Я думаю, что Манчестер был эпицентром британской хаус-сцены.
В Лондоне, конечно, что-то происходило, но когда я переехал в Манчестер, то понял, что всё самое главное происходит в Хасиенде.
Так что, если ты хотел стать хаус-диджеем, то надо было ехать сюда.
Но когда вы оказывались в "Хасиенде", то слышали музыку, которую нигде не играли еще многие месяцы.
Чем больше чикагского хауса проникало в Британию,
тем больше северных ди-джеев начали его играть.
Мы очистили дорогу от всякой ерунды...
и нашли место для этой чудесной музыки.
Ди-джеи из Манчестера не только слушали хаус.
Они создавали его.
Мне кажется, это первый британский сингл в стиле хаус, в оригинальной обложке.
который мы купили в небольшом магазинчике в районе Излингтон, в Лондоне.
Я помню, что у нас не было ленты для записи. Мы писались на кассеты.
И с них отпечатывали пластинки.
И они звучали фантастически. Очень хорошо. Это урок для всех тех, кто тратит тысячи фунтов на студию.
Хаус пересек Атлантику...
когда в тысяча девятьсот восемьдесят шестом крестные отцы хауса поехали в турне.
Приехали Фрэнки Наклз, Маршалл Джефферсон...
Ларри Хёрд и Фингерс Инк...
гений, настоящий гений...
и Адонис...
Все были в галстучках, рубашках, были милы и аккуратны...
Ди-джеи объявляли каждый трек. Было здорово.
Конечно, они приехали в Манчестер. И в Хасиенду выстроилась гигантская очередь.
И каждый в толпе знал их треки, и считал их суперзвездами.
Когда я приехал на следующий год, все носили эти футболки со смайликами и делали так...
Огромная перемена всего за один год.
В первый раз мы приехали в приятную страну для натуралов, а второй раз оказались на лете любви.
Это здорово, что какие-то люди из Чикаго...
приехали в Манчестер...
и вместе создали одну большую сцену.
Они поняли эту музыку. Она стала...
причиной того, что люди были вместе.
Стала для людей вдохновением, желанием быть вместе
и идти вместе рука об руку.
Опыт, полученный Джо Смутом в международном туре...
вдохновил его на создание гимна хаус-музыки.
Когда Джо Смут поднялся на сцену - это было... Я помню его лицо, словно это было вчера.
Он вышел... Я не помню, где это было... Какой-то клуб на севере. И там было три тысячи человек.
Перед ним. Он вышел и началось...
И он поет припев "Promised Land", и все знают слова.
А он только что приехал из Чикаго. И его пластинки не было ни в одном плейлисте.
Ну, может в двух из четырех сотен в Штатах.
А здесь он известен повсюду, и девчонки прыгают к нему на сцену.
Эта песня берет основную мысль из речи Мартина Лютера Кинга и расширяет её в музыкальном плане.
Ирония в том, что в тот момент, когда Джо Смут...
выпустил свою пластинку, в тот же месяц, неделю, день...
Style Council выпустил кавер-версию "Promised Land".
Если бы не эта кавер-версия, то оригинал без вопросов поднялся бы в пятерку лучших.
но мейджоры купили эту...
убогую имитацию великой классики.
Я не думаю, что...
может быть другая версия, которая передаст все эмоции этой песни.
которую передаёт оригинальная версия.
У нас появился белый артист, который адаптировал, практически украл саунд...
потому что он знал, что это - саунд будущего.
Ибица сыграла большую роль в современной клубной культуре,
изменив её стиль,
вернув его обратно в Лондон.
У нас были клубы, где ты сидишь, жуёшь жвачку...
В общем, тоска смертная...
А это был красивый оупен-эйр в большом райском саду.
И еще можно было встретить рассвет, танцуя без перерыва шесть часов
под эту смесь музыки,
которую нельзя было услышать нигде больше.
Ибица была туристической меккой для европейцев
начиная с семидесятых.
В тысяча девятьсот восемьдесят седьмом году четверо устроителей вечеринок захотели устроить себе отдых, который изменил всю клубную жизнь.
В сентябре восемьдесят седьмого у меня и у Пола Оукенфолда были дни рождения.
