Сосед, что выше этажом сошел вчера с ума.
Как полоумный мчался он, я видел из окна.
Его мы знаем тыщу лет. Быть может, он больной?
Нет, только полный идиот сбежит с моей женой!
Помоги мне, Марилу, помоги.
Исцели ты мою боль, исцели.
Недавно резал мне живот хирург из Барселоны,
и прежде чем его зашить, забыл внутри тампоны.
Какой кошмар и как теперь ты будешь с этим жить?
Да тут одна проблема - хочу все время пить.
Помоги мне, Марилу, помоги.
Исцели ты мою боль, исцели.
Покажи мне новый танец Бабалу.
Покажи свой новый танец Бабалу, мы станцуем его вместе на балу.
Покажи свой новый танец Бабалу, научи ты меня танцу Бабалу.
Покажи мне, покажи мне Бабалу,
мы станцуем его вместе на балу.
Для того, чтоб этот танец танцевать, нужно правила несложные понять.
Руки плавно вперед,
бедра наоборот, ну, а сердце нужный ритм найдет.
Если румбу ты умеешь танцевать, то три шага можешь смело повторять.
Бедра вперед, бедра назад, И ногами делай вот так.
Покажи мне новый танец Бабалу. Покажи мне новый танец Бабалу...
Покажи свой новый танец Бабалу, мы станцуем его вместе на балу.
В бокал налей вина и песню затяни.
Мы запоем с тобой как соловьи.
Нету денег - нет вина, а с вином нет денег.
Вино мы пьем совсем не для веселья.
Забыть тоску нам позволяет зелье.
Нету денег - нет вина, а с вином нет денег.
Не избежать конца пути земного,
неси же нам скорей вина хмельного!
Нету денег - нет вина, а с вином нет денег.
Не пить совсем вино?
Да это все равно,
что жизнь отдать! И радость заодно.
Нету денег - нет вина, а с вином нет денег.
Споем про Бургос,
благословенное сокровище...
глубоко и искренне
почитаемое Испанией.
Для тебя
я все песчинки посчитаю.
Для тебя...
я всех вокруг поубиваю.
И порази меня, Господь,
если я вру.
Сегодня нет тебя со мной,
И словно холодом подуло.
Гляжу на небо я с тоской,
А небо, как и сердце, хмуро.
И дом как будто изо льда,
И небо плачет словно птица.
Холодным клювиком стучится, напоминая про тебя.
Когда ты очень далеко, сюда тепло не проникает.
Грех замолить так нелегко,
А в жизни всякое бывает.
Не доводи же до греха
И разожги ты мой огонь.
Ведь позову я печника,
И уж тогда не проворонь.
Ведь я не женщина - вулкан,
Который нужно лишь разжечь.
Ты ж - мой горячий ураган.
Ну, чем тебя еще завлечь?
Не доводи же до греха
И разожги ты мой огонь.
Ведь позову я печника,
И уж тогда не проворонь.
Ведь я не женщина - вулкан,
Который нужно лишь разжечь.
Ты ж - мой горячий ураган.
Ну, чем тебя еще завлечь?
Разожги же
мой огонь!
Покажи мне новый танец Бабалу, Покажи мне новый танец Бабалу.
Покажи свой новый танец Бабалу,
мы станцуем его вместе на балу.
Покажи свой новый танец Бабалу,
научи ты меня танцу Бабалу.
Покажи мне, покажи мне Бабалу, мы станцуем его вместе на балу.
Для того, чтоб этот танец танцевать, нужно правила несложные понять.
Руки плавно вперед,
бедра наоборот, ну, а сердце нужный ритм найдет.
Если румбу ты умеешь танцевать,
то три шага можешь смело повторять.
Бедра вперед, бедра назад, И ногами делай - вот так.
Покажи мне новый танец Бабалу. Покажи мне новый танец Бабалу.
Покажи свой новый танец Бабалу,
мы станцуем его вместе на балу.
Покажи свой новый танец Бабалу, научи ты меня танцу Бабалу.
Покажи мне, покажи мне Бабалу, мы станцуем его вместе на балу.
Эх, мой друг, как тяжко жить.
Деньги обесценены.
Чтобы апельсин купить,
Нужно их немеряно.
Ни поесть, ни отдохнуть,
Цены до небес.
Ни вздохнуть, ни выдохнуть.
Вот страна чудес!
Франко, наш отец родной, может, на покой?
Эх, мой друг, всю жизнь хожу я в одной рубашке.
В ней работаю, в ней сплю, как моряк в тельняшке.
Когда-то синею была, теперь одна прореха.
Когда смотрю я на себя, то падаю от смеха.
Рубахе этой много лет, из синей стала серою.
Ее б покрасить в красный цвет.
Пожалуй, так и сделаю.
Франко, наш отец родной, может на покой?
Эх, мой друг, как тяжко жить.
Деньги обесценены.
Чтобы апельсин купить
Нужно их немеряно.
Ни поесть, ни отдохнуть,
Цены до небес.
Ни вздохнуть, ни выдохнуть.
Вот страна чудес!
Франко, наш отец родной, может, на покой?
Эх, мой друг, всю жизнь хожу я в одной рубашке.
В ней работаю, в ней сплю, как моряк в тельняшке.
Когда-то синею была, теперь одна прореха.
Когда смотрю я на себя, то падаю от смеха.
Рубахе этой много лет, из синей стала серою.
Ее б покрасить в красный цвет.
Пожалуй, так и сделаю.
Франко, наш отец родной, может, на покой?