По-моему, Пол предложил поехать на Ибицу и отметить их.
Я отметил там свой день рождения, пригласив Холлоуея, Рэмплинга и Джонни Уокера.
У Пола был небольшой клуб в Стрэтхэме.
Джонни работал в Лондон Рекордс, а Дэнни только-только начал диджеить, играя в разных местах.
Никто из них не играл на Ибице в тот момент.
На острове в тот момент главенствовали испанские ди-джеи.
Я помню, как наш общий друг Трэвор, упомянул о клубе Амнезия.
Но он был далеко, надо было брать такси, нам было лень ехать туда.
Но мы всё же как-то оказались там.
И были удивлены, что Альфредо вытворял с музыкой.
Тогда было разделение на диско и поп-музыку, и мы с ним покончили.
Загадочный ди-джей Альфредо играл микс из диско и поп-музыки.
Мне приходилось заставлять танцевать кучу народа, среди которого были англичане, немцы, французы, испанцы...
Старые, молодые.
С различными жизненными обстоятельствами.
Он играл, не имея рамок,...
...смешивая рок, поп, диско, музыку любого жанра.
Он выступал перед разными людьми, поэтому ему приходилось играть смесь из качественной танцевальной музыки.
Не забывая про свои любимые новинки, среди которых был и чикагский хаус.
Вместе с этим мы впервые познакомились с...
... экстази.
Все были в поту, с растрепанными волосами. Никто не понимал,...
что, черт возьми, происходит.
Я помню, как Пол Оукенфолд и, кажется, Никки Холлоуэй ходили по клубу, держась за руки.
Конечно, они всё будут отрицать.
Не думаю, что это было обязательным условием, и что все его принимали.
Я думаю, что экстази было тем, что объединило людей...
... и тем, что заставило их ценить музыку.
По окончании каникул четверо друзей решили привезти лето в Лондон.
Осенью восемьдесят седьмого Дэнни Рэмплинг воссоздал Ибицу в спортивном зале в Саутарке.
Он называл его - Shoom.
Shoom - был тесной коробкой.
Лунатизм какой-то.
Потолок был на таком уровне.
Разглядеть что-либо было тяжело.
Дэнни Рэмплинг был вот здесь.
"Дэнни Рэмплинг за вертушками" и по всему залу расползается "Дэнни Рэплинг, Дэнни Рэмплинг"...
Одна девчонка мне рассказала, что видела вокруг него ауру.
Приходили обычные люди, с серьёзными лицами...
И вдруг становились просветленными. Называли друг друга "приятелями".
Лондон наконец-то вкусил радостей чикагского хауса.
До принятия экстази...
.. была разница в ощущениях. Тебе казалось, что ты в фитнесс-клубе.
Но как только тебя вставляло, ты оказывался в "Амнезии".
Все эти свежие лица, принявшие кучу наркоты...
поскольку только-только начали баловаться наркотиками, выглядели вполне здоровыми и даже привлекательными.
Люди, приходящие туда, принимали много экстази...
носили яркие одежды и съезжали с катушек.
До открытия Shoom у музыки не было индивидуальности,..
не было вида, не было танца.
Вся танцевальная рэйв-культура началась с открытием Shoom.
Хаус появился в Британии, но Америка все ещё была в нём законодателем мод.
В Чикаго продюсер Маршалл Джефферсон...
собирался создать свою первую супергруппу.
Мы записали несколько пластинок под именем Ragtime.
Но когда с нами решили подписать контракт Atlantic Records,...
они сказали, что хотят работать вместе с нами, но им не нравится имя Ragtime.
Пришлось искать новое имя.
Я повторял: "Intense.. Intensity"... (Сильный, интенсивный)
В итоге он сказал: "Всё это так клёво"...
"Так напряженно... Я чувствую это напряжение, эту энергию".
Так я сейчас изобразил Маршалла.
Байрон пел...
сочетая высокие и низкие ноты.
Я начал играть со словом "Intensity" и в итоге убрал первые две буквы.
И в итоге у меня получилось - Ten City.
Что, как мне казалось, звучало значительно круче.
А я тогда увлекался нумерологией...
и подумал, что Ten, то есть "десять" станет символом
совершенства.
Ten City, где всё идеально...
Так объяснял всё Байрон, потому что он был парнем не от мира сего.
Маршалл записывал живые струнные инструменты.
Записывал живой бас.
И треки получались отличными.
Иногда он мне казался каким-то Пикассо. Его наброски звучали...
очень странно... эксцентрично...
Иногда они даже не подходили друг к другу...
Но когда трек был завершен, ты кричал "О, да!".
С простыми барабанными петлями и сырыми сэмплами было покончено.
Хаус стал настоящей музыкой.
Он нанял шестнадцать человек, которые хлопали в ладоши.
Когда записывал вживую, ухлопал весь бюджет на эти хлопки.
Я просто хотел, чтобы все мои звуки были оригинальными, в это нет ничего особенного.
В окрестностях Детройта у хауса появился сердитый брат
Техно.
Мы были сфокусированы, были словно монахи Шао-Линя...
когда дело касалось музыки.
Мы зафиксировались на ней с самого..., точнее, до самого начала.
Техно привнесло интеллектуальную теорию в танцевальную музыку.
Майкл Джеймс, мой друг, живший поблизости, пришел ко мне и сказал: "Ого, у тебя есть фортепиано".
"Можно я посижу и поиграю на них?" "Конечно, давай".
Он стал играть на фортепиано.
Он на нем чудесно играет.
И он играл все эти свои пассажи, наверное, в течение часа.
Я слушал и один из фрагментов мелодии мне показался интересным.
И я просто зациклил именно эту часть мелодии.
В итоге всё это превратилось в трек "Strings".
Я боялся "Strings".
Я боялся этого трека, когда делал его.
Весь день я был дома абсолютно голым.
Ходил по дому голым, выглядывал к окно...
Наблюдал за городским ландшафтом. Я был под кайфом.
Я никогда не употреблял наркотики, но тогда словно был под ними.
Один парень из Чикаго как-то сказал мне...
в магазине пластинок: "Слушай..."
"Я не понимаю, надо ли мне танцевать под неё или нет".
Именно этого я и хотел добиться.
Я хотел показать сложность танцевальной музыки.
"Strings Of Life" - это классика.
Это своего рода видение будущего, то, что могут сделать машины,
если позволить им развиваться.
Эйфорическое, футуристическое, но всё же детройтское техно.
Это действительно был шедевр.
И его невозможно было классифицировать.
Это был не хаус, не техно.
Это был просто... Дэррик Мэй.
Представьте себе Kraftwerk
и Джорджа Клинтона застрявших в лифте с одним синтезатором.
Джордж - справа, Kraftwerk - слева.
Такова была идея. Они застряли в лифте на несколько часов. И наконец, двери открываются...
неприятный металлический запах...
вывернутый наизнанку синтезатор... Такая идея.
Летом восемьдесят восьмого трек "Big Fun" закинул техно в чарты.
Пол Оукенфолд играл вечером в понедельник в Heaven.
Был период эйсида, началось лето эйсида.
Была теплая атмосфера, и он сыграл "Big Fun".
И это было удивительно.
Детройтское техно присоединилось к чикагскому хаусу в Британии.
став саундтреком к тому, что впоследствии назвали "Летом любви".
Настало время.
Люди пели песни, прикладывая всю свою энергию и добавляли к нему драйвовое техно.
Все жили очень быстрой, меняющейся каждую неделю жизнью.
Люди бросали работу, жён...
Бросали всё. Ты не мог идти на работу во вторник. Ведь лучше стоять у окон южноафриканского посольства, выкрикивая "Свободу Нельсону Манделе!".
Я играл в клубе Spectrum до четырёх утра.
Сильно уставал. А ведь еще нужно было тащить оборудование в багажник.
Никто не мог нас остановить, остановить то, что мы создавали.
И когда Пол Оукенфолд попросил меня играть во Future, я подумал, что не смогу играть две ночи подряд,...
сохраняя спокойствие и не пытаясь кого-нибудь убить.
Был взрыв разных идей, люди писали стихи.
Каменщики приходили и читали свои стихи.
"Voodoo Ray" был главным треком восемьдесят восьмого в Манчестере.
Я представлял себе ночь, как вход..
а потом...
Это не было песней, это был просто грув.
Вот самая убийственная часть.
И ты слышишь какой-то призрачный голос, который повторяет "Voodoo ray, voodoo ray"
Ты принимал таблетку и начиналось...
а потом...
В этом была фишка.
Шедевр Джералда Симпсона создавался для единственного клуба - Хасиенды.
Джералд постоянно тусовался в клубе. Мы пытались от него избавиться, но он всегда возвращался.
Джералд Симпсон приходил по пятницам
с восьми вечера до четырёх утра.
И однажды принёс в будку копию "Voodoo Ray".
Он послушал её совсем немножко...
и вдруг...
вот чёрт - он играет её. Не могу поверить.
И все стали аплодировать.
"Чёрт! Что здесь происходит?" И я побежал наверх, к ди-джею.
А внизу все сходили с ума.
Звук не всегда был фантастическим.
Это было бетонное здание.
Но "Voodoo Ray" всегда звучал просто блестяще.
Пока "Voodoo Ray" доминировал во всех клубах Соединенного Королевства
Хасиенда открыла новую серию вечеринок...
"Hot" (Жара) стартовали тринадцатого июля
восемьдесят восьмого года.
И кто-то сказал "Чувак, сходи на вечеринку в среду".
Это напоминало Ибицу.
У нас появилась смешная идея.
Все эти стаканы, ныряющие в воду люди. Крови было полно.
У двери стояла охрана.
У них были столики с лампами в виде солнц.
И когда ты входил тебе давали мороженое.
Я подошел к двери...
в десять тридцать, в следующую среду...
и, когда осмотрелся, то был шокирован.
Как будто гремящий поезд врезался в Хасиенду.
Я помню, как однажды...
будучи там, подумала, что в данный момент времени
хочу быть именно здесь, а не где-то в другом месте.
Там было две с половиной тысячи человек.
Которые делали так...
Я несколько раз в июле играл там...
и почти боялся энергетики этого места.
В Хасиенде был специальный "уголок экстази".
Если кому-то хотелось экстази, то там его можно было найти.
Ты принимал экстази, и поскольку никто не знал...
какие могут последствия, ты не думал, что занимаешься чем-то плохим.
Ты не думал, что вон те шестеро в углу...
трахающиеся, сосущие сиськи у той девки,
занимаются чем-то необычным. Это было нормально.
Хаус собирался выйти на улицы.
The Trip собирал пятнадцать тысяч рейверов каждую неделю.
Как-то раз мы вышли из клуба и все были настолько под кайфом,...
не под наркотиками, под кайфом от самой вечеринки...
и продолжили на улице.
Пятнадцать тысяч людей на улице хотят продолжения...
Они блокировали улицу, купались в фонтанах...
включили музыку в машинах, и вечеринка продолжилась на улице.
Я тогда не могла поверить, что такое будет происходить повсюду.
Сотни накаченных кислотой ярких молодых людей в центральном Лондоне не остались незамеченными.
Признаки перемен были такие...
Большое число клубов...
плюс большое число заголовков в газете The Sun...
равняется кромешному аду.
Они из мухи сделали слона.
Контролировать невозможно. Слово не воробей...
Многие не догадывались, что происходит, пока не прочитали об этом в газетах, и тогда решили попасть туда.
И в итоге вся страна захотела попасть под кислотное безумие.
Таблоиды подогрели интерес, и на юго-востоке состоялся бум кислотных вечеринок.
Вечеринки были нелегальны.
Нельзя было просто так узнать адрес.
Поиск вечеринок для многих было самым лучшим досугом.
Ты встречался где-нибудь на углу улицы в районе Бетнал Грин.
Говорили так: "Я не могу тебе сказать, где она будет, но вот запиши номер телефона..."
"Будь готов, возьми машину, приводи людей, захвати всё, что нужно"...
"и езжай в это конкретное место".
И ты ехал к телефонной будке на шоссе М-25, звонил оттуда и узнавал, где будет вечеринка.
"Отлично, ты добрался до паба".
"Теперь езжай до следующей деревни".
И глядя на трафик, ты понимал, что едешь куда надо.
Из окон машин выглядывали люди, которые передавали друг другу попперы.
Они остановили машину со мной сзади, двумя танцорами, водителем и его бой-френдом.
И я сказала, что я Кинки и у нас сегодня выступление.
Люди, следовали друг за другом в темноте...
без защиты от внешних сил, без фонарей и других необходимых вещей.
И всё-таки оказывались там. И был прекрасный рассвет. Вот так... раз...
и десять тысяч ребят сходят с ума.
Л, С, Д - это любовь, секс и опасность.
Скушай таблетку экстази и замути с незнакомцем.
Не думай ни о чем, что может беспокоить.
Отхвати себе кого-нибудь, пусть фантазия унесёт тебя.
BBC Radio 1 отказалась ставить в эфир трек "Everything Starts With An E".
Они наложили на него запрет...
.. в связи с его текстом.
Они считали, что песня побуждает молодежь употреблять наркотики.
Я ответила, что песня - это просто актуальный комментарий на происходящие вещи.
Эйсид-хаус захватил всю нацию...
и газеты разожгли моральную панику.
Эти молодые люди приезжали без палаток, в шортах или широких брюках.
На девушках практически ничего не было.
И они располагались на этих полях.
Музыка была оглушающей.
На главном поле у нас было колесо обозрения...
и разные аттракционы...
а также музыка.
А там было поле для крикета.
на котором парковали машины, тем самым нанося урон.
В деревушке проживало тысяча человек.
И сюда приезжало ещё двадцать тысяч...
в промежутке между пятничным вечером и воскресным днём...
Вы можете представить себе, как...
тихая, сонная английская деревенька...
превращается практически в помойку...
наполненную наркотиками, музыкой, звучащей в радиусе пятнадцати километров...
людьми, которые справляют нужду на лужайках.
И что ещё хуже...
представьте себе, что чувствовали жители...
что чувствовал местный совет...
и особенно, что чувствовал озеленитель...
этого прекрасного поля для крикета. Он явно был вне себя.
В течение лета восемьдесят восьмого...
каждый уик-энд очередные десять тысяч человек пропадали в полях за шоссе М-25.
Большинству пионеров сцены не нравилось происходящее.
Мы пытались ограничить рост сцены.
на которой Джадж Джулз играл по пятнадцать раз за ночь, но ничего не изменилось.
Он до сих пор несёт это знамя невинности, свободы выражения и пренебрежение к правилам.
На этом зарабатывали большие деньги, всё контролировалось бандитами.
Уже на первой своей большой вечеринке я увидел гигантские сумки с деньгами и наркотиками...
парней с пушками...
но мне было интереснее смотреть на восемь тысяч прыгающих людей на танцполе.
За две недели я стал играть перед восемью тысячами людей, а начинал с тридцати человек.
Ко мне как-то подошел человек и сказал, что басовая партия трека, который я играл, изменила его жизнь.
Так что один из своих треков я так и называл "The Bassline Changed My Life".
А еще один трек я называл в честь этой вечеринки - "NRG".
Не могу назвать себя новатором. Я скорее просто отдал свой долг.
Нация танцевала под еще одно Лето Любви в восемьдесят девятом...
а полиция увеличила давление.
У нас проводилось сорок шесть вечеринок в неделю.
У нас всего было по два. Два места, две саундсистемы, две команды осветителей,
И если в одном месте не получалось, ехали в другое.
Всё это привело к применению тактики, которая возможно не была законной.
Но была эффективной.
Полиция преследовала нас повсюду. Нас, людей, которые на нас работали...
Арестовывали наших звуковиков и осветителей.
Завтра. возможно, начнётся закат вечеринок в стиле эйсид-хаус.
Отчаявшуюся полицию в тысяча девятьсот девяностом году поддержал Грэм Брайт.
Член Парламента Грэм Брайт внес на рассмотрение билль, согласно которому организаторы могут быть брошены в тюрьму, а оборудование конфисковано.
Но, поставив вечеринки вне закона, власти привлекли к ним внимание еще большего числа преступников.
Меня похищали трижды... три разных группировки.
Приставляли пистолет ко рту.
Это было очень, очень, очень страшно.
В общем, тогда я выплакал все глаза.
Здесь была наша ошибка, мы привлекли криминал.
И опасностей стало ещё больше.
И еще больше бандитизма....
И рэкета.
Я говорил им: "Мы просто устраиваем вечеринки".
Мы просто устраиваем вечеринки. Ничего такого.
Я думаю, что произошла бессознательная реакция на слова Маргарет Тэтчер...
что общества нет.
Я думаю, люди организовали собственное общество.
Невольно опровергнув это утверждение.
Было здорово видеть, как рушатся социальные барьеры...
расовые барьеры. Мы просто хотели танцевать под бьющий барабан и это всё.
Мы назвали себя в честь рэйвов, которые проходили за кольцевой дорогой Лондона.
Ты приезжал на станцию техобслуживания, звонил с телефона-автомата и узнавал, где следующий рэйв.
И они проводились вдоль этой кольцевой, пока одна из них не случилась в трех километрах от моего дома.
Она проводилась в туннеле для перегона скота и была полным отстоем.
Вдохновленный чикагским хаусом, детройтским техно и рейвами на М-25...
трек Orbital "Chimes" доказал, что Британия достигла мастерства в новой танцевальной музыке.
Нажатием кнопки я управляю этим звуком.
Вот эти MMT 8 мы используем на концертах.
Это небольшие секвенсоры.
На каждом аппарате по восемь петель, восемь разных кусочков мелодии.
Все они синхронизированы по времени. Аппарат может хранить сотню таких групп по восемь петель.
Вот петля идет по кругу. Включим ударные.
И одновременно изменим мелодию. Нажимаем вместе.
Началась другая часть песни.
Звучит отличный от прежнего кусок мелодии.
Можно еще, например, добавить басовую партию.
Убрать барабаны.
И подготовить себя к...
чему-то большему.
Возвращаем барабаны.
Вот так звучат "Chimes" вживую.
Пол загрузил туда петли.
Он управляет сэмплером.
А здесь у меня микшер.
И можно поиграть со звуком.
Это увидел Jazzy M, и у него глаза вылезли наружу.
Трек был уникальный, с уникальным саундом.
С этими кислотными штучками, с запущенными назад струнными.
Очень оригинальная, великая пластинка.
По пятницам он продавал ди-джеям пластинки, и он сказал, ...
что прежде чем поставить её в магазине, он должен её послушать в наушниках. И вдруг замер...
и вывел её на колонки, и всё время смеялся.
И люди вокруг сказали: "Я куплю. Я куплю. И я куплю".
А он отвечал: "Не получится, это пленка".
Нарезать пластинки можно было только с этой пленки. И я это сделал.
На пластинке трек звучал медленней, потому что мы записали его на цифровой магнитофон, у которого скорость была чуть больше.
Когда мы продавали его на лейбл FFRR...
Пит Тонг должен был подписать его.
Чтобы сохранить лицо и избежать позора...
мы переписали кассету на цифровую пленку и так и продали ему трек.
Чтобы он не выглядел слишком дешевым.
Это величайший пример того,...
как всё начинается с двенадцатидюймового сингла...
и заканчивается десятилетней карьерой и семью альбомами.
Здесь был логотип "Oh'Zone".
А это единственное...
тестовое издание. Здесь написано "Chime", а на второй стороне - "Deeper".
"А у тебя есть?" "Да, одна".
Не знаю, остались ли они у нас. Они сейчас стоят, наверное, фунтов пятьдесят.
Сейчас бы коробку таких...
Не думаю, что кто-либо приблизился к ним.
Трек "Chimes" был чем-то совсем иным. Когда эти парни стояли в программе "Top Of The Pops"...
когда был популярен Рик Эстли и всё такое...
А они стояли там...
это было прекрасно. Просто супер.
К концу восьмидесятых американский хаус...
стал причиной мощной социальной и культурной революции в Британии.
В последующие десять лет...
хаус не собирался останавливаться.
Перевод и субтитры - Константин "konstk" Кривоногов (konstk@yandex.ru)